425 “Российское Единство”. 1967, № 8, 33
426 «Российское Единство» 1966 № 8, 29
427 «Российское Единство» 1967 № 35
428
Ряснянский, офицер, - муж известной  «Людмилы всего Зарубежья».
429 «Российское Единство». 1970, № 43
430  «Российское единство» 1967, № 33.
431 «Российское Единство». 1966, № 26
    432  «Российское Единство». 1966, № 26; «Новое Русское Слово», 16 января 1964
433 «Новое Русское Слово». 29.12.63
434 «Российское Единство». 1966. № 26
435  «Российское Единство».  1965, № 23
Внутренняя жизнь РПЦЗ
     
Дело архиепископа Нафанаила (Львова)

В 1953-м году очередному Собору Епископов Русской Зарубежной Церкви стало известно следующее: из Франции на имя митрополита Анастасия один из иереев, там служащих, прислал обширный доклад с приложением документов, касающихся деятельности и жизни тогда уже закончившего свое управление Западно-Европейской епархией епископа Нафанаила (Львова).
Ниже приводим некоторые выдержки фактического характера из этого доклада, имеющегося в редакции в копии. Доклад стал известен всем архиереям Собора, после чего состоялся и обмен мнениями.
Присутствовавший архиепископ Виталий (Максименко), ныне покойный, правящий Западно-Американской епархией и настоятель Свято-Троицкого монастыря в Джорданвиле, основатель в нем Духовной Семинарии, аскет и выдающийся архипастырь в России при Царе Николае II, встал и сказал: “Отныне епископ Нафанаил для меня не епископ”.
Всегда выдержанный, молчаливый, решительный и строгий к себе, Владыка собственной рукой вычеркнул имя Епископа Нафанаила из списка, постоянно поминаемых у жертвенника, в алтаре монастырского храма, и сверху вписал: “раб Божий Василий”. Список и теперь там же.
Авторитет архиепископа Виталия, по существу, был в то время выше всех после скончавшегося (1936 г.) митрополита Антония (Храповицкого), первого первоиерарха Зарубежной Церкви.
Но модернизм к 1953-му году насеял столько плевел, что за категорическим решением о Нафанаиле пошли не все архиереи (уже не все!). Первым из непошедших был митрополит Анастасий: Нафанаил был его ставленник, и неизменно пользовался покровительством этого первоиерарха, до его конца.
Происхождение этого покровительства покрыто некой тайной. Тайна эта перешла в обладание новым первоиерархом, митр. Филаретом, который однажды заявил (в печати), что будет во всем действовать так же, как действовал митр. Анастасий. В отношении Нафанаила первоиерарх так и стал действовать, только более открыто, беззаконнее и настойчивее. Об этом ниже.
Василий Львов, отнюдь не князь, как некоторые пишут, а сын В.Н. Львова, занявшего при “временном правительстве” в 1917-м году пост революционного обер-прокурора Святейшего Синода (в ранге министра).
Во всем временном правительстве под председательством князя Г.Е. Львова, как известно, не было ни одного не масона. Новый обер-прокурор начал службу Церкви с того, что, тотчас же по отречении Царя, велел вынести из зала заседаний кресло, а также портрет помазанника Божия. Современник, В. Набоков, управлявший делами “временного правительства”, в своих воспоминаниях рисует В.Н. Львова в главных и основных чертах таким же, каким оказался впоследствии его сын, Василий Львов.
Львов-отец кончал свою карьеру на службе у большевиков. Ибо основные черты этого человека были: ничего святого, все средства хороши для оправдания цели, никакой разницы между “твое” и “мое” - живи как хочешь и сколько хочешь, без оглядки.
В ранней молодости Василий Львов оказался на Дальнем Востоке. В городе Харбине, после первой мировой войны, процветала английская и американская ИМКА-ИВКА. Естественным ответвлением ИМКА была так же организация “Скаут”. И ИМКА и “Скаут” завладели русской молодежью семейств преимущественно малосостоятельных. Почва - разного рода благотворительность этих организаций.
Они же благотворительствовали и учебным заведениями, что давало возможность воспитывать целые поколения в желательном духе и зависимости, завершая высшим образованием. “Скаут” содействовал, отвлекая спортом молодежь от семьи и Церкви...
Так как ИМКА теперь нам обширнее и детальней известна, то мы знаем, что вся ее внутренняя работа, и воспитательная, и практически-жиз-ненная представляет собой (и всегда представляла) известную программу для подготовки молодежи с юных лет, как кадры для масонских лож, как конечная цель занятий молодежи - переход в масонский актив. “Скаут” - подсобный путь.
Поэтому: долголетнее пребывание Василия Львова в Харбинской ИМКА и “Скаут”; увлечение его епископом Нестором камчатским в монашество (еп. Нестор оправдывался перед Собором 1938 года в обвинении принадлежности к масонству, но встретил молчание); затем, с 1938 года (прибытие к Собору Архиереев)..., дальнейшая головокружительная “карьера”, под опекой митр. Анастасия; безнаказанные похождения Василия Львова, начиная с Харбина и... всюду по жизненному пути резко-против 25-го Апостольскогo Правила, даже под кровлей обители препод. Иова Почаевского во Владимировой (Чехия) до и во время почти всей второй войны, - это все было начало масонской работы по заданию: где можно и как можно чувствительней компрометировать Церковь, в ней православное священство, вызывать у людей резкое отчуждение от Церкви вообще, от веры во Христа. Вот в чем тайна неприкосновенности Нафанаила и ему подобных.
В обители св. Иова встретились и жили три нынешних ярых модерниста: епископы Серафим чикаг., Нафанаил, официально “на покое”, и Виталий канадский. Вероятно навсегда стали друзьями.
Друзья Нафанаил-Виталий отмечены косвенно в ниже приводимых выдержках из материалов расследования дел Нафанаила во Франции: один дух, один цвет, одно направление. Конечно, внешне у каждого свой характер. Хиротония во епископа настигла Василия Львова вместе с Серафимом в Европе. Согласно 34-му Апостольскому правилу, поставление и хиротония кандидата во епископа совершается не иначе, как с согласия всех епископов Церкви, и двумя или тремя епископами (1-е Апостольское правило).
В 1946 году митр. Анастасий предпринял хиротонию Серафима, будучи в Германии. Так как появилась уверенность, что епископы на эти хиротонии согласия не дадут, то, митр. Анастасий, не запрашивая их о согласии, направился в Женеву, куда прибыли и Серафим с Нафанаилом, вызвал из США епископа Иеронима, и, в Женеве же, совершили хиротонии.
Иными словами, митр. Анастасий преступил 34-е Апостольское Пра-вило, а Серафим и Нафанаил, в сане архимандрита, не протестовали.
Таким образом, сообща, как бы по сговору, совершили противозаконно, от чего хиротонии эти не имеют никакой силы Таинства. Это была сделка, но не таинство.
Когда на ближайшем Соборе епископов от епископата последовал запрос первоиерарху по этому поводу, то митр. Анастасий ответил, что совершил хиротонии  “по требованию английского командования”.  Эти хиротонии не внесены в соответствующие акты, т.е. подписями епископата не скреплены. Быть может, протопресвитер Граббе и сделал (задним числом), что нужно, однако подписей архиереев наверное добыть не смог. Иначе об этом знали бы сами архиереи.
По хиротонии еп. Нафанаил занял кафедру правящего Западно-Европейской епархией, с пребыванием в Медоне, неподалеку от Парижа!
В 1951 году, согласно решению Арх. Собора 1950 года, в Лондоне (Англия) был хиротонисан во епископа архим. Виталий. Хиротонию совершили митроп. Анастасий и еп. Нафанаил, вызванный для этого из Франции.
Есть основания полагать, что в 1950 году не все епископы (присутствовавшие на Соборе) были опрошены и высказались относительно хиротонии Виталия: иначе нельзя объяснить участие незаконнохиротонисанного Нафанаила, самого младшего из епископов, при наличии в Европе законных и старших.
Поэтому хиротония еп. Виталия, даже при наличии решения Собора, остается дважды сомнительной: отсутствие единомыслия епископов, и хиротония незаконным епископом, ибо 34-е правило св. Апостол гласит:
Епископам всякого народа подобает знати первого из них, и признавати его яко главу, и ничего превышающего не творити без его рассуждения: творити же каждому только то, что касается его епархии, и до мест к ней принадлежащих. Но и первый да не творит без рассуждения всех. Ибо тако будет единомыслие, и прославится Бог о Господе во Святом Духе, Отец и Сын и Дух Святый.
К епископам Нафанаилу и Серафиму, в силу свидетельства митроп. Анастасия, относится и 30-е правило св. Апостол:
Аще который епископ, мирских начальников употребив, через них получит епископскую в Церкви власть: да будет извержен и отлучен, и все сообщающиеся с ним.
Архиепископ же Виталий канадский и монтреальский подлежит суду еще и по 52-му Апостольскому же Правилу, гласящему:
Аще же, епископ или пресвитер, обращающегося от греха не приемлет, но отвергает: да будет извержен из священного чина. Опечаливает бо Христа рекшаго: радость бывает на небеси о едином грешнике кающемся (Луки гл. 15, ст. 7).
Преступление 52-го правила св. Апостолов поизошло в 1966 году в Свято-Троицком приходе в Торонто (Канада). Отверженным от таинства исповеди настоятелем прихода был прихожанин Владимир Гриненко. Тогда он избрал духовным отцом второго священника. Тогда арх. Виталий запретил трем священникам прихода допускать к исповеди этого прихожанина, о чем свидетельствуют эти священники и староста храма.
На письменный запрос В.Х. Гриненко о причине такого запрещения, арх. Виталий ответил, письменно же, указав лишенному исповеди на его многолетнюю борьбу в Церкви... против противозаконной деятельности архиереев и священников и разоблачая протоиерея С. Щукина, как ИМКИСТА, а также преступление м. Анастасия с Синодом и Нафанаилом, “благословившим” в 1949 году “Русскую ИМКА”.
Здесь мы допускаем введение в дело Василия Львова часть иных, однородных дел для удобства восприятия читателем общего в Церкви положения.
Как видим по изложенным фактам, подготовка нынешнего острого кризиса в Зарубежной Русской Церкви не есть дело нескольких дней или месяцев, а десятков лет, - почти во все время, начиная с кончины митрополита Антония, столпа Церкви, до кончины митр. Анастасия, “не ведавшего что творит”.
Теперь “не ведают, что творят” и те из членов Зарубежной Церкви, кто всю эту длительную эпоху медленного упадка, и до сегодняшнего дня не видят, не понимают, не чувствуют, не желают “разбираться в грязи”, закрывая себе безнадежно всякий намек на остроту необходимости искания выхода,  чтобы не стало так, что тогда “опомнятся”, когда поправить уже нельзя будет ничем и никак, т.е. примут тягчайшее наказание от Господа Бога за исключительное нерадение к Церкви, дару Божьему, политому Святой Кровью Богочеловека! Доклад из Франции по делу епископа Нафанаила очень большой. Берем из него самое необходимое, считаясь и с ограниченностью места в этом издании.
Еп. Нафанаил застал на месте широкий сбор средств в эмиграции, главным образом из США, через архиепископов Тихона и Виталия, на построение во Франции приличного соборного храма Зарубежной Церкви, т.к. храм на рю Дарю перешел к “евлогианам” при расколе в 1927 году. Средства обильно текли.
Чувствуя под собой солидную финансовую базу... еп. Нафанаил и развернулся во всю... Уже в 1949-м году, когда начала сокращаться помощь из Америки... деньги швырялись тысячами... Секретари... Секретарши... разгул. В 1947 году секретарша... 14-летняя девчонка... Осенью 1948 года, на исходе беременности, мадемуазель... улетела в Венецуэлу, где немедленно вышла замуж...
Деньги сорились тысячами (француз. франки). Например, в куче бумаг “епархиального делопроизводства” случайно были найдены расписки друзей Еп. Нафанаила “на позаимствование” от 2 до 15 тысяч франков, не выписанные, конечно, в расход и никогда обратно не поступившие в кассу Епархиального Совета...
Иные суммы, в виде ежемесячного жалования, выписывались на имя разных лиц (не существовавших в природе) сначала по графе личного персонала, но затем занесены в графу благотворительности (без наличия благотворительных сумм вообще)...
Известной масонской организации Скаутов, только, видимо, потому, что Еп. Нафанаил сам скаутмастер, рекламно прибавляющий к своему епископскому званию эту кличку, было выдано на лагеря 10 тысяч франков.
Счета бывали написаны на одну сумму, а итоги выводились иные. Так, например, за напечатание “Сборника” в 1948 году уплачено 35 тысяч франков, а в итоге показано 45 тысяч. Иные расходы выписывались дважды. Принималось участие в новогодней встрече (конечно, по новому стилю) совершенно неведомой епархии мадемуазель Ани, но за счет Епархии...
Все сказанное только сотая доля всего того произвола, что творился Еп. Нафанаилом и его компанией...
Епископ Нафанаил поселил в Озуар-ля-Фериерр свою любовницу, двух прижитых с нею детей (второй родился в Озуар) и тещу... Их надо было содержать...
В результате: “Весь представленный к сему материал с несомненностью устанавливает: 1. растрату свыше полумиллиона франц. франков переходящих Епархиальных и других сумм и 2. Хищение 350 англ. и 30 англ. фунтов, якобы равных только тремстам тысячам франц. Франков”...
Эти растраченные деньги предназначались на... постройку Божьего Храма. Любовница еп. Нафанаила носила... несколько фамилий... Устроенный при участии еп. Н. развод ее и затем бракосочетание ее с другим... Бракосочетание совершилось, с ведома Еп. Н. на частной квартире... На свадьбе перепились, и Еп. Нафанаил увез Лидию Уден в безобразном состоянии неизвестно куда...
Все это видели медонцы, со слов которых свадьба получила огласку... В Озуаре русские шоферы, возвращаясь с ночной работы, не раз видели приезжавшего с ночным поездом Еп. Нафанаила, подбиравшего рясу и в полутьме бегущего “на дачу”...
Возвращаясь к себе домой, в Бельвью, Еп. Нафанаил частенько лазил в “архиерейские покои” через окно. Когда посоветовали ему не делать этого, во избежание полицейских неприятностей, он ответил: “Забыл ключ, и не хотел никого беспокоить”...
А его поездки по епархии! Один соблазн!... всякая мера переходила границу, и все с тостами за молодых девиц...”.
Читаешь, и не веришь... Но читать нужно, знать нужно, потому что, не зная, мы не будем в состоянии что-либо решительное предпринять во спасение, во существование Зарубежной Русской Церкви. Ведь так мало людей осталось “зрячих”, “болеющих” и “ревнующих!”.
Доклад заканчивается так: “Бесплодная, но шумливо-вредная деятельность еп. Нафанаила здесь не оставила после себя решительно ничего конструктивно-положительного, но зато оттолкнула от нас очень многих, мно-голетних убежденнейших соборян. Более того, некоторые из ушедших, зная особую близость Еп. Нафанаила к руководящим масонским кругам ИМКА, считают и его масоном.
Конечно, последнее недоказуемо, однако известно же, что Еп. Нафанаил в Харбине был ревностным ИМКАистом. а последняя всегда была масонской. Ведь никто иной, как Еп. Нафанаил оказался услужливейшим пестуном ИМКА в ее стремлении уничтожить Соборные определения об ИМКА, как организации масонской...”.
С появлением митр. Филарета дело приняло оборот иной: друзья по Харбину (м. б. и по ИМКА?) м. Филарет и Нафанаил путешествовали по Европе в 1965 году, причем последний сослужил митрополиту (!!!), после чего должна была произойти “реабилитация” Нафанаила.
Если это еще не произошло, то может произойти на Соборе в мае с.г. (если он состоится), в том случае, если на соборе не примут участие делегаты от мирян.
Еще в 1953 году докладчик Синоду о Нафанаиле во Франции уже отметил фактический вред, нанесенный Церкви преступником от ИМКА. Что же теперь, 15 лет спустя?
Где позорящий нашу Церковь Василий Львов, как отметил Нафанаила покойный архиепископ Виталий, - готов ли, наконец, он к самостоятельному уходу из Церкви?
Увы! Во-первых, митр. Филарет, ознакомившись с докладом 1953 года, сказал, что “этого священника (докладчика) он заставил бы извиниться перед Епископом Нафанаилом, а затем запретил бы его в священнослужении”.
Во-вторых, в газете “Россия” (Нью-Йорк) от 7 октября 1966 года читаем в предсмертном письме архимандрита Корнилия из Мюнхена-Обер-менцинг: “...Наша высшая церковная власть вверяет ныне руководство нашей Обителью (св. Иова Почаевского) Преосвященному Епископу Нафанаилу, с которым мы в течение всех последних лет дружно и единодушно сотрудничали в церковно-миссионерской работе...”.
Слава Богу, что в другом месте мы имели возможность слышать слова одного из верных Церкви и Богу епископов: “...но при чем тут правило, наказывающее епископа за совершенное им блудодеяние извержением из чина? Это правило обосновано не на каких-либо внешних, временных и формальных условиях и обстоятельствах, а на нравственном Законе Божием, а потому оно абсолютно и неизменно и совершенно нерушимо: не может быть обойдено и попрано без попрания совести.
Как может быть учителем чистой целомудренной жизни для своей паствы Епископ, который сам в своем лице дает своей пастве яркий пример нечистой блудной жизни”?
Глядя на него (а Нафанаил не стесняется и теперь, в Германии! Ред.) и паства станет думать, что блуд - это грех маловажный... Особенно великий соблазн этот для молодых монахов! Они с легкостью будут относиться к этому греху, видя, что Епископ блудодействует и за это не извергается из сана, как повелевают церковные правила... И самое уважение их к авторитету церковных правил и к нравственному Закону Божию такой снисходительностью будет совершенно подорвано. Они увидят, что в Церкви, оказывается, нет ничего святого...
Какое бы “отвратительное впечатление” ни производил доклад, но действительность - еще отвратительней! Очень многим известна отвратительная, отталкивающая от Церкви вообще блудная жизнь еп. Нафанаила и в Харбине, и где-то в Индии, и во Владимировой на Карпатах, и в Гамбурге, и в Париже, и в Тунисе, и вообще в Европе - до последнего времени включительно не изменяющаяся.
Об этом очень многие люди пишут, говорят, возмущаются и... поражаются бездействием высшей власти Церкви... Это продолжается не несколько дней, а десятки лет! Действиями русского православного епископа заграничной Церкви разваливается вокруг него самое понятие о христианстве, о Христе. Кому же такое разорение Церкви нужно теперь?! И вот, как бы в ответ, - Нафанаил “миссионерствует” в обители, специально туда посланный высшей властью, попирая и Закон Божий, и совесть.
Так как же мы можем молчать и сидеть сложа руки? Можно ли дальше идти того, что мы знаем и чем душевно возмущены и страдаем морально? Можем ли мы быть лишь свидетелями нового распятия Христа - в угоду (только всего!) антихристу, который, по предсказанию св. Ипполита Римского, “будет иудей”?
Ниже приводим некоторые документы из дела Василия Львова, свидетельствующие о том, что недосягаемость этого преступника перед Богом и людьми не случайность или временное падение христианина, могущего вернуться на путь праведный, а обдуманная и определенная акция врагов Церкви, проникших в самое Церковь по злой воле той же силы, черной цветом, которая грозит взорвать весь христианский мир. Быть только свидетелями происходящего - это значит отречься от Христа (из сборника “Только сим победиши анти-христов!”).
Архиерейский Собор в свое время судивший еп. Нафанаила Львова и запретивший его в священнодействии и кафедры за создание семьи, должен был тогда же лишить его сана и возвратить отца к детям. Не сделав этого, Архиерейский Собор вслед за еп. Нафанаилом нарушил 15 правило Гангрского Поместного Собора, которое говорит: “Аще кто детей своих оставляет и не питает, и не приводит, по возможности, к подобающему благочестию, но, под предлогом отшельничества, не радит о них: да будет под клятвою”.
Также Синод, как исполнительный орган в Церкви и подчиненный Архиерейскому Собору, нарушил 29 Правило 4-го Вселенского Собора в храме Премудрости Слова Божия, а именно: “отлученные Великим Собором, нигде не приемлются в общение”.
Но в случае возвращения на кафедру Василия Львова на основании девиза Никоновщины “цель оправдывает средства”, то каково станет положение епископов строго исповедывающих Св. Каноны, когда рядом с ними за Богослужением в храме явится в архиерейском облачении семейный ел. Нафанаил? Вряд ли они согласятся стать рядом с ним и нарушить 11 Апостольское правило, гласящее: “аще кто с отлученным (изверженным) от общения церковного помолится, хотя бы то было в доме: таковый да будет отлучен”. Тот же смысл повторяют 90 и 98 Правила Карфагенского Собора, а именно: “епископы и прочие клирики, находящиеся под судом, бывают вне общения”.
Утрачен нашими архипастырями дух истинного Православия, ведь даже митрополит при объезде германской епархии служил в церкви вместе с Василием Львовым, который был в архиерейском облачении». 425
 
* * *
 
«Через некоторое время архимандрит Нафанаил был произведен в епископы и назначен правящим Западно-Европейской епархии, с кафедрой в Париже. В 1953 году, еще до Собора Епископов, духовенство и миряне г. Парижа писали жалобы в Синод о том, что их епархиальный архиерей “еп. Нафанаил” живет с некой г-жей Л. Л...ой, прижив от нее двух мальчиков Сережу и Васю, которые зарегистрированы на светское имя епископа - князя Василия Львова (на имя епископа было неудобно), отец которого был председателем Временного Правительства (Керенского), ревностно проводил революцию в России и разлагал Императорскую Армию.
Из Парижа писали, что еп. Нафанаил получал из УНРРА [денежные средства] на содержание семьи... Православные парижане писали многим духовным и светским лицам о том, что после ликвидации УНРРА “еп. Нафанаил” истратил на содержание семьи вверенную ему сумму в 300.000 франков, собранную мирянами на постройку храма в Париже. Все ожидали от Собора Епископов 1953 года лишения сана женатого (сожительствовавшего) “еп. Нафанаила” и возвращения отца детям, подобно прижившему детей “епископу” Филиппу Гарднеру, лишенного сана по распоряжению Рклицкого даже без санкций Собора Епископов.
Повидимому женатый “еп. Нафанаил” имеет в лице Рклицкого больше значение, чем его женатый собрат Филипп. (от редакции “Р.Е.”: Ни одна жалоба из Парижа митрополиту, Синоду или Собору Епископов не могла доходить по назначению, ибо они попадали все в руки Рклицкого, который их бросал в мусорную корзину, так что Собор Епископов наверно даже не знал, что существует такой “еп. Нафанаил”).
Соборы Епископов 1953 г. и 1956 г. вопреки 12 правилу 6-го Вселенского Собора, гласящего “что епископы, по совершению над ними рукоположения, не могут жить с женами... Аще кто усмотрен будет сие творящий, да будет извержен”, не лишили “еп. Нафанаила” сана, а только поместили в монастырь преп. Иова в Мюнхене, якобы по поручению Митрополита Анастасия писать “Историю нашей Церкви” (воображаем, какую бы чепуху написал).
На необдуманные вопросы о случившемся, почивший ныне Архиепископ Григорий, не имея канонических оснований оправдать соборы, успокоительно отвечал, что “еп. Нафанаила” прикрепили к монастырю, как “молодого жеребца и посему нет дальнейших опасений”. Нарушение обоими Соборами вышеупомянутого правила Церкви является отступничеством от Св. Православия и такие Соборы в Истории Церкви будут считаться обновленческими. Только один Св. Троицкий монастырь в Джорданвилле после первого собора 1953 г. вычеркнул из своего синодика (помянник) имя “еп. Нафанаила” и вписал на это место “князь Василий Львов”.
Незаконную жену “еп. Нафанаила” с его детьми взял к себе на содержание в Сан Франциска его большой друг, тоже князь, епископ Иоанн Шаховской из Северо-Американской юрисдикции, где они находятся и теперь. Его дети наивно говорят, что “у них два папы-владыки: один далеко, а другой здесь”.
Сейчас, говоря словами почившего Архиепископа Григория, “молодой жеребец” сорвался с монастырских удил и при помощи своих друзей в Синоде (читай: Рклицкого и Граббе) очутился в Берлине в единственном там приходе и епископом и настоятелем этой церкви, но которая в календаре Св. Троицкого монастыря в Джорданвиле указывается все время вакантной (без настоятеля), а сам “еп. Нафанаил” в том же календаре указан, как “на покое”. Но это не мешает ему дальше в Берлине, как епископу, сослужить митрополиту Филарету при объезде последним Европы.
Теперь же после смерти архимандрита Корнелия (Малющицкого), настоятеля монастыря преп. Иова, в Мюнхене, назначается туда настоятелем. Таким образом все прошлое князя Василия Львова Рклицким замазано и у нас теперь в Зарубежной Церкви совершенно новый священнослужитель - архиерей Нафанаил. 426
 
* * *
 
Весьма примечательрно письмо Светлейшего князя Михаила Константиновича Горчакова к Митрополиту Анастасию и всему зарубежному епископату «соборной юрисдикции».
«26 февраля 1955 г.
Эрбле, Франция
Ваше Высокопреосвященство,
Высокопреосвященнейший Владыка!
К крайнему моему огорчению, я так и не получил от Вас ответа на мое заказное письмо еще от августа 5, 1954 г., по поводу политических поминовений за богослужениями и по поводу грязного дела Епископа Нафанаила до сих пор не разрешенного, к великому соблазну верующих мирян, как того требуют святые каноны.
Высокочтимый всеми епископ Аверкий - член святейшего Синода в ном. 23 “Прав. Руси” (за 1955 г.) исчерпывающе и вдохновенно заявил, что “всякий отвергающий каноны колеблет самые основы Церкви, а потому и на верующих мирянах лежит долг и право отстаивать каноны Церкви, когда они злонамеренно попираются”.
И далее: “Борьба за чистоту веры и за каноническое устройство Церкви является священным долгом не только церковной иерархии, но и рядовых верующих мирян, ибо у нас, по учению Восточных Патриархов (см. послание 1848 г.), хранителем благочестия является само тело Церкви, то есть народ”.
Опираясь на эти слова, которые накладывают на нас великую ответственность, мы открыто заявляем Вам, Высокопреосвященнейший Владыка, что в деле епископа Нафанаила, совершившего полное попрание 25 апостольского правила своими блудодеяниями с прижитием детей, хищениями и мошенничеством - Высокочтимый всеми нами Святейший Синод, по непонятным для нас причинам, позволил себе не подчиниться тем святым канонам, на которых зиждутся основы Церкви.
Видя в этом угрозу поколебания самого Святая Святых, то есть Церкви Христовой, мы считаем своим долгом защищать Правду Христову всеми законными средствами, основываясь на правилах апостольских и Поместных Соборов.
Прошу св. молитв Вашего Высокопреосвященства и благословения и остаюсь глубоко преданным Вам Кн. М. К. Горчаков».
 
Докладная записка (особое мнение)
 
Не менее примечателен документ, подписанный несколькими зарубежными иерархами в связи со скандальной историей епископа Нафанаила (Львова).
«Мы, нижеподписавшиеся члены Архиерейского Собора Русской Православной Церкви заграницей, созванного 5/18 октября 1959 года в Нью-Йорке, по долгу своей пастырской совести, в согласии с данной нами при архиерейской хиротонии присягой, считаем себя вынужденными представить Архиерейскому Собору настоящую докладную записку, выражающую наше особое мнение.
Из (официального) органа Германской епархии “Церковные Ведомости” за номером 6, 7 и 8 от июня, июля, августа 1959 года, а также из доклада Преосвященного Александра, архиепископа Берлинского и Германского, Архиерейскому Собору стало известно, что клирик Германской епархии архимандрит Гермоген (Кивачук) за наличие преступлений против канонов и нравственности, выразившихся в “прижитии детей”, согласно требованию 25 Правила Святых Апостолов, лишен священного сана, каковое извержение из сана утверждено было архиерейским Синодом.
Нам известно также аналогичное дело Преосвященного Епископа Нафанаила (Львова), преступившего то же 25-е правило Св. Апостолов с прижитием двух детей, - дело, которое тянется уже несколько лет и дважды рассматривалось двумя предыдущими Архиерейскими Соборами 1953-го и 1956-го гг., но без всяких последствий.
Епископ Нафанаил, еще ранее того отрешенный от управления епархией, не только не был лишен сана, как того требуют церковные каноны (см. 25 правило Св. Ап., 1 правило Вас. Вел.), но не был даже запрещен в священнослужении, а продолжал священнодействовать, причем был назначен в истекший междусоборный период А. Синодом на должность настоятеля нашего прихода в Берлине.
Такое отношение нашей Высшей Церковной Власти к совершившему тяжкое каноническое преступление Епископу является предметом большого соблазна, как в среде многих священнослужителей нашей Зарубежной Русской Церкви, так и в среде верующих, глубоко преданных Церкви, мирян.
На нашу Русскую Зарубежную Церковь многие смотрят, как на единственный в настоящее время оплот истинной веры и благочестия среди общего религиозного и нравственного развала, царящего в мире, как на хранительницу церковных канонов, как на исповедницу бескомпромиссного стояния за церковную Истину.
В этом несомненно и заключается ее назначение и главное оправдание ее самостоятельного существования заграницей. Она должна поэтому, особенно строго блюсти свою чистоту. Иначе она становится “солью обу-явшей”, и существование ее делается бессмысленным.
Как оправдать с этой точки зрения отношение нашей Высшей Церковной Власти к преступлению Епископа Нафанаила?
Мы слышали возражения, что он принес покаяние, а потому заслуживает снисхождения. Истинное покаяние - великое дело, но ни в церковных канонах, ни в многовековой церковной практике мы нигде не находим никаких указаний на то, чтобы покаяние освобождало согрешившего блудом клирика или епископа от извержения из сана.
Мы были бы очень благодарны Архиерейскому Собору, если бы нам был указан хоть один такой пример, когда впадшему в блуд клирику или епископу, за принесенное им покаяние, было разрешено продолжать священнослужение.
Но нам хорошо известны свидетельства и примеры совершенно противоположного характера, из весьма авторитетных источников, которые именно и смущают нашу совесть и заставляют нас представить настоящую докладную записку.
Это, прежде всего, случай, записанный в книге, именуемой “Лавсаик”. Эта книга, составленная Еп. Палладием Еленопольским в конце 4-го века христианской эры, нашла высокое признание нашей Церкви и имеет бесспорный авторитет, поскольку Уставом церковным положено прочитывать поучительные статьи из нее в Храме во время великопостного Богослужения на утренях после З-й кафизмы и после З-й песни канона.
Вот что рассказывается в этой книге гл. 19... Суть этого замечательного повествования вполне явна: пресвитер, даже покаявшийся в грехе блудодеяния, все равно не мог быть восстановлен в праве священнодействия, а должен был даже дать обещание с клятвою, что никогда больше священнодействовать не будет.
В своей прекрасной глубоко-назидательной книге “Приношение современному монашеству” (5-й том соч.) Преосвящ. Игнатий Брянчанинов приводит случай. Один епископ, за которым в болезни ухаживала инокиня, впал в блуд с нею. Он, выздоровевши, тотчас же оставил свою кафедру, затворился в монастыре и проводил всю остальную свою жизнь в трудах покаяния.
В Житиях Святых находим еще случай. Один пресвитер впал в блуд. Он тотчас прекратил священодействовать и предал себя усиленному подвигу покаяния. Покаяние его было столь сильно и действенно, что Бог не только простил ему грех, но даже послал ему за труды дар чудотворения. Получив этот дар, пресвитер решил, что раз Бог его простил, то он может снова начать священнодействовать.
Тогда Бог вразумил его следующим необыкновенным чудом. Принесли ему однажды покойника. Он помолился над ним и покойник по его молитве воскрес. Поднявшись, воскресший устремил свой взор на пресвитера и громким голосом раздельно произнес: “Хоть ты и чудеса творишь, но священнодействовать не смеешь”.
И это вполне понятно. Вел. Святой Иоанн Златоуст в своих знаменательных словах о священстве говорит, что хотя “священство совершается на земле, но принадлежит к порядку небесных учреждений”, а потому от священника требуется совершенно особая чистота, как ни от кого другого из смертных.
Вот почему этот же великий вселенский учитель, столп Православия, говорит, что нет греха хуже как если священнослужитель впадает в блуд. В тех же своих словах – “О Священстве” - он подчеркивает: “Священнослужителю не следует ожидать суждений от других, когда случается совершить грех, заслуживающий извержение, но ранее самому отречься от власти, т.е. еще возможно будет получить помилование от Бога; удерживать же себя в этом достоинстве вопреки благопристойности - значит лишать себя всякого прощения и еще более воспламенять гнев Божий, прилагая к одному, другое тягчайшее преступление” (Слово 3-е).
Как мы видим, это изречение св. Златоуста находится в полном согласии с вышеприведенными святоотеческими повестями.
На основании всего вышесказанного, мы, ниже подписавшиеся члены Архиерейского Собора Русской Зарубежной Церкви, глубоко смущенные в своей совести, с глубокой скорбью в душе, принуждены заявить, что считаем незаконным противоканоническим и губительным для нашей Церкви актом допущение к священнослужению епископа Нафанаила (Львова), находившегося в блудном сожитии с некой Лидией Латкиной и прижившего от нее двух детей: Сергия и Василия, что небезызвестно Архиерейскому Синоду и о чем говорилось в прошлом и на Архиерейских Соборах.
По данной нами при архиерейской хиротонии присяге, мы считаем для себя невозможным молитвенное и литургическое общение с епископом Нафанаилом, о чем и доводим до сведения Архиерейского Собора Русской Православной Церкви заграницей, заявляя, что никакого соучасти в этом незаконном деянии мы иметь не желаем и никакой ответственности на себя за это перед Православной Церковью здесь и на Страшном Суде Божием, там, в будущей жизни, не берем, в чем собственноручно и расписываемся.
Архиепископ Чилийско-Перуанский Леонтий.
Епископ Сиракузско-Троицкий Аверкий.
Епископ Каракасский и Венецуэльский Серафим».
 
Дело архиепископа Александра (Ловчего)
 
«Милостивый Государь, господин редактор-издатель!
С великим смущением, но и с немалым удовлетворением мы увидели на Вашем журнале лица архиерея Нафанаила, которого здесь очень хорошо узнали, и архимандрита Антония Граббе, которого знаем еще мальчуганом в Белграде, и с таким, если не большим смущением прочли в тех же журналах про “деятельность” этих лиц..., ничего общего с их санами, ни Церковью Православною, Святой не имеющую.
Граббе-отец тоже нам известен. И можем сказать только с великою горечью: вот они, потрясатели основ Символа Веры, Законов Божиих, соблазнители многих тысяч человеческих душ христианских, и безнаказанно продолжатели той же деятельности - прямо на полное разложение драгоценной для нас Зарубежной Русской Церкви.
Дошедшая до нас небольшая книга “Только сим победиши антихристов” дала еще больший материал, еще шире показала нам картину страшную, до остолбенения. Не хочется верить, но люди не лгут, приводя факты и документы, и не будучи ни в одном факте или приведенном документе опровергнуты Собором епископов в мае сего года.
Удовлетворение же наше в том, что мы сами... свидетели здесь, в Германии, еще худших и, если можно сказать, страшнейших событий в нашей Церкви, неоднократно в спорах доходили до крайнего ожесточения, в большинстве отвергая с негодованием то, что нам повествовали, показывали и даже, некоторые люди, обобщая ужасы и падения на всю Церковь, и только теперь горестно примирились между собою: увы! Все правда!
Не касаясь вопроса естественного и тревожного «Так что же делать?», ибо сперва, полагаем, нужно выяснить всю картину, до возможного дня, мы не можем не поделиться с тем православным народом, что нам стало в разное время известно здесь.
Например, прилагаемый к этому письму портрет Архиепископа Александра (Ловчего) примерно с год уже ходит по рукам... Это ужасная картина, епископа в нетрезвом виде в ресторане, рядом “баба”, держащая в руке его Посох, уже многим кажется прототипом того, что из себя может представлять наша святыня эмигрантская выстраданная Церковь под управлением подобных владык.
Есть еще несколько стариков, впервые встречавших нынешнего правящего в Германии в сане иеромонаха (во время последней войны) в Берлине на Тегеле. Там была небольшая церковка на небольшом русском кладбище, и с домом невдалеке от церкви. В постройке ютились престарелые инвалиды-офицеры Первой войны. Вот они-то и были неоднократно свидетелями похождений иеромонаха Александра, жившего там же, по ночам, караемых 25-м Апостольским правилом (только теперь мы знаем, что это за правило).
Окончилась война. По всей Германии засновал наш русский народ, кому удалось миновать выдачи союзничкам в пасть Сталину. И вот, кое-кто из тех, кто знали иеромонаха Ловчего по Тегелю, вдруг были ошеломлены: в барачной церковке в Мюнхене, за богослужением в один из воскресных дней в 1945-м году, кажется, уже архимандрит Ловчий на их глазах был хиротонисан во епископа митрополитом Анастасием... В то суматошное время это просто страшное дело вскоре забылось. Но потом сам новый епископ кое-кому напомнил о себе...
Еще перед войной, когда г. Ловчий был в ресторане “Медведь” кельнером, танцором и запевалой, русские некоторые знали, что у него есть “милый друг”, Надежда Акименко, но на это никто не обращал внимание. После войны оказалось, что у владыки Александра эта связь сохранилась, имеется уже дочь Ольга, возрастает. Теперь Ольга, дочь владыки Александра, замужем за немцем под фамилией Вагнер, живет недалеко от Штутгарта. “Супруга” же, Надежда Акименко, получала ежемесячно от архиерея 300 немецких марок, по почте, не скрывала этого, имея почтовые квитанции (отрезки). В последние годы она жила в доме престарелых Деттинген, тоже недалего от Штутгарта, где и скончалась в 1963 году.
“Супруг” часто приезжал в Деттинген, за совершением там богослужений, навещал Надежду. В скученности жизни таких углов трудно хоть кому укрыться от ушей и глаз окружающих. Конечно, тайна Надежды Акименко давно не была тайной и уходила далеко по епархии, как могла и хотела. Но что мог сделать простой смертный? Писали, конечно, в Синод, просили навести порядок. Но мы теперь очень хорошо знаем, что такое синодское молчание!
Вот это все теперь вспоминается, когда Церкви угрожает полное разложение. И мы больше молчать не можем, чтобы окончательно не стать соучастниками великого предательства Церкви русской.
Можно еще добавить следующее: на Соборе 1967 года Архиепископ Александр очень настойчиво проводил мысль, что необходимо все зло, обнаружившееся в Церкви (точнее, в келлиях архипастырей) никак не трогать. Это и понятно со стороны Ловчего, еще с Тегеля уже лишенного Святыми Апостолами своего первого сана. Было ли хоть одно, хоть секретное следствие по делам Ловчего со стороны Синода - нам не известно.
Но что были многочисленные просьбы о таких расследованиях направлены от мирян - это известно многим, очень многим. Да и не только по 25-му Апостольскому правилу. Одно покрытие правящим архиереем Ловчим пролития Святых Даров на амвон без надлежащей по закону ликвидации протопресвитером Василием Виноградовым, чего стоит.
Группа прихожан храма в Мюнхене на Александер пляц, оставившая приход из-за духовной невозможности присутствовать при “священнодействиях” все еще правящего Ловчего». 427
 
Щекотливая тема
 
«Как всем известно в эмиграции, Архиепископ Германский Александр (в миру Андрей Ловчий) служил раньше кельнером и танцором в Берлине, в ресторане “Медведь”. Там Ловчий поставлял богатым посетителям падших женщин, там же Ловчий заразился венерической болезнью и не вылечился. (Некоторые прихожане не желают подходить теперь под благословение Архиепископа Александра Ловчего, не желают целовать его руку, боясь заразиться от него венерической болезнью).
Затем Ловчий проворовался и его выгнали из ресторана “Медведь”. Тогда Ловчий пошел к архиепископу Тихону в Берлине и со слезами просил Владыку Тихона принять его псаломщиком, так как он умеет читать по-славянски. Архиепископ Тихон направил его на пастырские курсы в Болгарию. Вернувшись в Германию, Ловчий служил иеромонахом в Германии и одновременно работал тайным  агентом в Гестапо, при Гитлере.
Жил Ловчий на Тигеле (в Берлине), имея там приход и водил к себе в дом, а затем после мордобития одним немецким солдатом (у которого Ловчий “похитил” жену) и будучи “подтянут” проживающими в том же доме русскими офицерами-инвалидами, вскоре попал в архимандриты и был переведен в Мюнхен (все это с помощью Гестапо).
Доносил на русских эмигрантов, не согласных с политикой Гитлера, с антирусской политикой. Доносил Ловчий и на других лиц, так, по доносу Ловчего Гестапо арестовало греческого православного Архимандрита Мелетия, служившего в Греческой церкви в Мюнхене. После ареста греческого Архимандрита, Ловчий забрал себе ценную утварь греческой церкви, а также личные ценные вещи греческого Архимандрита. После окончания 2-й мировой войны, этого греческого Архимандрита освободили. Обо всем этом греческий Архимандрит пишет в брошюре, изданной им в Греции, где он сейчас находится. Он сейчас Митрополит Китарский.
Граф Юрий Граббе (нынешний Протопресвитер Георгий Граббе), работавший также тайным агентом Гестапо, поспешил возвести Ловчего (как своего со-работника по Гестапо) в сан Епископа, сразу же по окончании 2-й мировой войны.
Но когда Ловчий был еще в Берлине, когда он работал еще в ресторане “Медведь”, то с ним вместе работал некий Николай Николаевич Стулов, с которым Ловчий был связан по линии гомосексуализма. (Ловчий был “субъектом”, “активным”, то есть выполнял роль “мужчины”, а Стулов был “объектом”, то есть исполнял роль “женщины”)!
Имеются свидетели, знавшие точно, в каком именно “Клубе педерастов” состояли Ловчий и Стулов в Берлине.
Стулов также работал тайным агентом Гестапо в Берлине.
В конце 2-й мировой войны Стулов поспешил уехать из Берлина в Мюнхен, к своему “патрону-гомосексуалисту” Ловчему. Ловчий принял Стулова с распростертыми объятиями, и у них возобновилась прежняя педерастическая “дружба”. Но потом Стулов совершил в Мюнхене один рискованный плагиат и ему грозили большие неприятности. Тогда Стулов спешно выехал из Мюнхена в Майнц, а затем Висбаден.
В Висбадене имеется замечательный Русскай Православный Храм, построенный сто лет назад. Этот храм показывается туристам, как музей, ежедневно. (Висбаден - курортный город). Там же, в храме продаются туристам открытки с видами храма и брошюры с описанием истории Висбаденской церкви. От продажи входных билетов туристам, а также от продажи открыток и брошюр Висбаденская церковь имеет доход свыше 60.000 германских марок в год, как официально сообщалось в газетах. Все деньги перечисляются Ловчему.
Висбаденская Православная Община на общеприходском собрании выбрала Церковным Старостой делового, энергичного прихожанина Назария Кузмича Рыжикова, который сразу же проявил большую деятельность: позолотил купола церкви, отремонтировал церковный дом, привел в порядок церковное кладбище.
Но тут появился в Висбадене Стулов. Этот Стулов договорился с Ловчим, чтобы как-то скомпрометировать и убрать церковного старосту Рыжикова и Ловчий снял Рыжикова с этого поста и назначил на его место Стулова церковным старостой. (И Стулов, и Ловчий прошли хорошую школу в Гестапо и знают, как можно оклеветать человека. Такую же школу в Гестапо прошли Никон, Ряснянский 428 и Чухнов, и клевещут очень успешно и провоцируют в Зарубежной Церкви им мешающих людей).
Все это незаконно конечно. Никаких оснований (кроме клеветы отъявленного клеветника Стулова) для снятия Рыжикова не было. Прихожане оказали Рыжикову доверие, избрав его церковным старостой. Кроме того, Обще-Епархиальный Съезд также оказал ему доверие, избрав его Членом Епископского Совета, где Рыжиков состоит до сих пор.
Созвать общеприходское собрание в Висбадене, для замены Рыжикова Стуловым, Ловчий и Стулов не рискнули, ибо видели, что прихожане станут горой за Рыжикова и провалят всеми ненавистного мужеложца и плагиатора Стулова. Поэтому Ловчий назначил Стулова церковным старостой, что совершенно незаконно, ибо, как известно, по церковному Уставу, церковный староста должен избираться прихожанами, а не назначаться Архиереем. Но Ловчий бесконтрольно попирает Устав и все законы.
После того, как Стулов лишился места в Мюнхене (из-за совершенного им плагиата) и переехал в Висбаден, Ловчий решил прибрать к рукам все доходы Висбаденской церкви (кстати, самой богатой церкви во всей Европе). Для этого ему нужен был свой человек на должности церковного старосты. Раньше, при Рыжикове, все деньги Висбаденской церкви вносились в банк на конто церкви; а теперь, при Стулове, все деньги Висбаденской церкви вносятся на конто Ловчего, то есть Епархиального управления и расходуют эти деньги Ловчий и Стулов куда хотят, совершенно игнорируя Церковный Совет, которому не разрешают никакого контроля над поступлениями и расходованием средств.
Стулов – “шляпа”, не деловой человек. При продаже свечей у него всегда не хватает денег. (Просчет? Или...?). Тогда ему назначил Ловчий двух помощников старосты. (Тогда как Рыжиков справлялся вообще один). Стулов развалил все хозяйство Висбаденской церкви, но Ловчий покрывает все безобразия Стулова. Прощеты Стулова покрываются из церковных средств, а это незаконно.
Всеми уважаемого прихожанина профессора Доктора Владимира Ивановича Солнцева, критиковавшего безобразия Ловчего и Стулова, довели до того (Ловчий и Стулов), что Солнцев ушел из членов Приходского Совета, чтобы не нести ответственности за безобразия Стулова и Ловчего.
Стулов женился на полусумасшедшей немке (лечившейся, но недолечившейся в сумасшедшем доме). Она теперь командует всем в церкви.
Сам Стулов имеет кличку: Колька-“дурак”, из-за его неделовитости (но в отношении клеветы и интриг Стулов очень “деловитый”).
Хотя Стулов хорошо зарабатывает и не нуждается, но Ловчий устроил ему поездку в Швейцарию, в Локарно, в Дом Отдыха, за казенный счет поездку вместе с женой, на два месяца: а многие нуждающиеся старики священники не посылаются на отдых в Локарно.
Все “делишки”, все незаконные темные дела Ловчий совершает через Стулова и вместе с ним. Стулов - правая рука Ловчего во всех беззакониях.
В Германии, в Обераммаргау, каждые 10 лет совершается так называемая Пассион-Шпиль, показ предательства Иудой Христа, распятия, смерти и воскресения Господа. Будет совершаться и в 1970 году эта всемирно-известная Пассион-Шпиль. Но в 1970 году не нашлось желающего играть роль Иуды Искариотского. И вот, по слухам, эту роль предложили играть Стулову, как специалисту по вопросу предательства. Стулов согласился и уже отпускает себе бороду. И без бороды, а с бородой в особенности, Стулов очень похож на Иуду Искариотского. Но еще больше он похож своею душой и своим сердцем.
Кто поможет очистить духовно-нравственные Авгиевы конюшни Германской Епархии от мужеложца-плагиатора Стулова и его высокого покровителя Ловчего?
Радион Ефремов». 429
От редакции “Русского Единства”: Какая “замечательная” биография у Александра Ловчего, Архиерея Русской Православной Церкви Заграницей!
Видимо за эту его “замечательнейшую” биографию Архиерейский Синод (по представлению Архиепископа Никона) наградил Ловчего сначала саном Архиепископа, а затем и брильантовым Крестом на клобук.
(Как известно, Ловчий состоит правой рукой Архиепископа Никона и Протопресвитера Граббе, в их преступной деятельности по разложению Зарубежной Церкви)».
 
Дело Архиепископа Антония (Сенкевича)
 
«Мы ничего не знаем о юности Владыки, о его богословском образовании и о его иноческом подвиге. Он сын священника, который повидимому не священствовал в России, а его мать была зубным врачом в Палестине, когда эта страна не была еще Израилем. Нам неизвестно, когда и где он был возведен в сан архимандрита, но довольно хорошо известна его жизнь уже в Иерусалиме. До него начальником миссии был архиепископ Анастасий (митрополит Анастасий), который был вызван в 1936 году в Югославию и был там возведен в сан Митрополита, еще при жизни митрополита Антония.
Тогда архимандрит Антоний, как начальник миссии не понимал ее так как его предшественники и поэтому должность он осуществлял своеообразным образом. Под началом этой миссии имеются несколько женских монастырей, насельницами которых также являются православные арабки и абессинки.
Свою деятельность в миссии он главным образом сосредоточил на внедрении основ православной религии монахиням и послушницам этих женских монастырей. Причем это делал необычайным образом, не принятом в нормальных женских монастырях, не проповедями и поучениями одновременно всем насельницам монастыря, а отдельным монахиням и послушницам, для чего уединялся с ней и там в затворе ей эти основы внедрял. Были случаи, когда ему приходилось так трудиться несколько дней и ночей подряд в таком затворе.
Долго так не могло продолжаться, ибо в один прекрасный день собака на дворе одного женского монастыря разрыла труп новорожденного абессинца. После этого несчастного случая насельницы этого монастыря закрылись и чтобы их никто не посещал повесили на ворота или на дверь большой замок.
Но рвение архимандрита Антония и дальше просвещать насельниц этого монастыря в основах русского православия заставило его в присутствии советских и иностранных корреспондентов сбить собственноручно этот замок и таким образом открыть себе дорогу для дальнейшей своей просветительной и плодотворной деятельности.
(В другой редакции: Здесь, не имея никакого контроля над собой, его преступная натура распоясалась, несмотря на то, что он служит в Святых Местах у Гроба Господня, и начал развратничать в женских монастырях, которые ему были подчинены. Для этого он выбирал свою жертву среди послушниц арабок и абессинок и уединяясь с ними там же в монастыре, поучал их “истинному православию” сутки, а у особенно непонятливых это поучение продолжалось до трех суток. Все это продолжалось бы, может быть, и до сих пор, если бы не собака..., которая на земле монастыря вырыла трупик новорожденного абессинца. Мы не знаем, съела ли собака этот трупик или послушницы его зарыли более основательно и глубоко, но знаем, что этот женский монастырь закрылся для входа в него, тогда архимандрита Антония, и повесили на ворота или на двери большой висячий замок. Но у архимандрита Антония было непреодолимое желание продолжать в этом монастыре свою “миссионерскую работу” и он в присутствии советских и иностранных корреспондентов сбил этот замок и таким образом открыл себе путь для дальнейшего проповедывания истинно-русского православия”. 430
Иерусалим разделен на две части, одна принадлежит королевству Иордании, а другая Израилю.
Святые места находятся в обеих частях города и для того чтобы посетить эти святые места и им поклониться, необходимо несколько раз пересечь эту границу. Для того, чтобы ознакомить с этими святыми местами насельниц женских монастырей Зарубежной Церкви, архимандрит Антоний (тогда) нагружал автокар ими и сам вместе с ними переезжал часто эту границу. Пограничники арабы до того привыкли к этим поездкам архимандрита Антония. что, видя приближающийся автокар с ним, подшучивали и говорили: “Опять русский мулла со своим гаремом едет к нам”.
Эти поездки архимандрита в один женский монастырь не особенно нравились окружающему монастырь населению, особенно часто видя архимандрита в нем в ночной пижаме и они обратились к соответствующим властям с просьбой прекратить эти поездки, что власти и исполнили.
Среди мужской части миссии был также некто доктор Мальцев, но в каком сане нам неизвестно. Это тот доктор Мальцев, который в первую революцию был судовым доктором на взбунтовавшемся крейсере “Потем-кин” в Черном море, который как известно, в конце концов сдался румынам, а взбунтовавшаяся команда разбежалась по Европе и в том числе доктор Мальцев, который в конце концов обосновался в русской миссии в Иерусалиме, как инок, а его супруга, как инокиня в одном из женских монастырей, там же.
Там же в миссии был инок-старец, который знал очень хорошо все деяния архимандрита Антония и открыто их порицал. Этот инок в один прекрасный день заболел и попал в частную больницу, никакого отношекния к русской миссии не имеющей. Архимандрит Антоний, как евангельский самарянин заботящийся о здоровии своего ближнего, посылает доктора Маль-цева навестить болящего старца и доктор выполняя приказ архимандрита, без разрешения администрации и докторов больницы, проникает в нее и сделав соответствующий укол, удаляется, а старец-инок после этого скоропостижно умирает.
Все эти деяния архимандрита доходят до слуха Рклицкого, тем более, что это все происходит на глазах иных многочисленных миссий в Иерусалиме, и он решает спрятать архимандрита Антония подальше от Зарубежной Церкви и назначает его настоятелем церкви в Тегеран (Персия), а начальником миссии в Иерусалиме назначает архимандрита Димитрия.
Архимандрит Антоний улетает к месту своего нового назначения, но здесь его постигает неожиданная неудача - прихожане церкви в Тегеране его не принимают, объявляя ему, что у них уже имеется настоятель. Это так обескураживает архимандрита, что он бежа по лестнице здания церкви с возгласами: “Бабы бить хотят” улетает обратно в Иерусалим. Бить его, конечно, никто не хотел, но ему очень вежливо, но твердо сказали, что в его услугах церковь в Тегеране не нуждается.
Вернувшись в Иерусалим он застал уже назначенного нового начальника миссии архимандрита Димитрия и Рклицкому ничего не оставалось делать, как вызвать Сенкевича в США. Улетая в США он также отправил в Лондон некоторое количество монахинь и послушниц, которых собирался поместить в монастыре Новое Дивеево. Для чего? С какой целью? Виза архимандритом была получена, но для его свиты - нет. Кто постарался это сделать, мы не знаем и не знаем судьбу монашек, оставленных в Лондоне. Вернулись ли они обратно в Иерусалим или же попали в другой какой-нибудь монастырь в Европе?
Прибыв в США, он был произведен Рклицким в епископы и назначен им в Западно-Американскую епархию викарным епископом Лос Анжелосским. Когда и где состоялась хиротония архимандрита Антония во епископы, нам ничего не известно.
В то время правящим епископом Западно-Американской епархии был архиепископ Тихон, истый пастырь православной церкви, почитаемый и уважаемый всей своей паствой, но уже в летах и прихварывающий. По плану Рклицкого, эту кафедру должен был занять один из епископов входящий в «Никонов Прокоммунистический Трест», чтобы этому Тресту подчинить всю Западно-Американскую Епархию.
Для выполнения этого плана Рклицкий снимает с Сан Францисской кафедры архиепископа Тихона и отправляет его в Свято-Троицкий монастырь в Джорданвиль, штат Нью Йорк, а для непосвященных объявил, что арх. Тихон вызван в Нью Йорк для участия в Синоде Зарубежной церкви. Так на освободившуюся кафедру, он назначает арх. Антония Лос Анжелосского, одного из епископов, входящих в “Никоновский прокоммунистический Трест”, как временного заместителя арх. Тихона.
После смерти арх. Тихона, арх. Антоний стал фактически правящим архиепископом всей Западно Американской епархии, но не утвержденный Собором Епископов.
С первых же своих шагов он начал подводить епархию под “Никоновский Прокоммунистический Трест”. Для этого он старается сначала освободиться от опеки церковного Совета, который вел все денежные дела епархии, а также от строительного комитета нового кафедрального собора в честь Пресвятыя Богородицы Всех Скорбящих Радости, который собирал большие денежные суммы для этой постройки. Этот собор был начат при жизни арх. Тихона, который благословил эту стройку. Старый же собор был очень малым, не вмещавшим всю паству, деревянным, не отвечающим престижу Зарубежной Церкви.
Первым распоряжением арх. Антония было - остановить постройку собора несмотря на то, что строительный комитет которого заключил контракты со строительными фирмами, связанными с неустойками, закуплен был материал и начаты работы.
Затем по указанию Рклицкого арх. Антоний начал готовиться к устранению старого церковного совета и замены его советом из членов “НПТ”. Для этого он, согласно инструкциям Рклицкого сфабриковал и фальсифицированное общее собрание этого собора, большинство которого состояло из верных членов “НПТ”, для чего эти члены собирались со всех концов Калифорнии в особо заказанных автобусах; достаточно было заплатить один доллар и каждый такой становился постоянным прихожанином собора и имел право голоса, как и старые члены, работавшие активно в этом соборе более 25 лет. Среди таких новых членов были даже иноверцы. Далее “НПТ” будем называть четырьмя буквами «Н.П.-К.Т.”.
Такое фальсифицированное собрание состоялось 10 июня 1962 года и протекало спокойно, ибо на это собрание были приглашены: детективы и полиция, а также для увеличения авторитетности этого собрания приехали Вашингтонский и Флоридский и арх. Виталий, Канадский и Монтреальский. Большинство на этом собрании было обманом составленное арх. Антонием из членов “Н.П.-К.Т.”, поэтому и новый церковный совет был избран из этих членов.
Затем Архиерейским Собором на Сан Францискую кафедру был назначен арх. Иоанн Максимович, который восстановил старый церковный совет, разрешил продолжать постройку нового собора, а арх. Антония Архиерейский Собор вернул обратно в Лос Анжелос и чтобы позолотить горькую пилюлю которую ему пришлось проглотить, выделил из Западно-Американской Епархии Лос-Анжелосчскую епархию и во главе ее стал арх. Антоний с названием “Лос Анжелосский и Тексасский”.
Последний титул “Тексасский” не прибавил числа приходов, но значительно убавил в этой новой епархии, ибо там существовал только один приход, который, после разных махинаций арх. Антония подвести этот приход под “Н.П.-К.Т.”, сам вышел из епархии арх. Антония, а кроме того дальнейшая деятельность арх. Антония по расколу своей епархии, лишила его приходов и во всей его епархии.
После этого фиаско, которое потерпел Рклицкий в своем желании подчинить всю Западно-Американскую епархию своему прокоммунистическому Тресту, он не оставляет своего намерения и начинает работать уже лично против арх. Иоанна (Максимовича) Сан-Францисского и привлекает его к уголовному суду, обвиняя его в каких-то мифических растратах церковных денег. Делает это не сам, а своими представителями - Церковным советом, избранным арх. Антонием на общем собрании 10 июня 1962 г. Этот церковный совет в отставке в Сан Франциска назывался – “13 плюс Гирилович”. Последний был избран арх. Антонием этого церковного совета его председателем.
Суд постановил взять в свое управление собор и для этого назначил своего представителя-американца, которому были переданы ключи от собора, а также постановил провести ревизию денежных книг за 10 лет, для чего суд уполномочил американскую фирму экспертов-бухгалтеров и счетоводов. Во время суда разыгрывались безобразные сцены, позорящие и русское православие и нашу Зарубежную Церковь. Так Рклицким был посажен на скамью уголовников заслуженный пастырь нашей Церкви арх. Иоанн Максимович, как уголовный преступник, от Синода были посланы на этот суд Рклицким два лжесвидетеля: протопресвитер Г. граф Граббе и арх. Виталий Канадский и Монтреальский.
Судья графа Граббе спросил о его богословском образовании, на этот вопрос граф Граббе не мог ответить и судья его показаний не выслушивал, а послал его обратно в Нью Йорк и предложил ему его показания представить письменно. Эти показания он вероятно пишет до сих пор и не может их докончить. В общем Рклицкий все это делал для того, чтобы опозорить арх. Иоанна Сан-Францисского и нашу Зарубежную Церковь. Даже сам судья сказал, что это первый случай в его жизни и в суде США, когда прихожане обвиняют в суде своего епископа в воровстве. Все это делал Рклицкий для того, чтобы, как “вождь” прокоммунистического Треста, для разрушения и уничтожения нашей Зарубежной Церкви.
В конце концов процесс закончился оправданием арх. Иоанна, ибо фирма экспертов в своей ревизии не нашла никаких злоупотреблений в денежных книгах собора и самые суммы в порядке. Ключи от собора были вручены г. Храпову - старому старосте собора, все пришло в нормальный вид и началась работа по сооружению нового собора. Единственной заслугой Рклицкого в этой всецерковной провокации было:
1) лишение строительного комитета более 100.000 долларов (судебные расходы, оплата адвокатов, плата фирме экспертов за произведенный контроль, неустойки подрядчикам за остановку постройки собора и т.д.
2) позорный подрыв авторитета и престижа пастырей православной Церкви.
После образования Лос Анжелосской епархии работа Рклицкого по расколу в Западно-Американской епархии продолжалась, для этого он по примеру Сан Франциска приказал арх. Антонию создать в своей епархии церковный совет подчиненный Тресту, ибо существовавший там не шел добровольно на такое подчинение. Для этого нужно было созвать соответствующее фальсифицированное общее собрание, которое и выбрало членов “Н.П.-К.Т.”.
Для организации такого собрания Рклицкий посылал из Нью Йорка арх. Серафима Чикагского, который летал в Лос Анжелос тайно и там же тайно передавал инструкции Рклицкого собравшимся в квартире г-на Комашко, самого активного помощника арх. Антония по проведению раскола в этой епархии». 431
 
Об одном церковной событии (Письмо в редакцию газеты «Новое Русское Слово»)
 
«В Преображенском приходе Синодальной Церкви в Лос Анжелосе уже идут нестроения. Я, однако, до последнего времени воздерживался от выступлений в печати по этим печальным событиям. Как-то не хотелось выносить сора из избы. Теперь, когда этот сор вынесен, и вынесен на страницы самой распространенной в Зарубежии русской газеты в письме г. В. Хрущева (НРС, 22.12.1963) настолько искаженном освещении, молчать что произошло и почему произошло на церковном собрании упомянутого храма 8.12.63 г. делается неразумным в интересах самого храма.
Если неосведомленному в лос-анжелосских церковных делах человеку начать читать описание случившегося на этом собрании события в версии В. Хрущева, то ему легко можно впасть в представление, что Преображенский приход в Лос Анжелосе распался на две враждующие между собой партии ни с того, ни с сего и чуть ли не в день собрания.
Между тем это не так...
В Преображенском приходе, членом которого я состою и на злосчастном собрании которого присутствовал, вселился антиобщественный деятель, в лице монарха-легитимистски настроенного арх. Антония Синкевича. И этот антиобщественный деятель повел в нем разрушительную работу. Сначала он создал настоятелю храма, заслуженному протоиерею о. Герасиму Шорец такие условия, при которых тот должен был оставить приход.
Потом, правдами и неправдами принялся он выживать из храма академически образованного протоиерея о. Александра Папулях. Затем будучи викарным, поехал в Сан Францисско замещать заболевшего своего начальника правящего арх. Тихона, завел там интригу против него, развалил начатое им богоугодное дело - сооружение монументального Скорбященского собора – учинил церковную смуту и возвратился в Лос Анжелос.
За то время, которое арх. Антоний пребывает в Лос Анжелосе, православные греки успели построить здесь богатый, явившийся украшением города, храм. Построили в этом городе прекрасные храмы и православные сирийцы, сербы, украинцы, леонтьевцы. Только мы, анастасьевцы, продолжаем ютиться по воле арх. Антония в старой, досчатой, тесной и душной в нашем климате церквушке, хотя имеем возможность соорудить более просторную и капитальную.
Вдобавок к этому, в приходе нашем начались, со времени возвращения арх. Антония из Сан Франциска, нарушаться законность, попираться общественные права прихожан, гаснуть церковное благочестие, замирать духовная жизнь, отдаляться перспективы сооружения нового соборного храма. Тогда-то и началась складываться вокруг арх. Антония и подмятого им под себя церковного совета, оппозиция.
Однако, если бы арх. Антоний возвратясь из Сан Франциска в Лос Анжелос после Сан-францисского бесславного “подвига” повел себя здесь в рамках приходской законности, начавшее было складываться вокруг него оппозиционное настроение, вероятно, само собой развеялось бы. Но арх. Антоний, укрепившись в идее разрушения, не только не смирился после возвращения в Лос Анжелос, но еще больше ожесточился, повел открытую борьбу против церковной общественности. Каким методом он повел борьбу эту, читатель увидит из дальнейшего.
Преображенский приход в Лос Анжелосе, как организация церковно-общественная, имеет принятый его учредителями, утвержденный 24.12.1934 г. правящим архиепископом Западно-Американской епархии и зарегистрированный в калифорнийских штатных учреждениях, устав.
По этому уставу (пар. 30), общее приходское собрание положено созывать раз в полугодие, а заседания церковного совета - по мере надобности, но не реже раза в месяц. Церковный совет обязывается уставом, кроме общего руководства приходскою жизнью, составлять и представлять на рассмотрение и утверждение общих собраний годовые прихода-расход-ные сметы и отчеты по их исполнению.
Эти уставные требования с некоторых пор арх. Антонием стали не выполняться. Так, 1961 год прожил без сметы и отчета. На 1962 год смета была составлена, но отчета по ее выполнению представлено общему собранию не было. Смету на 1963 год церковный совет принялся составлять под большим нажимом общественности только в конце 1963 года (в декабре). Общих приходских собраний за последние 20 месяцев созываемо не было. Заседания церковного совета созывались 2-3 раза в год, вместо 12 по уставу. Какие обсуждались на этих заседаниях дела, арх. Антоний, будучи председателем церковного совета, приходскую общественность не осведомлял.
Ко всему этому, в жизни церкви начались насаждаться монарха-абсолютистические основы управления, внедряться ненависть к архиепископу Иоанну (Максимовичу), стала распространяться в ограде церкви антицерковная литература, типа издающегося в Сан Франциска листка “Свободная Трибуна”, далее и тому подобные деяния. Эти деяния проводились с согласия и благословения арх. Антония.
У читателя может возникнуть вопрос, принимались ли церковной общественностью какие-либо меры к пресечению столь грубых нарушений церковной властью норм церковной жизни и морали?
Принимались. И церковный староста, и его помощники, и некоторые члены церковного совета и рядовые прихожане не однажды ездили в Синод, обращались лично к первоиерарху, писали бесчисленное множество просьб и жалоб на чинимые арх. Антонием беззакония. Но все эти просьбы и жалобы оставались втуне.
У духовных властей оказалось мало заботы о тех, за счет которых они живут, иждивением коих благоденствуют. Другими словами и арх. Антоний и покровительствующие ему некоторые синодальные иерархи оказались теми пастырями, которые пасут по определению пророка Иезекииля самих себя, едят тук и волною одеваются, а о пасомых не заботятся, слабых не укрепляют, и больных не врачуют. И это жестокое управление породило в прежде мирно благоденствующем приходе нашем ненависть прихожанина к прихожанину, брата к брату, жены к мужу, матери к сыну.
Доведя до такого состояния приход, арх. Антоний, наконец решает созвать 8.12.63 года общее приходское собрание для заслушания отчета о деятельности церковно-приходского совета на... 1963 год.
Даже такое вопиющее запоздание с представлением отчета и сметы было бы спущено арх. Антонию приходом, проведи он собрание по уставу. Но он повел его с самого начала в нарушение его. В параграфе 15 устава говорится, что “прихожанами признаются все лица православного вероисповедания, живущие в пределах прихода и сохраняющие живую связь со своим приходским храмом”, иными словами, посещающие его богослужения и исполняющие предписываемые догматами обряды.
Развивая это положение, параграф 32 того же устава определяет и разграничивает права и обязанности прихожан так: право участия в приходском собрании с решающим голосом предоставляет он всем членам причта и прихожанам обоего пола, достигшим 21 года и являющимися плательщиками членских взносов в течение не менее одного года, а не 6 месяцев, как утверждает автор письма. Правом на участие в собраниях с совещательным голосом устав наделяет всех прихожан достигших брачного возраста.
В нашем приходе повелась с самого его основания практика, при которой кто-либо один из семьи платил членские взносы. Остальные ее члены членских взносов не платили и присутствовали на собрании с совещательным голосом. Этого они ожидали и в нынешнем году. Велико же оказалось их удивление, когда придя на созванное, наконец, приходское собрание, они узнали, что личным распоряжением арх. Антония лишены права присутствовать на собрании.
Пока обездоленные прихожане сокрушались о постигших их невзгодах, в зале приходской школы, где было назначено собрание, начались выборы вице-председателя собрания (председателем является по уставу настоятель храма). Выставлено было два кандидата: один от опозиции, другой от приверженцев арх. Антония, которых в дальнейшем будем именовать “антониевцами”. Началась баллотировка. Первым баллотировался кандидат оппозиции, за которого поднялся лес рук с карточками на право голоса. В подсчете голосов принимают участие не только поставленные арх. Антонием лица, но и представители оппозиции. Это, очевидно, не нравится владыке, и он самочинно меняет систему голосования с открытой на закрытую, путем подачи записок.
Из-за дверей доносятся голоса с просьбой выставить наружу репродуктор, чтобы и оставшиеся там прихожане могли слышать, о чем говорится в зале. Арх. Антоний не обращает на их просьбу внимания. На эстраду поднимается один из прихожан и напоминает арх. Антонию, что оставление наружи части прихожан противоречит уставу. Арх. Антоний и на его слова не обращает внимания.
Атмосфера в зале тем временем накаляется. Из рядов антониевцев вскакивает с перекошенным от злобы лицом женщина, простирает в сторону оппозиции кулаки и призывает на их головы, их детей, внуков и правнуков проклятия. В это время растворяется кем-то изнутри запасная дверь. Стоявшие за ней прихожане, полагая, что эта дверь растворилась для них, начинают входить в зал. Антониевцы оттесняют их назад. В дверях происходит потасовка. Представитель оппозиции поднимается и наставляет на происходившую сцену объектив аппарата. К нему подбегает антониевец г. Франк (ред. “Р.Е.”: редактор журнала “Согласие” в Лос Анжелосе) с поднятым кулаком. На поддержку ему бросаются его единомышленники и единомышленницы. Зал приходит в движение. На пол валятся стулья с сидящими на них людьми. Там и сям раздаются пощечины, сыплются оскорбления. Проклятия. Арх. Антоний стоит на эстраде, наблюдает побоище и не произносит ни слова.
В разгар происходившего по всему залу побоища, снова растворяется запасная дверь, в ней появляется окровавленный, обработанный за дверью антониевцами молодой прихожанин В. Вдовкин и поднимается на эстраду. Арх. Антоний, очевидно, уразумевает при виде изувеченного человека, что допущенная им потасовка может, чего доброго, перейти в смертоубийство, объявляет собрание закрытым, хватает в замешательстве бумаги и поспешно удаляется из залы, оставив на произвол разбушевавшейся стихии прихожан.
По удалении арх. Антония, раздается голос:
- Полиция!
Это магическое слово остужает страсти, и народ начинает покидать заваленный опрокинутыми стульями, обрывками, зал.
Полицейских наехало на автомобилях и мотоциклетках десятка с полтора. Начали допросы пострадавших.
А много ли их оказалось?
Немало. Трех человек увезли в больницу, у многих оказались помятыми ребра, поцарапанными лица. Таков финал долголетнего легитимистского руководства приходом арх. Антония Синкевича, нарушения церковного устава, лишение в свободной стране свободных людей общественных прав. И если собор епископов зарубежной церкви не освободит приход от присутствия в нем арх. Антония, то никто не может поручиться, что в приходе не произойдут более тяжелые эксцессы, ибо арх. Антоний продолжает накалять общественный страсти. Вместо того, чтобы смириться и покаяться, после полученного урока, как подобает доброму монаху, он на третий день после побоища садится на самолет, летит в Нью Йорк, оговаривает там перед первоиерархом ни в чем неповинного старшего священника в приходе, протоиерея о. Виктора Ильенко и сваливает на него свою вину, а возвратившись в Лос Анжелос, отрешает его без суда и следствия от должности с запрещением в служении.
Одновременно с этим, отстраняет он без какой-либо вины от исполнения обязанностей избранного приходом церковного старосту и двух его помощников и самочинно назначает вместо них своих клевретов, чем продолжает нарушать церковный устав. Петр Алексеевский». 432 
От редакции... Сильно был снижен престиж и авторитет верховной власти нашей Церкви тем, что она не защитила своего верного и заслуженного протоиерея а. Виктора Ильенко, а позволила никоновщине его оскорблять и третировать на глазах его же собственных прихожан. Тем более, что такие же два верные и заслуженные протоиерея - о. Герасим Шорец и о. Александр Полулях сами и добровольно ушли из окормления арх. Антония.
Могло ли в Императорской России случиться, что протоиерей (безразлично какого вероисповедания) при исполнении своих обязанностей, был оскорбляем «никоновскими молодцами», которые в присутствии арх. Антония называют его “гражданином” (стиль комсомольцев и чухновцев), употребляют выражения: “убирайтесь вон”, “вам какое дело?”, “не суйте нос” и т.д. А наша верховная власть вместо того, чтобы произвести детальное расследование этих оскорблений его прихожанами и после этого на основании канонов и законов Православной Церкви вынести справедливое решение, разрешила арх. Антонию уволить о. Ильенко с должности первого священника, запретить в служении и, даже запретить преподавать Закон Божий в церковной школе, т.е. покрыть иерея незаслуженным позором перед всей Русской Зарубежной Церковью. Так несправедливо наша верховная церковная власть относится с предубеждением и несправедливо к нашему белому духовенству - этому фундаменту каждой Церкви.
Также наша верховная церковная власть сама сильно снижает свой престиж и авторитет тем, что не находит мер в борьбе с “ркловщиной”, которая уже более трех лет разлагает и мучает нашу Церковь открыто. Что же это - бессилие или «ркловщина» так глубоко вкоренилась в нашу Церковь, что с ней больше нет средств бороться? Или так велики протекции отдельных лиц и организаций, которые не позволяют нашей Церкви идти по стопам Христа?...
18 декабря перед городским прокурором г. Лос Анжелоса предстали две группы русских, подавших жалобы в связи со скандалом, разыгравшимся на собрании Спаса-Преображенского прихода. Собралось свыше 80 человек, что изумило прокурора, который заявил, что он лишен возможности произвести дознание в такой короткий скор, выслушать всех и разобраться в случившемся. Дело отложено поэтому до 10 января...». 433
 
* * *
 
«Результаты раскола в Зарубежной Церкви... в Западно-Американской епархии были:
1) Создание совершенно ненужной Лос-Анжелосской с арх. Антонием во главе... епархии.
2) Выход из Свято-Преображенского прихода подавляющего большинства прихожан, которые влились в маленький приход Покровской церкви: настоятель этой церкви протоиерей Александр Самойлович. Эта церковь помещалась в обыкновенной квартире и не могла вместить всех новых прихожан. Этот приход митрополит Филарет выделил из Лос-Анжелосской епархии (Сенкевича) и подчинил его непосредственно себе.
Прихожане объединившись купили большую церковь (костел) католиков, которую они приспособили для православной церкви (нет худа без добра) и теперь живут мирной богобоязненной жизнью. Вторым священником в эту новую церковь был назначен митрополитом Филаретом протоиерей В. Ильенко, бывш. таковым в приходе арх. Антонин Сенкевича, которого Сенкевич преследует и теперь, мстя ему за то, что он не поддержал тот раскол, который Сенкевич учинил в своей епархии.
3) Создание небывалого позора для Зарубежной Церкви, который навлек на нее Сенкевич, вместе с Рклицким. Этот позор нельзя больше ничем не загладить и нельзя больше уничтожить. Он войдет в историю Зарубежной Церкви и историю всей русской церкви, а может быть в историю Государства Российского, как пример работы большевиков в Зарубежии.
4) Отшатнул от Зарубежной Церкви многих истинноверующих прихожан, в которой имеются такие пастыри как Рклицкий и Сенкевич.
А. Лавров». 434
 
Дело епископа Виталия (Устинова)
 
«Председателю Синода Русской Зарубежной Церкви
Его Высокопреосвященству
Митрополиту и Первоиерарху Анастасию
г. Нью-Йорк, С.Ш.А.
Доклад
Ваше Высокопреосвященство,
Всемилостивейший Владыка Митрополит и Первоиерарх:
Мы, нижеподписавшиеся прихожане и члены церковного совета Свято-Владимирского Кафедрального собора в г. Эдмонтоне, Канада, докладываем Вашему Высокопреосвященству о следующем:
3 года назад, к нам на Западно-Канадскую епархию был назначен преосвященнейший епископ Виталий. С приездом его наш приход оживился, стали появляться новые прихожане. Кипучая деятельность Владыки привлекла нас, старых прихожан, к более интенсивной церковной жизни. Был создан церковно-приходский совет, которого здесь раньше не было и начали собирать членские взносы.
Но это продолжалось недолго, ибо владыка Виталий через меру начал проявлять свои диктаторские права, не считая нужным даже членам церковного совета давать хотя бы устный отчет о приходах и расходах церковных сумм.
Еще с приездом своим из Бразилии, Владыка Виталий начал подыскивать возможность основания мужского монастыря в окрестностях г. Эдмонтона. Скоро такая возможность представилась: в восьмидесяти милях от г. Эдмонтона находился лесопильный завод одной канадской компании, управляющим которой был наш прихожанин, русский эмигрант г. Ф. Авдеев.
Компания этого лесопильного завода, после того, как закончила эксплоатацию леса в этом районе, решила свой завод перенести в соседнюю провинцию, в которой ею были закуплены большие участки леса, а отработанный участок в 160 акров, на котором стоял лесопильный завод, решили продать вместе с постройками.
Заведывающий этого завода, зная, что владыка ищет возможность подешевле купить участок для монастыря, возбудил перед своей компанией ходатайство, чтобы для церкви и монастыря подешевле продать этот завод. Компания уступила своему служащему Авдееву, нашелся добродетель, внес две тысячи долларов и участок в 160 акров, вместе с постройками был приобретен для монастыря.
Начались сборы пожертвований для монастыря и, как будто дело продвинулось. Скоро этот же самый благодетель, который дал деньги на покупку монастыря, прикупил еще одну ферму рядом с монастырским участком и присоединил к монастырю, как свою жертву для церкви и монастыря. Масса проектов рождалось в плодотворной голове владыки Виталия.
Были насильно оторваны от своего скита иеромонах Леонид, монах Герман и послушник Мирослав и со всем имуществом, коровами, овцами и трактором переселены в новооснованный монастырь. Братия прожила всего лишь несколько месяцев и в их среде начался разлад. Причина разлада ясная, ибо владыка еще со своим приездом, сразу отделил “4 своих” от “чужих”, свои это те, которые приехали с ним из Бразилии, а чужие - которые долгие годы прожили здесь и много потрудились на ниве церковной в Канаде. Так например, иеромонах Мефодий, поживший еще и поработавший с покойным высокопреосвященнейшим архиепископом Иосафом по постройке архиерейского подворья и имевший свою келью, данную ему пожизненно высокопреосвященнейшим Иосафом за труды, положенные по постройке архиерейского подворья, был владыкой Виталием буквально выброшен на двор для того, чтобы разместить свою братью.
В монастырь назначил своего послушника Николая, и потребовал, чтобы насельники этого монастыря - иеромонахи и монахи подчинились послушнику Николаю. При этих условиях, раскулаченные монахи не могли ужиться и разбежались: послушник Мирослав уехал в семинарию в Свято-Троицкий монастырь, а иеромонах Леонид и монах Гермоген (Герман? - сост.) переселились снова в свой скит, но имущество, коровы, овцы и трактор остались при монастыре, а потом были проданы, как личное имущество владыки. С уходом их работы прекратились, ибо некому было работать, а своих людей епископ Виталий вызвал в Эдмонтон, якобы для работы в типографии, хотя последняя никогда не работала, так как не было заказов.
Земли этих двух ферм монастыря стоят и до сих пор пустующими, ибо некому работать. Если бы при хорошем или даже среднем руководстве эксплоатировались бы эти две фермы, то приходами с них можно было бы содержать не только монастырь, но и несколько церковных приходов.
Доносим еще об одной коммерческой сделке епископа Виталия: здесь, в г. Эдмонтоне, против нашего собора, через дорогу, была старая школа, довольно большое здание, но так как местное городское управление построило новую школу, то здание этой старой школы было объявлено для продажи. Некоторые члены нашего церковного совета долго ломали головы, как бы найти средства, чтобы купить это здание этой старой школы для нужд церкви и русской колонии, но ни к какому решению не приходили, так как трудно было найти деньги среди малочисленной русской колонии. В один прекрасный день владыка Виталий нас обрадовал с покупкой этого здания для нужд церкви.
Средства, 2.000 долларов, были даны нашими прихожанами (мать и дочь), которые пожертвовали эти деньги. Для пояснения сообщаем, что школа стоила свыше 5.000 долларов, но так как в данном случае покупателем являлась церковь, то продавец уступил это здание за 2.000 долларов. Узнав об этом прихожане вновь простили владыке его прежние ошибки и все старые недочеты были забыты. Выпущен был подписной лист для сборов пожертвований на нужды ремонта здания, чтобы приспособить его для эксплоатации, и доходами здания покрывать часть расходов церкви. Было собрано по подписному листу 1.100 долларов. Прошло два месяца от покупки этого здания, был привезен уже материал для ремонта, как вдруг на стене этого здания появилось вновь объявление о продаже его, мы все так и ахнули.
Владыка Виталий никому не говоря, не спрашивая мнения церковно-приходского совета, объявил для продажи это здание. На наш вопрос почему он это делает, он ответил, что ремонт дорого стоил бы и посему он продает, чтобы на вырученные от продажи деньги выстроить новый дом в монастыре.
Специально для отвода глаз, владыкой была устроена демонстрация постройки этого нового дома в монастыре. Была выкопана яма для подвального фундамента, причем все это делалось бесплатно прихожанином Калиновским, начали заливку подвала цементом, как вдруг последовало новое распоряжение владыки, уже из Монтреала, прекратить работы, а братии переехать в Монтреал, ибо он назначен правящим епископом и всея Канады.
Ларчик просто открывался. Владыка отлично знал, что он делал, продал школу якобы из-за дороговизны ремонта, а чтобы не было подозрения среди прихожан, затеял постройку дома в монастыре, но еще в начале своим распоряжением прекратил, а деньги, вырученные от продажи школьного здания в г. Эдмонтоне, увез с собой и купил себе дом в г. Монтреале. Вскоре последовало и другое распоряжение о продаже двух ферм, предназначенных для монастыря.
Бесчисленные расходы делались им, как покупка, ненужная покраска и обмен автомобиля и пр., а в то время крыша нашего храма пришла в негодность, течет, нуждается в ремонте и покраске наша церковь, печей не было, ибо владыка выбросил старые печи, так как они мешали ему в подвале установить типографию. Пришлось вновь собирать на установку новых печей. Церковная касса пуста, предстоит ремонт крыши и тоже надо собирать деньги. Одним словом, владыка нас разорил и уехал.
Прихожане разбегаются, поступление сумм никаких, ибо потеряно всякое доверие духовенству, оставленному владыкой здесь. Все говорят, что пока священник, назначенный владыкой Виталием настоятелем нашего храма, останется здесь, они в церковь и не будут ходить.
Мы, нижеподписавшиеся прихожане и члены церковного комитета собрались на частное собрание и постановили обратиться к Вашему Высокопреосвященству с просьбой:
1) Немедленно назначить к нам на западно-канадскую епархию правящего епископа, а не викарного, если последнее невозможно, то присоединить наш приход непосредственно Синоду, освободить нас от подчинения епископу Виталию, назначив нового настоятеля.
2) Запретить продажу монастырской земли, ибо от приходов этой земли можно содержать не только монастырь, но и некоторые приходы.
3). Разрешить служить нашим старым священникам в нашем эдмонтонском храме и произносить проповеди игумену Амвросию (Коновалову), иеромонаху Мефодию (Осутчук) и др., до сих пор владыкой Виталием эти священники не допускались к самостоятельным службам, а только его избранная братия имела право служить.
4). Просим прислать к нам преосвященнейшего епископа Никона и на месте установить все, о чем мы Вам докладываем.
Считаем своим долгом Вас уведомить, всемилостивейший Митрополит и Первоиерарх, что просьба наша основательна и просим Вашего распоряжения и благословения внять нашей просьбе и спасти приход от перехода в другую юрисдикцию, а также избежать публикации в газетах.
Испрашиваем Ваших Святительских молитв и благословения.
Подписи: А. Андийский, Антонина Андийская, А. Андрейчук, В. Филатов, В. Грибковский, Д. Корчевский. В. Корчевская, А. Кофанова, К. Нечаев, С. Нечаева, И. Станкевич, А. Согоев, Е. Станкевич, А. Булик, В. Булик, М. Хвост». 435