РПЦЗ после митр. Анастасия
400 «Российское Единство» 1966, № 6, с. 29
401 См. «Нью Йорк Жур. Америкэн» от 12 сент. 1964 г., с. 14.
402 Imperial Agent. The Goleniewski-Romanov Case by Guy Richards. The Devrin-Adair Co., New York, 1966.
403 Там же, стр. 245.
404 Там же, стр. 244
405 Там же, стр. 245
406 Там же, стр. 246
407 Там же, стр. 247
408 Там же, стр. 248
409 Там же, стр. 249
410 Там же, стр. 250
411 Письмо митр. Филарета С.П. Полонскому от 15 июля 1965 г.
412 «Русская Жизнь». 19 февраля № 5768
413
1965, № 20
414 «Российское Единство» 1965 № 20
415 Там же
416 «Русская Жизнь», 9 марта 1965 г. № 5.779
417 «Новое Русское Слово». 12 марта 1965 года
418 «Новое Русское Слово». 30 марта 1965 г
419 «Российское Единство». 1966. № 28
420 «Российское Единство». 1966, № 27
421 Необходимо учитывать, что 38 тысяч американских долларов 1967 года «разлива» это – не 38 тысяч 2012 года, но дело не в размерах суммы
422 «Российское Единство» 1967 № 35
423 «Российское Единство». 1966, № 26
424 Из сборника “Только сим победиши анти-христов!”
 
Куда идет Православие?»
 
...Собор 1967 года обязан создать себе в помощь (при Синоде) постоянную Комиссию из лиц, не из числа членов Синода, специально знающих “Книгу правил святых Апостол, святых Соборов вселенских и поместных и святых отец” и прилежащее к ней.
Назначение Комиссии - ее постоянная готовность к согласованию с правилами Церкви проектов определений Соборов Архиереев и их исполнительного органа, - Синода, в междусоборное время.
Отказ священнослужителей мирянам в исповеди, наблюдаемый в настоящее время в приходах, - дело невиданное в Православной Церкви! Или крайнее беззаконие. А сколько нарушений святости Слова Божия в этом роде совершается теперь в нашей церкви архиереями-модернистами, утверждающими такие представления невежественных священников!
Это значит, что сами архиереи наши не имеют понятия о 52-м Апостольском правиле, или же их обманывают подчиненные пастыри, представляя запрещения не как от исповеди, а как от св. Причастия.
Подобные беззакония множатся без числа, но высшая власть не ставит им предел, а сама подает пример беззакония, не назначая следствия по каждому данному случаю, не перенося дела в духовный суд. Что же из этих модернистических “упрощений” происходит?
А вот что: таинство исповеди и таинство евхаристии в понятиях некоторых наших священнослужителей низводятся до простого дисциплинарного наказания! Люди чаще всего не знают и не понимают даже, что, собственно, происходит, так как, не чувствуя вины, чувствуют себя просто ударенными палкой на улице; некоторые озлобляются, некоторые насмехаются над своим “будто духовным отцом”, иные уходят и из прихода, а то и из Православной Церкви. Этот безумный архиерейский и иерейский террор надо немедленно Собором Архиереев прекратить, и призвать решительно всех, принадлежащих Церкви чтить выше всего в церковно-православной жизни Таинства исповеди и евхаристии, то есть приятия Святых Божественных, Бессмертных и Животворящих тайн.
На ряду с этим кощунственным беспорядком и беззаконием, от которого “в сердцах многих охладевает любовь”, наши архипастыри и пастыри требуют от нас бесконечного, постоянного смирения: “смиритесь! берегите авторитет архиереев и пастырей! не разглашайте бывающих непорядков, ибо то на радость врагам Церкви!”
Но мы уже многие годы берегли и берегли пастырский авторитет, и оказалось - напрасно: дожили до того, что часть архипастырей, за ними и пастырей дерзнула на открытое попрание авторитета Святых Апостолов, Вселенских и прочих Соборов, проявляя обновленчество, то есть посягая на самое существование Соборной Русской Зарубежной Церкви.
Что же нам теперь делать? Пред чем смиряться? И во имя чего смиряться? - Пред нами стоят явные беззакония, кощунства, духовные преступления. Если мы смиримся пред ними, то не иначе, как для разорения своей Церкви, потому что неизбежно этим несправедливым смирением прикроем внутренних и внешних врагов Ее, т.е. допустим великий грех.
Но такого сознательного греха никто из нас на себя взять не может! Мы вынуждены искать иной выход, и найдем.... (из статьи Александра Попова).
 
Дело протопресвитера Георгия Граббе
 
Громкие деяния графа Граббе памятны всем бывшим Ди-Пи по Германии. Например, о его комбинациях по эмиграции Ди-Пи за океан, а особенно в Аргентину. Эти Ди-Пи разбили ему окна в его квартире в синодском доме. Все помнят, как пропадали списки в его эмигрантском бюро при Синоде, желавших ехать в Ангентину и плативших за запись сотни немецких марок. Эти деньги окончательно пропадали, когда Аргентиной была закрыта иммиграция после разрыва между протопресвитером Изразцовым - сенатором Аргентины и нашим Синодом (работа Рклицкого и Граббе).
Помнится также многим, как Граббе с семейством облегчали Кор-пакеты, которые посылали православные из США для приходов Ди-Пи, от самых ценных продуктов - шоколада и папирос. Этим распределением по приходам заведывала семья Граббе и в том числе его сын - ныне архимандрит Антоний Граббе. Когда на епархиальном съезде в Мюнхене Граббе был задан вопрос о причине такого облегчения пакетов, то Граббе гордо поднялся и молчаливо удалился, покинув съезд и сбежал под крылышко митрополита Анастасия. 400
Несравненно более примечательна история с венчанием в качестве «наследника Цесаревича Алексия» агента Голиневского. По этому поводу можно было бы привести целый том материалов, но ограничимся несколькими: двумя очень емкими и выразительными письмами С.П. Полонского (митроп. Филарету и Архиерейскому Синоду) и письмом прот. Виктора Потапова.
 
Письма С. Полонского
 
1964-й год ознаменовался в нашей Русской Зарубежной Православной Церкви событиями, оставившими глубокие следы в Ее истории.
В мае 1964-го года Собором епископов был избран наместником митр. Анастасия самый молодой из епископата, ныне здравствующий митр. Филарет. Событие для Церкви оказалось историческим: в жизни нашей Церкви наступила «новая эра», как выразился архиепископ Серафим Чикагский.
Осенью того же года русские православные люди были потрясены признанием протопресвитером о. Георгием графом Граббе, правителем канцелярии Синода, советского агента и работника Центральной Разведывательной Агентуры США, «Си-Ай-Эй», по документам Михаила Голеневского, российским Царевичем и Великим Князем Алексеем Николаевичем Романовым. События шли следующим порядком:
12-го сентября 1964-го года газета «Нью-Йорк Журнал Америкэн» поместила сенсационную статью «Был ли Царь действительно убит?». «Утверждают, что Ленин тайно способствовал вывозу царской семьи из России».
Вкратце содержание статьи таково: большинство историков утверждают, что Николай II и шесть членов Его семьи были убиты в Екатеринбурге вночь на 16 июля 1918-го года (по нов. ст. и на 17 - сост.). Их тела были сожжены в заброшенной вблизи города шахте. Это не так. Г-н Спеллер заявляет, что Царь Николай II, Его Супруга и пятеро детей были вывезены из Екатеринбурга по распоряжению Ленина, и что теперь все пятеро детей Царя и Царицы живы, и вскоре соберутся в Нью Йорке.
В дальнейшем повествовании г. Спеллер заявил, что Царевич Алексей под именем Михаила Голеневского служил в польской “Белой Гвардии”, имея под своей командой 15.000 человек. В польскую армию он поступил в 1946 году и дослужился до чина полковника. Мать Михаила скончалась в 1924-м г., а отец в 1952 г. в Польше. Спасение царской семьи Спеллер описывает со слов самозванца так: японский император Иошихито, отец Хирохито, узнал о бедственном положении русского царя и его семьи; он отправил два агента в Екатеринбург. Агенты были приняты комиссаром Юровским.
«По всей вероятности в это дело была вложена крупная сумма денег» - повествует автор статьи. Юровский поехал в Москву. Получив от Ленина и Троцкого одобрение предложения японцев о вывозе царской семьи из России, Юровский вернулся в Екатеринбург. Выполнив задание, Юровский вскоре сам бежал в Польшу.
«Царь, Императрица, Алексей и его сестра Мария - все путешествовали в одной повозке, которую охранял конвой под командой комиссара Юровского. Анастасия, Ольга и Татьяна спаслись различными путями».  401
Здесь обращаем внимание читателя на следующие действительные факты:
1) со временем появления этой статьи совпадают дебаты в Ватикане о невиновности евреев в убийстве на кресте Христа Спасителя. В статье же сообщает Спэллер о том, что полуеврей Ленин и евреи Троцкий и юровский спасли жизнь помазанника Божия от смерти. Из чьих же рук? - русской черни...
2) статья появилась в печати за две с половиной недели до бракосочетания (30-го сент.) протопресвитером Граббе самозванца Голеневского с его беременной сожительницей. Протопресвитер Граббе не мог не знать об этой статье, т.к. пишущий эти строки прочел впервые эту статью в доме Синода, у дежурного.
То, что происходило до бракосочетания Голеневского и во время бракосочетания, удается проследить по версии, изложенной в недавно вышедшей книге на английском языке «Имперский агент». 402
Так как в книге приводятся определенные факты и даты с участием определенных же лиц, достаточно заинтересованных, могущих опротестовать данное изложение, то вряд ли было бы возможно опровергнуть то или иное простой газетной статьей, исходящей, например, от протопресвитера Г. Граббе или от высшей церковной власти Зарубежной Церкви; поэтому данные в книге остаются в качестве документов до тех пор, пока не подвергнутся рассмотрению гражданского суда США, на что мы особенно обращаем внимание читателей.
События развивались следующим образом: самозванец (по-нашему) Голеневский величал себя «цесаревичем, великим князем, наследником русского трона царского, главой Дома Романовых и главой русской православной Церкви». 403
10 августа 1964 года нью йоркская радиостанция даблью-о-ар впервые оповестила мир о появлении царевича и вел. князя Алексия Николаевича Романова. Эта весть, как сказано в книге, «глубоко взволновала княгиню Кропоткину, которая, при посредстве журналиста Спеллера, удостоилась встречи с Михаилом Голеневским, пригласив с собою, с согласия Голеневского, протопресвитера Г. Граббе».
Прежде чем увидеться с Голеневским, протопресвитер Граббе поставил условие: если его первое впечатление покажет, что он имеет дело с самозванцем, то через десять минут он уйдет.
В книге читаем: «Как княгиня, так и о. Георгий знали, что они встретятся с человеком, претендующим на имя Царевича Алексия Николаевича, сына Царя Николая II и царицы Александры Федоровны». 404
Однако визит продолжался несколько часов, и, как впоследствии о. Георгий заявил корреспонденту Спеллеру, - «княгиня и он находятся под очень приятным впечатлением». 405
Визит состоялся 18-го автуста 1964-го года. Впоследствии протопр. Граббе имел еще пять встреч с Голеневским и 25 разговоров с ним по телефону. Также разговаривал с самозванцем по телефону и зять протопр. Граббе г. Владимир Шишков (первый иподиакон митр. Филарета. С.П.). Согласно заявления Голеневского, он исповедовался у о. Георгия, как у представителя Синода, 406 и вручил прот. Граббе меморандум на 37-ми страницах с приложенными фотостатами с 21-го документа.
О. Георгий сам не сказал о неприемлемости меморандума и полноценности претензий Романова и о всех, ему представленных документах. Но от него этого и не требовалось. Тот факт, что через несколько дней он (Граббе) заявил, что все дело им передано своему начальству, свидетельствует о серьезности дела. 407
«Такое же заявление он (Граббе. С.П.) сделал и княгине Кропоткиной, сказав, что дело передано на рассмотрение главы Синода епископов, митрополита Филарета и еще одному архиепископу (Никону)».
«Через несколько недель о. Георгий уведомил Голеневского, что он будет счастлив повенчать его под желательным ему именем, т.е. как Алексея Николаевича Романова, сына Николая Александровича Романова и Александры Федоровны Романовой, урожденной фон Гессе, с указанием, что Алексей Николаевич Романов родился 12-го августа 1904 г. в Петергофе, Россия».
«Кроме всего, о. Георгий Граббе являлся представителем Синода Русской Зарубежной Церкви». Как совершено было таинство бракосочетания? В той же книге сообщается, что в ночь на 30-е сентября 1964-го года у сожительницы самозванца, бывшей уже на 9-м месяце беременности, начались предродильные боли. В 7 часов утра начались телефонные разговоры. Нужно было во что бы то ни стало повенчать самозванца с его сожительницей до разрешения ее от бремени.
Жениху удалось дозвониться до о. Георгия. Последний сказал, что приедет возможно скорее и привезет с собой своего зятя, мистера Владимира Шишкова». 408
«Позже, я полагаю - около 11-ти часов утра, приехали о. Георгий и мистер Шишков. Боли у невесты усилились; о. Георгий и мистер Шишков действовали с необычайной скоростью, устанавливали алтарь и приготовляли все нужное. Наконец, началось настоящее испытание. Православное венчание длится около часа... Глядя на невесту, явно страдающую, каждый задавал себе вопрос: выдержит ли она? удержит ли? Я этого никогда не забуду до конца своей жизни...». 409
«Наконец, все кончилось; о. Георгий выдал нужный документ. Свидетелями расписались мистеры Спеллеры - отец и сын. При венчании присутствовали две пожилые особы, называвшие себя великими княжнами Ольгой и Татьяной». 410
Рассмотрим же дело протопресвитера Георгия Граббе с церковной и с юридической точек зрения, и постараемся сделать вывод со своей стороны - со стороны мирян.
Протопресвитер Георгий Граббе совершенно сознательно венчает советского агента и агента Си-Ай-Эй, по документам Михаила Голеневского, называя его Алексеем Николаевичем Романовым, несмотря на то, что о. Граббе был заблаговременно предупрежден русскими православными юристами этого не делать.
В течение времени совершения таинства бракосочетания (обручение и венчание) по крайней мере 21 раз произносится имя жениха. Это значит, что протопр. Граббе двадцать один раз лгал Богу, провозглашая имя жениха, т.е. столько же раз лжесвидетельствовал перед Богом.
По словам же м. Филарета это “совершенно пустое дело по существу” 411 , а, по понятиям православного христианина, лжесвидетельство перед людьми - тяжелый грех, лжесвидетельство же перед Богом - кощунство. Кто из иереев или иерархов может это опровергнуть?
Далее, протопр. Граббе выдает Михаилу Голеневскому на официальном бланке Архиерейского Синода Русской Православной Церкви Заграницей документ, свидетельствуя, что он (т.е. Голеневский) Алексий Николаевич Романов (фотостат документа прилагается – сост.).
Это заведомый подлог, т.е. уголовное преступление.
По законам дореволюционной России выдача фальшивых личных документов каралась многолетним тюремным заключением и лишением прав. Тут протопр. Граббе оправдывается тем, что ему была предъявлена М. Голеневским лицензия на бракосочетание на имя Алексея Николаевича Романова. Такая ссылка на заведомо неправильный документ только усугубляет грех.
И, наконец, как само венчание, так и выдача лже-документа составляют тяжкое государственное преступление в отношении исторической России - измену, предательство, опровержение убийства Царской Семьи и признание лже-цесаревича. Это преступление подлежало высшему суду с тяжелым наказанием.
Итак, подводя итог сказанному, должно знать, что протопр. Граббе совершил троякое преступление:
1. Церковное: нарушил закон Божий - лжесвидетельствовал перед Богом; попрал церковные правила венчанием без оглашений с амвона храма, и вне храма (на дому).
2.  Государственное: признал наследником русского престола заведомого самозванца вместо убиенного (что доказано) Царевича Алексея; предал Дом Романовых, и кощунствовал над мученической кончиной Государя Николая Александровича и Его Августейшей Семьи, внесенных Церковью на икону “Всех святых в земле Российской просиявших” в числе ожидающих прославления на родной земле.
3. Уголовное: выдал заведомо фальшивый документ тому же самозванцу. Эти факты никто не может вычеркнуть из истории Русской Зарубежной Православной Церкви и из истории русского зарубежья вообще. Не может ничего здесь изменить и Собор Епископов Церкви. Как отнеслись иерархи к преступлениям протопр. Граббе? Преступлений отрицать они не могли, но всячески старались скрыть их “под сукно”. Наказать же - наказали, еще не виданным в истории Православной Церкви наказанием, небывалым: запретили протопресвитеру в дальнейшем совершать таинство бракосочетания, оставив, однако, этим отмеченным наказанием право совершать первенствующее по догматическому значению таинство Святой Евхаристии.
Странное положение заняли архиереи Зарубежной Церкви (“большинством голосов”). Совершено отвратительное преступление. Служитель алтаря лжесвидетельствовал перед Богом, а “большинство” архиереев взволнованно нападает не на преступившего Закон Божий, а на мирян за то, что последние возмутились преступлением.
Что это за поведение наместников св. Апостолов? В Деяниях Апостолов мы читаем, что они во всеуслышание обличали богомерзкие дела. Яркий пример дает нам пятая глава Деяний Апостолов: случай с Ананией и его женой общеизвестен.
Повторим здесь только слова Апостола Петра: “Анания, для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое мысль солгать Духу Святому?... Ты солгал не человекам, а Богу”. Услышав сии слова, Анания пал бездыхан-ным”. То же произошло и с женой Анании.
Вот как отнесся Апостол Петр к человекам, солгавшим Богу. А нынешние наместники Апостолов говорят: “это совершенно пустое дело по существу”.
Такое отношение иерархов к преступнику служителю Церкви есть попрание церковных законов, духа Церкви, уставов, по которым лжесвидетель подлежит суду и может быть извергнут из сана.
Вот такое поведение иерархов и подрывает престиж иерархии и наносит огромный вред ее авторитету. Не миряне, а сами иерархи подрывают свой авторитет. И не только внутри, но и вне Церкви. - Почему и к чему? В конце нашей статьи уместно упомянуть еще одно страшное совпадение событий: Михаил Голеневский, как он сам утверждает, был агентом Центральной Разведочной Агентуры США - Си-Ай-Эй. Протопресвитер Граббе это знал. Сенсацией для русских честных православных людей стало сообщение газеты “Нью-Йорк Таймс” (в США) от 19-го февраля 1967 г., стр. 26-30, что “Синод епископов Русской Православной Церкви вне России получил 38.000 долларов из сумм Си-Ай-Эй”.
Протопресвитер Граббе в газете “Новое Русское Слово” от 21-го февраля 1967 года заявил: “Никаких сношений с Си-Ай-Эй мы никогда не имели. В 1960 г. мы действительно получили субсидию в 38.000 долл. от благотворительного “Берд Фаундэйшон”.
Газета “Нью-Йорк Таймc” от 19-го февраля 1967 года называет “Берд Фаундэйшон” как организацию для передачи сумм Си-Ай-Эй лицам или организациям по указанию Си-Ай-Эй.
Яснее становится причина, почему протопресвитер Граббе должен был повенчать самозванца, идя даже на кощунство-лжесвидетельство перед Богом. Сергей П. Полонский».
 
* * *
 
«Архиерейскому Синоду
Русской Православной Церкви Заграницей
7 октября 1966 г.
6-го сентября 1966 г. получил я почтой официальное письмо от Архиерейского Синода Русской Православной Церкви Заграницей. Вскрыв конверт, я обрел в нем фотостат странной газетной статьи, появившейся в газете “Наша Страна” в Аргентине 23 августа 1966 г.
Поразила меня та быстрота, с которой протопресвитер Граббе постарался размножить и разослать, кстати сказать, за счет жертвователей на церковные нужды, его преступления покрывающую статью. Невольно пришла на мысль поговорка “на воре шапка горит”.
При сем уместно упомянуть рассылку некоторых писем синодальной канцелярией. Письма, которые или мало интересуют канцеляристов, или интересуют слишком много, так что они по каким-то, может быть даже цензурным, причинам неделями задерживаются в канцелярии, а потом, не почтой, а через десятые руки попадают адресату.
В прошлом, 1965 году месяца июля дня 14, Первоиерарх митрополит Филарет написал мне письмо, ответ на мой документальный доклад первоиерарху о событиях в нашей зарубежной Церкви. Со слов Первоиерарха, письмо было передано в канцелярию Синода 15 июля 1965 г. утром для отправления его мне почтой. Я получил это письмо только 10 августа 1965 г. из частных рук. Какое уродливое отношение синодальной канцелярии к делу отправления писем.
Газетная статья, появившаяся в другой стране и на другом полушарии земли, за несколько тысяч миль от Нью-Йорка, оказалась на моем письменном столе в четырнадцать дней, а письмо, отданное в канцелярию Синода в центре города Нью-Йорка, из центра города до пригорода (30 миль) шло 27 дней. В чем тут дело?
Статья, или вернее “Письмо в редакцию” нам ничего нового не говорит. Это старое неблагозвучное объяснение - покрыть преступление протопресвитера.
Содержание этого “Письма в редакцию” было нам до некоторой степени знакомо уже год тому назад. Стоит только сравнить пятый пункт “Письма в редакцию” с нижеследующей выдержкой из письма митроп. Филарета, которое шло до меня 27 дней, как узнается автор этих мыслей.
“...Я уже говорил со многими, высказывая свою точку зрения на дело Голеневского: если бы на его нелепые политические претензии общественность и пресса ответили полным игнорирующим молчанием, или негодующим отрицанием его утверждений, то его провокация с треском провалилась бы в самом начале. Но беда - в том, что все закричали о том, что якобы о. Георгий своим венчанием поддержал эти претензии - т.е. не замечая того, дружно поддержали Голеневского, повторяя его утверждения. И этим углубили и придали сотенок значительности и серьезности делу, совершенно пустому по существу...”.
Как в “Письме в редакцию”, так и в письме митр. Филарета мы читаем не просто слова, а это многоговорящие выражения иерархов Русской Зарубежной Церкви. Тягчайшее преступление протопр. Граббе называется “совершенно пустым по существу”.
Разберем вкратце это преступление. Протопр. Граббе совершенно сознательно венчает советского агента, по документам Михаила Голеневского, называя его Алексеем Николаевичем Романовым, несмотря на то, что он (протопр.) был заблаговременно предупрежден русскими православными юристами этого не делать…
(Далее в этом письме С. Полонского следует разбор преступленная, приведенный в предыдущем, письме).
В пункте третьем (“Письма в редакцию”) говорится о праве каждого молиться за усопших (речь идет об участии Граббе в панихиде по Царской Семье, совершенной вскоре в Синоде - сост.). Этого права никто у протопр. Граббе отнимать и не собирался. Но одно дело молиться, а другое дело служить или сослужить панихиде, да еще о лицах, которых протопресвитер признал живыми.
Если бы протопр. Граббе стоял среди молящихся, то никто против этого не возразил бы. Но служить или сослужить в панихиде по усопшим, над памятью которых протопр. Граббе кощунствовал, он не имел никакого морального права. Этот бессовестный поступок протопресвитера доказывает лишний раз, что он недостоин носить сан священника. И лукавым объяснениям права молиться каждого за умерших, простите, нас не обманете. Еще раз повторяю - молиться, это одно, а служить панихиду совсем другое дело.
Возвращаясь обратно к пятому пункту “Письма в редакцию”, удивляет странное заявление: “Что касается личности самого самозванца Голеневского, то из русских никто ничего не знал бы о нем, если бы не сделали ему рекламу и популярность русские зарубежные газеты...”.
Это выражение епархиальной канцелярии старается ввести в заблуждение читателей газеты. Ведь протесты православных людей стали слышаться не тогда, когда Голеневский объявил себя Алексеем Николаевичем Романовым, а тогда, когда протопр. Граббе документально поддержал самозванца и кощунствовал, лжесвидетельствуя как перед Богом, так и над памятью умученной Царской Семьи.
Это преступление протопресвитера носит характер отнюдь не локальный, граничась одной епархией, это преступление историческое, а поэтому всецерковное и всенародное. Не надо прятаться за спину одного епархиально архиерея или даже Синода, в котором, кстати сказать, протопр. Граббе имеет заступников и друзей. Выдача документа самозванцу есть историческое государственное предательство и этого под спуд не спрячешь, как не утаишь и шила в мешке.
Странную позицию заняли архиереи Зарубежной Церкви. Совершено отвратительное преступление. Служитель алтаря лжесвидетельствовал перед Богом, а большинство архиереев взволнованно нападают не на преступника, а на мирян за то, что последние стали возмущаться...
Повидимому архиепископ Афанасий был плохо информирован об огласке дела Голеневского. Еще задолго до абсурдного венчания самозванца мировая пресса разнесла весть о появлении Алексея Николаевича Романова по всему миру как в прессе, так и по радио.
В наших руках имеются материалы, доказывающие, что мировая пресса под руководством всемирного объединения прессы провела кампанию в пользу самозванца, и русская пресса оказалась последней, оповестив своих читателей об этом печальном событии, да и то только после богохульства протопр. Граббе.
Если сейчас говорить об апостасии, то в первую очередь тут повинны именно те иерархи, которые нарушают каноны и церковные уставы. Становится страшно и стыдно за тех иерархов, которые в основу своего мышления взяли философию живистов-обновленцев, проповедуя о невозможности в наше время быть строго православным и строго придерживаться канонов и уставов.
По их мнению в какой-то степени эти основы Православной Церкви устарели. Разрешите таким иерархам задать вопрос: не устарели ли тогда и заповеди Христа, данные нам 2.000 лет тому назад, не говоря уже об устарении Заповедей Синайских, которые Господь дал людям своим много тысяч лет тому назад?
Лицемеры те иерархи, которым кажется невозможным применение апостольских правил и канонов. Не правила и каноны устарели, а вы изменили Богу и пошли по модному пути апостасии, ввели в Русскую Зарубежную Церковь мерзость и запустение, о которой так ярко говорил русский подвижник Феофан, Вышенский затворник.
Надо только посмотреть, как ведет себя и что творит первоиерарх митрополит Филарет! В какой короткий срок он развалил церковную жизнь в городе Нью-Йорке, распространяя свою деятельность и на другие места.
Своей внешностью, лукавыми словами и обещаниями он подкупает сердца верующих, но каковы его дела? До сих пор он не выполнил ни одного своего обещания. До сих пор он ни одного важного дела не разобрал по существу, ссылаясь на какие-то “горы писем за и против”. Разве так Церковь учит разбирать дела и церковные вопросы? Ведь это принцип демократии, а демократия есть детище масонства. Правда Божия и Церковь Христова отстаивались часто даже единицами против целых соборов, т.е. против мнения десятков и сотен иерархов.
Нет, не те разваливают Церковь, кто вскрывает гнойники появившиеся на теле Церкви Христовой, а те, кто эти гнойники скрывает и поддерживает, дабы Церковь внутренне сгнила и развалилась. Ничего нет проще, чем обвинить верующих, возмущающихся разгулом предательства в Зарубежной Церкви среди патырей и архипастырей. Почему не произведен церковный суд над блудником и имкистом епископом Нафанаилом, пребывающим среди Вас архипастырей, и наносящим “огромный вред Вашему престижу и Вашему авторитету”? А ведь каноны, апостольские правила и изречения св. отцов совершенно ясно и бескомпромиссно говорят, что надлежит сделать с таким нечестивцем.
Вот тут-то и нужно принять во внимание слова Христа “По делам их познаете их”. И не запугаете нас ничем, ни даже Страшным Судом, потому что с нами Слово Божие и при всей своей немощи и слабостях мы стараемся соблюдать Его с наиболее возможной точностью.
Но помните, что и Вы тоже дадите ответ на том же Страшном Суде, в частности и за то, что своими делами вводите нас, мирян, в соблазн осуждения Ваших архипастырских и пастырских дел. А о соблазняющих Христос выразился очень коротко и ясно. Помните и то, что кому больше дано, с того больше и спросится. Вы же при хиротонии давали особую клятву Богу ревностно соблюдать закон Божий, каноны и учение Церкви.
Мы живистам-отступникам не поклонимся, а по слову апостола Павла “но если бы даже мы, или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема”, будем прилагать все наши немощные силы и молить Бога в подкреплении, дабы Слово Божие и апостольские правила соблюдались строго.
Да поможет нам в этом Господь Бог, а отступающих, кто бы они ни были - миряне ли, иереи ли или архиереи, да возвратит на путь Истины!
Многогрешный и недостойный раб Божий Сергей П. Полонский».
 
* * *
 
Архиерейский Синод не мог не отреагировать на эту скандальную историю венчания самозванца. 9/22 декабря 1964 года состоялось специальное заседание. Решение - тоже примечательное. После заслушания доклада протопресвитера Георгия Граббе Синод постановил:
1. В метрической книге сделать отметку, что А. Романов именовался также Голеневским, жил под разными фамилиями и родовая его фамилия, как и имя, полученное им при крещении, не установлены.
2. Метрическую выпись, выданную до сего постановления, признать недействительной и о том сообщить повенчанному и в надлежащие учреждения.
3. Ввиду того, что прискорбное событие убийства Царской Семьи является несомненно установленным, призвать паству постоянно усердно молить Бога об упокоении Царственных Мучеников, особенно проводя в молитве и посте день убийства их 4/17 июля, когда совершается память творца Покаянного Канона, св. Андрея Критстаго.
4. Ввиду неоднократного появления лиц, самозванно именующих себя именами членов убиенной Царской Семьи и старающихся использовать то в своих видах, предостеречь паству, чтобы она остерегалась подобных лиц и не доверяла им, дабы не быть введенной в заблуждение и втянутой во вредные для себя и других деяния.
5. Иметь в виду часто встречающуюся и легко осуществимую перемену имен в гражданских учреждениях, предписать всему духовенству обращать тщательное внимание к предъявляемым документам и точно соблюдать правила Русской Православной Церкви, не совершая венчания в сомнительных случаях.
6. Решение вопроса об ответственности протопресвитера Георгия Граббе в неосмотрительном совершении венчания предоставить Высокопреосвященнейшему Председателю Синода, в непосредственном ведении коего состоит Синодальный собор и его клир.
4 января 1965 г. Подлинное за надлежащим подписанием.
Верно: За Правителя Дел Синодальной Канцелярии Протоиерей Сергей Каргай».
Никакой «ответственности» протопресвитер, конечно, не понес. Более того. Буквально в эти же дни он был назначен на еще более ответственный пост в руководстве Зарубежной Церковью - консультанта и заведующего внешними сношениями при Синодальном Управлении (ну, точно как в случае с владыкой Варнавой, – см. выше - которого в качестве наказания отослали отдыхать в Святую Землю – сост.).
Голос возмущения на этот раз нашел свое выражение в многочисленных письмах протеста, начиная от мирян и кончая почитаемыми иерархами.
 
* * *
 
«В Архиерейский Синод
Русской Православной Церкви Заграницей
Ваше Высокопреосвященство, Милостивый Архипастырь и Отец.
Досточтимые Отцы Архипастыри.
Простите, что я - рядовой мирянин - осмелился беспокоить Вас настоящим письмом, но поистине - я не могу молчать.
Последний (11-й) номер журнала “Православная Русь” принес роковое известие: протопресвитер Г. Граббе назначен консультантом и заведывающим (siс!) внешними сношениями при Синодальном Управлении...
Единственным связующим звеном русских, находящихся в рассеянии, не позволяющим окончательно распылиться, обезличиться и стать, действительно “навозом”, является исключительно Православная Церковь, окормляемая Архиерейским Синодом с Первоиерархом во главе. Первосвятитель и Синод для нас - это высший орган Церковного Управления, и, если так можно выразиться, наша Совесть, наша надежда, наша опора и, наконец, наш Верховный Суд. Все это, конечно, для нас русских, православных, церковно-мыслящих людей.
И вдруг в этом Высшем Органе на высоком и ответственном посту оказывается лицо совсем недавно запятнавшее себя и с церковно-канонической, и с морально-гражданской точки зрения. Я не буду затруднять Вас повторением дела, касающегося Голеневского: скажу только одно: все мы жаждем возрождения России и молимся об этом. Представим себе, что оно совершилось и протопр. Граббе совершил бы подобное “венчание” в возрожденной России.
Не нужно быть юристом, чтобы сказать, что протопр. Граббе, неминуемо после суда церковного, был бы предан суду гражданскому и на него были бы надеты наручники. Что же произошло сейчас у нас в Синоде? - Он даже не смещен, а вследствие того, что упразднена должность правителя дел канцелярии, он получил новую столь же высокую должность.
Дело Голеневского это дело не только церковное, это дело так же относится к делам “внешним”, консультантом и заведывающим которых он назначен. Ужас. Ужас, благодаря которому не может не охладиться у очень многих теплое чувство любви и доверия к нашему Центральному Церковному Органу.
В примечании 2-м к пар. 11 Нормального Приходского Устава, утвержденного и выпущенного Архиерейским Синодом, сказано, что лица, состоявшие в сожительстве без церковного брака или осужденные по суду, не могут участвовать в приходском собрании или быть избираемы на приходскую должность. Они могут быть восстановлены в правах только через 3 года по отбытии наказания, а пар. 14 уточняет и дополняет: если принесут раскаяние и своей жизнью засвидетельствуют свое исправление.
Разве духовное лицо, совершившее как каноническое, так и гражданское преступление и не осужденное русскими гражданскими властями только потому, что их нет, - не подлежит меньшей мере наказания?
Я сознаю, что мой голос - ничто, но все же ради Христа прошу: пересмотрите, досточтимые Архипастыри, Ваше решение. Пересмотрите во имя справедливости.
Если Господь не допустит помутиться разуму, то до конца своих дней преданный любимому Первосвятителю Владыке Митрополиту Филарету и Православной Церкви Вадим Малеевский.
Брисбен, 23-го июня 1967 г.».
 
* * *
 
Самому всемогущему протопресвитеру г-н Малеевский направил такую записку:
«22-го июня 1967 г.
Протопресвитеру Георгию Граббе
Из последнего номера “Православной Руси” я узнал о вашем новом высоком назначении при Архиерейском Синоде и спешу вас поздравить.
Надеюсь, что в новой должности вы сможете проводить аферы еще большие, чем с Голеневским-“Романовым”, сможете также успешно оскорблять память Царственных Мучеников и глумиться над таинствами Православной Церкви.
С новой силой и энергией будете стараться подорвать авторитет Первоиерарха и наши любовь и доверие к Нему.
Конечно, и вы, и епископы, стоявшие за ваше новое назрачение, прекрасно понимали, что оно вызовет бурю негодования среди честных русских патриотов и пошатнет доверие к Архиерейскому Синоду.
Поздравляю с успехом и в этом отношении...
Приходится изумляться, как после всего того, что было высказано по делу Голеневского, вы могли остаться в Синоде, а архиереи (хочется верить, что их было меньшинство) настаивать на вашем назначении. Неужели уж совсем иссякли и вера, и совесть?
В.А. Малеевский».
 
* * *
 
Вот еще одно письмо неравнодушного к преступлениям протопресвитера Георгия Граббе члена Зарубежной Церкви.
«Открытое письмо протопресвитеру о. Георгию Граббе.
Отче протопресвитер!
Пользуясь безграничной любезностью и служением правде газ. “Русская Жизнь”, обращаюсь к Вам с этим открытым письмом, потому что писать Вам лично - это означало бы, что это письмо останется навсегда и для всех закрытым.
Обращаюсь к Вам с просьбой, покорнейшей и идущей от всего сердца: Уйдите! Уйдите с поста, который Вы узурпировали [в течение] стольких, полных страдания для Церкви и для всей ее паствы, лет! Уйдите добровольно, принесите покаяние за все Ваши совершенные злые дела и сотворите раз в своей жизни благо - облегчите этим положение Высокопреосвященнейшего Митрополита Филарета и епископов, мучительно ищущих выхода из того положения, в которое их завели.
Вы долгие годы сеяли ветер, о. протопресвитер, зловещий ветер террора и запугивания, и веяние этих ветров было полно дыхания разложения и миазмов заразы, пока не захватило оно все тело Зарубежной Церкви. Вы сеяли ветер, и теперь наша Церковь пожинает бурю. Своими макиавеллиевскими приемами Вы держали в страхе не только клир, но и епископов, и мы хотели бы верить, что именно такими уловками Вам удалось совратить с пути Истины высоких иерархов, которые пошли по пути греха вместе с Вами, выкупаясь таким образом от Ваших угроз.
Нет больше ничего тайного, о. протопресвитер! Мы живем не в век темный, когда можно было многое укрыть, многие концы опустить в воду. Мы, мир, все знаем, и ничто нас больше потрясти и испугать не может. Если мы до сих пор не отошли от Матери Церкви, то в этом не Ваша заслуга и не тех, кто с Вами: это - вера в Божескую справедливость, вера в торжество Истины, которому должно было прийти время.
Многим Господь уделил страшную судьбу ухода из жизни без покаяния. Это ужасно и для обычного мирянина, но еще страшнее для священнослужителя. К Вам Он милостив и дает Вам возможность в остаток жизни искупить все то зло, которое Вы содеяли, а этого зла - бесчисленно много!
Вы могли царствовать и диктаторствовать, усиливая с каждым днем свое влияние при болеющем и уже годами дряхлеющем Митрополите Анастасии, но Вам не было места при молодом Митрополите Филарете, в способностях, крепости духа и моральных силах которого никто не сомневается.
Когда заходит солнце, о. протопресвитер, тени становятся темнее и длиннее. Ваша черная тень чересчур долго падала на нашу Зарубежную Церковь, и с каждым днем она становилась все чернее и длиннее, пока из-за нее не стало видно вообще света Божия!
О. протопресвитер, уйдите! Подайте прошение о выходе за штат. Принесите всенародное покаяние, и, верьте, мы, простые православные люди, простим за это всю ту неправду, которую Вы содеяли перед нами, а Господь милостив и тоже простит Вам.
Приближается прощенное воскресение, а за ним семь недель Великого поста и покаяния. Есть время просмотреть за это время всю свою жизнь! Но, прежде чем наступит Великий пост, уберите Вашу темную тень с нашей Церкви! Дайте ей опять воссиять ярким пламенем перед Творцом!
Владимир Перезвонов». 412.
 
От редакции «Российское Единство». Напрасно г-н Перезвонов обращается к совести Г. Граббе, таковой у него никогда не было и теперь нет. Это все равно, что обращаться к совести Рклицкого - атеиста и афериста. Они настолько глубоко вросли в Синод, по выражению одного близгостоящего к нему, что никакие земные силы их не могут выкорчевать, ибо как прежде, так и теперь они прячутся за авторитет Митрополита Анастасия.
Ведь даже расширенное заседание Синода, на которое собрались архиепископы даже из Европы, ничего с этими преступниками Заграничной Церкви не могло поделать. И наказание, которое было наложено на Г. Граббе (запрещение совершать таинство бракосочетания) было наложено единолично Митрополитом Филаретом, когда он был в Австралии и его расширенному Синоду пришлось утвердить.
А если бы митрополит Филарет не был бы в отсутствии, то и это наказание не было бы наложено расширенным Синодом на Граббе. Никакие каноны, никакие законы Церкви для них неприменимы, в этом отношении они стоят вне этих законов.
После наложения на протопр. Г. Граббе наказания - запрет совершения таинства бракосочетания, создалось какое-то непонятное положение - брак он не может совершать, а остальные все таинства - может. Иными словами благодать Божия на нем почивает, когда он совершает почти все таинства, и не почивает, когда он совершает таинство бракосочетания, т.е. благодать Божию как какую-то мирскую материальную ценность, можно делить на части и раздавать священнослужителям по частям, позволяя им совершать только одни таинства, а другие нет.
По нашему скромному мнению простых мирян, благодать Божия почивает на человеке и на всех его делах, или же такой благодати Божией на нем вообще нет и нет на всею его делах.
Это непонятное положение отчасти исправляют миряне - истинные православные христиане, бойкотируя протопр. Граббе и не совершают у него никаких таинств. Нельзя же после всего им совершенного у него исповедываться и приобщаться.
А в остальном все осталось по-прежнему. Рклицкий остался постоянным членом Синода и его секретарем и продолжает раскол в Церкви, позволяя своим клевретам в Сан Франциска таскать нашу Церковь по американским судам, а протопр. Граббе остался правителем дел Синодальной канцелярии и теперь они по-прежнему контролируют всю Зарубежную Церковь, ставя те вопросы на рассмотрение Синода, какие они считают нужным ставить, а все ненужные, по их мнению, выбрасывают в мусорную корзину «Российское Единство» . 413
 
«Нельзя умолчать»
 
«Не мечтайте о себе...» (Рим. 12, 16). Так можем мы сказать словами Св. Ап. Павла протопресвитеру Георгию Граббе.
Изданные Российским Православным Синодом (Царского Времени) «Законы Русской Православной Церкви, в книге Кормчая – “О должности пресвитеров приходских” – “Определение Российского Православного Синода и Свода Законов”, том X, стр. 31, касательно бракосочетания, таковой повелевает: «В частных домах строго воспрещается совершение Таинства Брака. Совершение Таинства Брака в частном доме является действием противозаконным и подлежит прещению совершивший данный проступок священнослужитель.
Как стало известно, Таинство Брака над неизвестно какого вероисповедания самозванцем М. Голиневским, присвоившим себе имя нашего зверски убиенного Цесаревича Алексея Николаевич и над его незаконной женой протестанткой (ведь преподать правила православной веры протопр. Г. Граббе к моменту брака “не успел”) Ирмгард М. Кампф было совершено им не в Церкви при священнослужителях, как то вменяется в обязанность священнослужителей, а в частном доме - на квартире самозванцев, при зяте протопресвитеря графа Георгия Граббе - иподиаконе Владимире Шишкове, сыгравшем, кстати, немалую роль в этом деле, и инославных лиц гг. Спеллер.
Идя вполне сознательно, будучи в здравом уме и твердой памяти, на такой ответственный шаг, протопр. граф Георгий тем умышленно и сознательно игнорировал Высшее Церковное Управление и вменил ни во что его постановление. Ведь “забыть его хорошо осведомленный в церковных делах протопресвитер никак не мог. А раз нарушил, то тем самым сам себе вынес приговор. Короче говоря, подверг себя прещению (том X, стр. 31).
Что толкнуло протопр. Георгия Граббе на такой “опрометчивый” проступок покажет будущее. А пока обратим только маленькое внимание на характерную фразу княгини М. Крапоткиной, сказанную фрейлине Государыни Императрицы г-же Д.П. Гордеевой (рожд. Гессе) – “А мы им все таки верим”.
Раз “мы верим, то не исключен из этого числа и протопр. гр. Георгий Граббе, ибо в то время он очень усиленно посещал несостоявших еще в гражданском браке гг. Голиневских.
В заключение напомним протопресвитеру Георгию Граббе слова св. Апостола Павла: “Хвалишься законом, а преступлением закона бесчестишь Бога” (Рим. 2, 23).
О. Маковская». 414
От редакции: Мы совершенно иначе знаем эту историю бракосочетания самозванца и сексота Голиневского. Никакого таинства бракосочетания не было. Протопресвитер гр. Граббе за известную мзду просто выдал Голеневскому выпись из официальной книги церкви. Что же касается фотографии, на которой изображен протопресвитер г. Г. Граббе в обществе “императорской фамилии”, то она была сделана до “бракосочетания”, когда граф преподавал “правила православной веры” будущей “цесаревне” и когда она не находилась в критическом положении. Двух же дам, изображенных на фотографии Голиневский тогда представил г. Граббе, как родственниц своей будущей жены.
Протопресвитер приобрел богатую практику в таких делах, когда он был простым писарем у митрополита Антония и заведывал бракоразводными делами в Синоде. Поэтому ничего не было бы неожиданным, если бы законный духовный суд, которому подлежит по правилам Церкви гр. Граббе, нашел, что такое бракосочетание им совершено не впервые, что гр. Граббе похоронил людей в настоящее время живых и пользующихся завидным здоровьем или крестил, не видя никогда, даже при крещении, младенцев.
Но, как мы писали, протопресвитер гр. Г. Граббе в этом случае спрятался за Митрополита Анастасия и поэтому никакого духовного суда не может быть. 415
 
«Сообщение»
 
Ввиду поступления многих запросов, почему до сих пор ничего не сообщается о решении Архиерейского Синода Русской Православной Церкви Заграницей, считаем себя обязанными опубликовать эти два письма, являющиеся официальной корреспонденцией.
 
* * *
 
«Копия.
Председатель Архиерейского Синода
Русской Православной Церкви Заграницей
18 февраля - 2 марта
№ 6-74 262
75 Ист 93 стрит Нью Йорк 28, Н. Й.
Досточтимая Ариадна Ивановна,
Дело о повенчании г. Голеневского о. Протопресвитером Г. Граббе рассмотрено в Архиерейском Синоде в моем присутствии, и закончено.
Убедительно прошу о том, чтобы были закончены и всякого рода обсуждения этого вопроса на страницах Вашей газеты.
С пожеланием малости Божией
Подпись: Митрополит Филарет».
 
* * *
 
«Копия.
5 марта 1965 г.
Председателю Архиерейского Синода
Русской Православной Церкви Заграницей,
Его Высокопреосвященству
Высокопреосвященнейшему Митрополиту Филарету
в Нью Йорке
Ваше Высокопреосвященство,
Высокопреосвященнейший Владыко!
Подтверждаем получение Вашего письма от 18 февраля – 3 марта 1965 года за № 7-64-262, в котором сообщается, что дело о повенчании г. Голеневского о. Протопресвитером Г. Граббе было рассмотрено в Вашем присутствии и закончено.
Полагаем, что в конверт по ошибке не была вложена копия соответствующего указа Вашего Высокопреосвященства, для того, чтобы наша газета могла осведомить глубоко взволнованную всем этим неопрятным и наводящим на разные размышления и предположения делом русскую общественность о том, как это дело Вами было закончено.
Как независимая, надпартийная и над-юрисдикционная газета, “Русская Жизнь” не считает себя вправе закрыть свои страницы выражению огромного и, мы берем на себя смелость сказать, подавляющего общественного мнения, тем более, что дело Голиневского и всего того, что связано с ним, вышло далеко за узкие рамки Синода и касается всего российского зарубежия.
Испрашивая Ваших святительских молитв,
А.И. Делянич, редактор».416
 
Решение по делу Прот. о. Георгия Граббе
 
В Нью Йорке на прошлой неделе закончились заседания Заграничного Синода, в которых председательствовал вернувшийся из Австралии митрополит Филарет.
Центральным вопросом был инцидент, вызванный протопресвитером о. Георгием Граббе, обвенчавшим самозванца Голеневского под именем Алексея Николаевича Романова. Как известно, позже в церковных книгах запись эта была изменена, но Голеневский теперь пользуется документами, выданными ему за подписью о. Георгия Граббе.
В связи с этим инцидентом и резкой кампанией, поднятой в печати и в некоторых приходах против о. Георгия, Синод постановил на вид Граббе неосторожность его поведения в деле с венчанием самозванца. Ряд членов Синода сурово осудили о. Граббе.
После всестороннего обсуждения вопроса, Синод принял следующие решения:
Запретить о. Георгию Граббе на будущее время совершение обрядов бракосочетания.
Возложить на архиепископа Никона вашингтонско-флоридского, занимающего пост вице-председателя Синода, и обязанности секретаря Синода; о. Георгий Граббе оставлен на занимаемом посту правителя канцелярии Синода.
Настоятельство в Синодальном соборе на Парк Авеню принял на себя первоиерарх Зарубежной Церкви митрополит Филарет. Ранее обязанности настоятеля собора выполнял о. Георгий Граббе. 417
От редакции: В мирное время в кадетских корпусах учили нас, что в нашей православной церкви имеются семь таинств, в том числе и таинство брака. Когда случилось, что брак был переименован в обряд, мы не знаем.
 
Общество православных мирян в Сан-Франциско
 
21 марта в Русском Центре в Сан Франциска состоялось чрезвычайное собрание Общества православных мирян, на котором присутствовали 229 членов общества. Председательствовал Н.М. Неклюдов.
В результате докладов, представленных собранию и после прений, собрание приняло резолюцию, в которой констатирует, что церковные нестроения в Сан Франциска (так во многих зарубежных публикациях – сост.) и Западно-американской епархии продолжаются и по настоящее время. Резолюция объявляет польского гражданина М. Голеневского «явным самозванцем и авантюристом»; обвиняет правителя дел синодальной канцелярии протопресвитера о. Георгия Граббе в том, что «своим поведением и участием в авантюре самозванца М. Голеневского осквернил священную память убиенных большевиками государя императора и его августейшей семьи и нанес тяжкий удар по престижу и авторитету Архиерейского синода и всей Русской православной церкви за границей.
Резолюция протестует также против недавнего выступления протопресвитера о. Георгия Граббе в американском гражданском суде против Св. Скорбященского прихода и его настоятеля – архиепископа Иоанна; в заключение православное Общество мирян в Америке считает, что «одним из главных условий обеспечения церковного мира и непоколебимого престижа Синода должна быть замена правителя дел синодальной канцелярии протопресвитера о. Г. Граббе другим, достойным лицом».
Общество засвидетельствовало свою глубокую благодарность архиепископу Иоанну за его духовное руководство и сыновью преданность митрополиту Филарету, главе Зарубежной православной церкви. 418
 
Панихида по Императоре Николае II
 
В газете Н.Р.С. от 20-го июля напечатана, в отделе «Хроника» следующая заметка под заглавием: «Газета “Россия” и панихида по Императоре Николае 2-м».
В номере газеты «Россия» от 20 июля, напечатано сообщение, в котором редакция приносит извинения своим читателям за напечатание в газете оповещения о панихиде в 48-ю годовщину убийства Императора Николая 2-го.
Из напечатанного можно сделать вывод, что извещение о панихиде было помещено в газете только после того, как редакция получила «информацию», что на панихиде не будет присутствовать лицо, нанесшее тяжкое оскорбление светлой памяти Государя.
Оскорбление это выразилось в том, что это лицо венчало под именем наследника Алексея Николаевича – самозванца Голиневского. К нашему сожалению и прискорбию, заканчивает свое сообщение «Россия», эта информация оказалась неверной.
По полученным нами сведениям, речь идет о панихиде, которую совершил 17 июля в Синодальном храме-соборе митрополит Филарет, в сослужении с протопресвитером о. Г. Граббе, Архимандритом Геласием и иеромонахом Арсением.
Протопресвитер о. Г. Граббе, против которого направлена выше заметка, вообще воздерживается от полемики по вопросу о Голиневском.
Что касается моего участия в панихиде, - ответил на наш вопрос о. Г. Граббе, - всякий человек имеет право молиться за убиенных и запретить этого никто не может.
----------------
По моему мнению о. Граббе отчасти прав в том, что даже убийце нельзя запретить молиться по убитому им же. Но этот убийца ни в коем случае не может священнодействовать при совершении панихиды по им убиенном, это можно посчитать святотатством.
Протопресвитер о. Георгий Граббе сознательно венчал чекиста Голеневского под именем Алексея Николаевича Романова, в метрическом свидетельстве о венчании этого самозванца указаны точно день, месяц и год рождения Наследника. Место рождения самозванца указано там, где родился наследник Цесаревич. Имя отца самозванца указано, что его отец Николай Александрович Романов. Имя матери самозванца названо Александра Федоровна Романова, при этом указана ея девичья фамилия и место ея рождения, точно такое же, которое имела Государыня Александра Федоровна. Отрицать того, что он, о. Г. Граббе сознательно венчал самозванца под именем Алексея Николаевича Романова – нельзя. Протопресвитер прекрасно знал, что он делает и притом, в спешном порядке скрытно, без оглашения, притом венчание происходило не в церкви, а на дому самозванца, причина та, что невеста могла разрешиться от бремени даже во время венчания. Возможно, что и это так и было, но точно утверждать нельзя. Официально стало известно, что рождение ребенка произошло через очень короткое время после венчания. Все делал о. Г. Граббе «шито крыто», об этом акте совершенном о. Г. Граббе, никто не ведал, даже в Синоде об этом никому не было известно. Об этом акте стало известно только тогда, когда Самозванец стал нагло себя называть Наследником Цесаревичем, подтверждая свое звание метрическим свидетельством Синодальной Церкви.
Газета в Нью Йорке «Россия» от 22-го июля под заголовком «От редакции» сообщает следующее:
«Свои домогательства Голиневский в частности основывает на том, что он, в 1964 году был под именем покойного Цесаревича Алексея Николаевича повенчан протопресвитером о. Георгием Граббе.
Этот прискорбный факт вызвал глубокое возмущение русской эмиграции.
Поэтому очень тягостное впечатление на многих русских людей произвело участие о. Г. Граббе в панихиде по Царской Семье, отслуженной 17-го июля в Синодальном храме. Такое участие было воспринято многими русскими людьми, как оскорбление памяти Царской Семьи и как вызов общественному мнению». 419 .
В другой редакции:
«Мы совершенно согласны с о. Графом Г. Граббе, что за убиенных надо молиться, это долг каждого националиста, но не соглашаемся с ним, что священнослужитель может участвовать в панихиде по Цесаревичу и Вел. Князю Алексею Николаевичу, умерщвленному интернационалом, после того, когда тот же о. Граф Граббе, в том же храме совершил таинство бракосочетания над большевитским сексотом Голиневским под именем того же Цесаревича и Вел. Князя Алексея Николаевича.
Такая безнаказанная наглость о. Г. Граббе только ведет к тому, что верующие постепенно отходят от Зарубежной Церкви, видя что их священнослужители и пастыри являются обыкновенными преступниками, которые в Зарубежной Церкви могут совершать безнаказанно какие угодно преступления.
На эту панихиду, узнав заблаговременно, что ее будет служить с митрополитом Филаретом и граф Граббе, не пришли многие почитатели убиенного Государя Императора Николая 2-го и Его Семьи, а незнавшие, что служит граф Граббе, увидя его в храме, немедленно его покинули и остались только дамы и очень мало мужчин, по сравнению с прошлыми годами.
Безнаказанность священнослужителей и архиепископов в Зарубежной Церкви за преступления в ней, только подрывает Зарубежную Церковь, снижает ее авторитет и уменьшает количество верующих. 420
 
* * *
 
Наиболее выразительной на похождения Граббе-отца оказалась реакция Австралийского Архиепископа Саввы в его письме лично протопресвитеру.
«10 марта 1 25 февраля 1967 года.
Достоуважаемый о. Протопресвитер!
Наше сотрудничество продолжалось почти четверть столетия. Кое-какие расхождения не мешали нам до последнего времени поддерживать отношения, необходимые для служения общему делу.
К великому сожалению, и внешние наши отношения изменились теперь настолько, что в нарушение даже светских приличий, я вынужден был оставить без ответа Ваши любезные поздравления с великими праздниками. Причиной тому явилось венчание советского агента Михаила Голеневского под именем зверски растерзанного Цесаревича Алексия Николаевича.
Свыше двух лет я старательно изучал дело Голеневского, старался понять Ваш поступок и уяснить мотивы, побуждавшие Вас к его совершению. И вот, несмотря на то, что Архиерейский Синод, в отсутствие Первоиерарха, в какой-то мере оправдал Ваш проступок и даже взял Вас под защиту на страницах светской печати, я пришел к убеждению, что дальнейшее пребывание Ваше в центральном органе нашей Церкви представляет для него смертельную опасность, те же кто этого не видят, подвержены, видимо “действию заблуждения, чтобы верить лжи” (II Фес. 11, 11-12).
Для меня ясно так же, что религиозно и национально мыслящая часть российской эмиграции (а она составляет большинство) примириться с Вашим пребыванием на занимаемой Вами должности не сможет. Как член епископата Русской Зарубежной Церкви и участник Собора епископов в 1959 и 1961 годах, по требованию моей души, болящей за будущее Зарубежной Православной Церкви, я считаю долгом моей архиерейской совести высказать Вам правду, известную ныне всему Зарубежью.
Архиерейский Синод, решавший Ваше дело в отсутствие Первоиерарха, не отстранил Вас от должности потому, что Первоиерарх, будто бы, разрешил Вам венчание самозванца. Однако, Вы хорошо знали, что Митрополит Филарет разрешил венчать Михаила Голеневского, а не Алексея Романова.
Испросив обманно благословение Первоиерарха, подумали ли Вы, что, совершая таким образом Таинство, Вы обманываете уже Самого Господа Бога нашего, молитвенно призывая благословение Духа Святого на заведомо самозванца, которого, по чину Таинства, Вы неоднократно именовали Алексеем, зная о подлоге и не зная - вообще крещенный ли это человек?
Трудно что-нибудь возразить ревнителям благочестия нашей Церкви, утвердившимся в том мнении, что Вы совершили тягчайший грех, вкупе с другими прегрешениями Вашими в этом обманном деле, не совместимый с Вашим саном. Трудно отрицать, что попыткой на глазах у всех обмануть Господа Бога Вы не только осквернили высокий сан протопресвитера, но и потеряли право на доверие епископов, потеряли и авторитет среди верующих православных людей, все громче порицающих Вас и утверждающих, что ”это позор и срам, особенно для совести священника”.
Хотя по слухам Вы и покаялись (когда и как?) в проступке Вашем, лжесвидетельство перед Богом не может быть прощено и продолжает оставаться опасным соблазном для паствы, подрывая самую веру в Бога. Кроме того, погубив собственный авторитет, Вы причинили большой вред авторитету нашего Первоиерарха. Именно тогда, когда он, только что избранный на ответственнейший пост кормчего Русской Зарубежной Церкви для продолжения исторического дела великих святителей Антония и Анастасия, с редкой торжественностью объезжал приходы русских людей в Австралии и Новой Зеландии, в самом Центре Вы совершили преступление, потрясшее все Зарубежье. Не раньше и не позже. Но никакой заместитель Первоиерарха, никто из членов Синода не несет ответственности в такой мере, в какой несете сами Вы - нанесший непоправимый ущерб Русской Зарубежной Церкви, на радость Ее врагов, в глазах не только наших соотечественников, но и иностранцев.
Наконец, Ваш поступок, все Ваши переговоры и связь с международным проходимцем, услуги, оказанные Вами этому нравственному чудовищу, глубоко уязвили национальное достоинство русских людей и свели на нет усилия ревнителей священной памяти Царя-мученика очистить Его лик от искажений и клеветы и разъяснить историческое значение Его великой жертвы. Безбожные коммунисты и международные заговорщики сняли с Российского Императора царскую корону, Вы же своим поступком, как никто еще, помогли тем, что имеют определенное намерение через полвека лишить Его и мученического венца.
Обдумав все мною выстраданное и изложенное, позволяю дать Вам отеческий и братский, как архипастыря нашей Зарубежной Церкви, добрый совет, уйдите добровольно из нашего церковного объединения, как Вы ушли из объединения кавалергардского. Только таким путем можно рассеять соблазн и успокоить верующих, волнение которых разрушает их церковное единство. Сделайте этот шаг для восстановления Вами же поколебленного престижа Зарубежной Церкви и Собора епископов.
А так как каждая вина, каждый грех должны быть покрыты покаянием, то Ваш долг, если Вы хотите продолжить Ваше служение Церкви и вернуть право называться русским патриотом, все Ваши силы, знания и опыт отдать для служения Матери-Церкви, в каком бы звании, положении и ранге Вы ни оказались после добровольного ухода из Синода. Христос требует от нас смирения, а кровь Царя-мученика обязывает к нему тем более.
(П.п.) Савва, Архиепископ Сиднейский и Австралийско-Новозелан-дский».
 
* * *
 
На этом «биография» протопресвитера не окончилась. Прошло время и его наградили... даже саном епископа. По поводу этой хиротонии Синод получил немало возмущенных писем от уважаемых в Зарубежье людей. Вот некоторые из них.
«3/16 апреля 1979 г.
Его Высокопреосвященству,
Высокопреосвященнейшему Митрополиту Филарету,
Первоиерарху Русской Православной Церкви Заграницей
Нью-Йорк
Ваше Высокопреосвященство!
Получившее широкую огласку Ваше желание возвести Протопресвитера Георгия Граббе в сан Епископа, побуждает нас обратить Ваше внимание на возможные последствия этой хиротонии - на вред, который она нашей Церкви несомненно причинит.
Многие миряне не забыли совершенное Протопресвитером Граббе преступление - венчание бывшего польского коммуниста и безбожника Голеневского под именем убиенного Наследника Цесаревича Алексея Николаевича, за которого этот самозванец себя выдает.
Вам угодно было простить Протопресвитеру Граббе этот поступок, вызванный побуждениями, с нашей Церковью ничего общего не имеющими. Его хиротония - если она состоится - несомненно вызовет вопросы об его, в деле Голеневского, не церковных соображениях. Получат, вероятно, огласку и некоторые другие обстоятельства этого темного дела, сообщенные самим Голеневским или авторами поддерживающих его притязания книг.
Это причинит нашей Церкви ущерб, последствия которого трудно предвидеть. Мы поэтому обращаемся к Вам с просьбой отказаться от возведения Протопресвитера Граббе в сан Епископа нашей Церкви, для которой его хиротония может стать великим потрясением.
Не откажите помянуть нас, Владыка, в Ваших Святительских молитвах. Николай Н. Высоковский, Сергей Л. Войцеховский».
 
* * *
 
То, что Граббе не был наивным ребенком, введенным в заблуждение в деле венчания самозванца, подтверждается письмом того же Войцеховского.
«18-го апреля 1979 г.
Дорогой Николай Николаевич!
Сообщаю Вам содержание моего разговора с протопресвитером Георгием Граббе о самозванце, выдающем себя за Наследника Цесаревича Алексея Николаевича. Разговор этот состоялся значительно раньше той огласки, которую в ноябре 1964 года получило совершенное протопресвитером 30-го сентября того же года венчание этой темной личности, ничего общего с Домом Романовых не имеющей.
Как сотрудник русских зарубежных газет я иногда по телефону просил протопресвитера Граббе сообщить мне те или иные сведения о церковной жизни. На этот раз, он этим не ограничился, но спросил, что мне известно о личности, называющей себя сыном Императора Николая Александровича. Я ответил, что видел в “Чикаго Трибюн” заметку об этом обманщике, но значения ей не придал, так как самозванцы появлялись и раньше.
Граббе ответил: “Напрасно... Он, конечно, самозванец, но в нем есть что-то Романовское”. Он прибавил, что в обмане самозванца убедился проверкой. Я спросил, в чем она состояла. Граббе ответил: “Сергей Львович, Вы ведь жили в годы войны с Германией в Могилеве... Вы, вероятно, знаете, кто сидел за столом по правую руку Государя во время обедов... Вы, конечно, знаете, что им был генерал Алексеев... Знает это и самозванец, но я показал ему фотографию, снятую в столовой в день, когда Алексеев почему-то отсутствовал, а справа от Государя сидел граф Фредерикс. Я показал этот снимок самозванцу и спросил, кто сидит на нем направо от его отца. Он назвал Алексеева и этим себя выдал. Настоящий сын Государя, часто бывавший в могилевской Ставке, принять Фредерикса за Алексеева никак не мог”.
Я ответил, что часто видел в Могилеве Алексеева и Фредерикса и вполне согласен с тем, что подлинный Наследник не мог так ошибиться. “Вы правы - ответил Граббе - но все же я намерен его повенчать”. Меня это удивило и я воскликнул: “Не как сына Государя, надеюсь?”
В ответ Граббе что-то промямлил и я понял, что он - со своей точки зрения - сказал лишнее и намерен поступить именно так, как я его заподозрил.
“Вы - сказал я - причините себе этим непоправимый вред. Мне это безразлично, но Вы причините еще больший вред нашей Церкви. Мне говорить с Вами не о чем”.
Точная дата этого разговора отмечена в моем дневнике, приготовленном к отсылке Институту имени Гувера в Станфорде.
Искренне Ваш С.Л. Войцеховский».
 
* * *
 
В эти же дни руководству Зарубежной Церкви было послано и официальное послание от имени Представительства Российских Эмигрантов в Америке с предостережением этой хиротонии.
«RUSSIAN IMMIGRANT’S REPRESENTATIVE ASSOCIATION IN AMERICA. INC.
Представительство Российских Эмигрантов в Америке
349 West 86th Street
New York 10024, N.Y.
Telephone: SU 7-0206
Nikolay Vissokovsky – President
Wasili Kuksevich – Secretary-General
5 мая 1979 Г.
Преосвященнейшим Владыкам, членам Архиерейского Собора Православной Русской Церкви Заграницей.
Ваши Высокопреосвященства и Преосвященнейшие Владыки!
В последнее время мною, как председателем Представительства Российских Эмигрантов в Америке, получены сотни писем, телефонных звонков и личных обращений с вопросом, как я от имени Представительства, буду реагировать на возможное возведение протопресвитера Георгия Граббе в сан епископа.
Все, кто ко мне обращаются, не могут понять, как это может случиться после того, что его возведение в этот сан было отвергнуто Собором Епископов в сентябре 1978 года подавляющим большинством голосов. Участвовавшие в Соборе иерархи потребовали тайного голосования, а Владыка Митрополит, пренебрегая этим, поочередно опрашивал участвовавших в Соборе епископов, что было явным нарушением соборности!
Несмотря на это, против возведения протопресвитера Георгия Граббе в епископский сан высказались 13 Преосвященных Владык, участников Собора, а за - только 2 голоса - Владыка Митрополит и Архиепископ Серафим.
Неожиданно, через три месяца Владыка Митрополит Филарет возбудил тот же вопрос в Синоде и приступил к повторному, письменному опросу всех иерархов нашей Церкви в одиночном порядке.
Понять этот опрос невозможно - разве Собор Епископов не является высшей инстанцией нашей Церкви и разве Синод во главе с Владыкой Митрополитом не обязан точно исполнять постановления Собора, а не изменять их? Постановления Собора могут быть изменены только следующим Собором, как гласит Устав нашей Церкви, а не письменным, одиночным опросом иерархов! Одиночный письменный опрос не является ли давлением на епископов? Ведь ни уговоров, ни убеждения, ни угождений, изменяющих постановления Собора Епископов, не может быть! Каждый епископ, встав перед Престолом Всевышнего и положив руки свои на престол, обязан сказать по велению совести Слово Истины!
Повенчав человека, именующего себя Михаилом Голеневским, под именем Алексея Николаевича Романова, протопресвитер Георгий Граббе совершил три преступления:
1. Каноническое.
2. Против России и русского народа.
3. Кощунственное оскорбление Царственные Мучеников и десятков миллионов русские людей, погибших за веру Православную и за наше Отечество.
1. Каноническое преступление протопресвитера Г. Граббе состоит в следующем:
а) Он повенчал Голеневского под именем Алексея Николаевича Романова, зная, что на это имя повенчанный им самозванец права не имеет;
б) Он принял гражданское разрешение на брак (лайсенз), содержавшее ложные сведения – имена убиенных Государя Императора Николая Александровича, Государыни Императрицы Александры Федоровны и ложные данные о годе и месте рождения самозванца, совпадающие с годом и местом рождения Наследника Цесаревича Алексея Николаевича;
в) Он повенчал самозванца Голеневского, католика и поляка Раймунда Турыньского, рожденного в Несвиже (Польша) под не принадлежащим ему именем Алексея Николаевича Романова;
г) Он повенчал “первым браком” человека, состоящего - по сведениям европейских газет - в браке и имеющего от этого брака детей, проживающих с их матерью в Польше;
д) Он повенчал крещенного в детстве Католической Церковью Раймунда под не принадлежащим ему именем Алексея;
е) Он признал свидетелями этого незаконного бракосочетания американских граждан Ричарда Спеллера старш. и Ричарда Спеллера младш., вероисповедание которых не православное и, может быть, даже не христианское;
ж) Он сознательно не дал огласки этому бракосочетанию, чтобы скрыть совершаемое им по отношению к нашей Церкви и русским людям злодеяние и лишить их возможности ему воспрепятствовать;
з) Он повенчал тайно на дому самозванца в присутствии двух немецких женщин, не знающих русского языка, которых самозванец назвал своими сестрами, Великими Княжнами Ольгой Николаевной и Татианой Николаевной, убиенных в действительности большевиками в Екатеринбурге; неужели он не мог установить, что имеет дело с самозванками, которые, вернувшись из Нью Йорка в Германию, признались немецким журналистам в том, что они - не русские Великие Княжны, а сестры повенчанной с самозванцем немки Ирмгарды Кампф?
Протопресвитер Георгий Граббе - образованный, умный и опытный человек. Он не мог не понять то, что сделал, совершая свое тяжкое преступление. Почему же он так поступил? Кто ему приказал?... Кто?... Не наша же Православная Церковь и ее Управление? Кто же? Было ли это связано с какими-либо мирскими властями и силами? Если было, то он не только не достоин возведения в сан епископа нашей Церкви, но должен быть лишен своего сана.
2. Протопресвитер Г. Граббе совершил преступление против России и русского народа. Венчанием самозванца он бросил грязную тень на Синод нашей Церкви. Он дал самозванцу возможность выдавать себя за Наследника Цесаревича Алексея Николаевича и распространять миф о спасении Царской Семьи.
Этим протопресвитер Г. Граббе способствовал попыткам отрицать Екатеринбургское злодеяние кровавого коммунизма и руководившего им интернационала. Возведение прот. Г. Граббе в сан епископа будет попыткой затушевать это злодеяние совершенным им венчанием и бросить тень на Синод нашей Церкви, простивший ему это тажкое преступление. Но кто может простить это преступление? Может ли Синод или даже Собор простить это злодеяние? Нет! Только русский народ и история разберут этот факт и вынесут свое решение!
3. Преступление прот. Г. Граббе против Царственных Мучеников и Новомучеников Русской Православной Церкви. В сентябре 1978 года все участники Собора Епископов нашей Русской Зарубежной Церкви единогласно высказались за прославление Новомучеников, включая Царскую Семью. Расхождение состояло только в том, что некоторые владыки считали это преждевременным, а другие полагали, что немедленное прославление даст русским людям силу духа для борьбы с безбожным коммунизмом и высоко поднимет знамя борьбы, сплотив ряды бойцов за Веру и Отечество. Разрешение этого вопроса было Собором Епископов отложено для дальнейшего рассмотрения.
Не является ли парадоксом совершенное прот. Г. Граббе венчание самозванца под именем Цесаревича Алексея Николаевича? Не является ли парадоксом то, что он дал шанс распространению мифа о спасении Царской Семьи? В угоду кому? Он ведь знал, что венчает самозванца. Какое же венчание из пастырских побуждений мог совершить прот. Г. Граббе? Что руководило им? Создание разлада между участниками Собора Епископов? Ведь одни из них за немедленную канонизацию, а другие - за более позднюю.
Что же думал прот. Г. Граббе? Как он, после совершенного им венчания самозванца, сказал на Синоде Епископов нашей Церкви Владыке Аверкию, допрашивавшему его: “Нечистый меня попутал”. Да, Вы правы, о. Георгий, нечистый попутал Вас! Но я задаю Вам вопрос, не попутает ли он Вас и в будущем? Никто в этом уверен быть не может.
Из вышесказанного совершенно ясно, что протопресвитер Г. Граббе не достоин быть епископом и что обращение епископа Павла к участникам Собора Епископов непонятно. Чем руководился епископ Павел, когда писал это письмо? Владыке Митрополиту нужен викарий! Разве это достаточный повод скрыть совершенное прот. Г. Граббе злодеяние, осквернить память Священномучеников, простить в угоду Владыке Митрополиту, которому нужен викарий, величайшее каноническое преступление?
Незаменимых людей в мире нет! Викарий!... Почему же протопресвитер Георгий Граббе?... Повидимому, епископ Павел не принял во внимание совершенных протопресвитером Граббе упомянутые мною три его преступления, и в угоду Владыке Митрополиту поторопился написать свое письмо.
Наша Церковь - православная учит нас любить врагов, любить ненавидящих и обидящих нас. Она учит прощать всем и все, содеянное против нас индивидуумов, но она же учит нас, что мы воины Христовы и мы должны положить жизнь свою за чистоту, за истину и никогда не мириться с злодеянием, совершенным против веры. Мы ничего не имеем против протопресвитера Граббе, как человека, но мы не имеем права помириться с его злодеянием.
Не кажется ли Вам, Ваши Преосвященства, что легче закрыть глаза и покинуть этот мир, чем получить клеймо Иуды - предателя русского народа и православной веры!? Я не хочу войти в историю русского народа заграницей, как трус, не имевший мужества сказать правду. Я не хочу связать мое имя с сокрытием этого злодеяния и готов отдать мою жизнь, но бескомпромисно сохранить эту точку зрения.
Мы не хотели и не хотим выносить приговор протопресвитеру Г. Граббе. Это сделают русский народ и история! Мы не призваны быть судьями, но мы призваны обратить Ваше внимание на последствия этой хиротонии, если она состоится. Простой выход из создавшегося положения состоит в предложении прот. Г. Граббе положить руки на Престол Всевышнего и поклясться, что он повенчал Голеневского, не зная, что он - самозванец; что он повенчал его из пастырских побуждений, без влияния извне; что, венчая Голеневского, он не сознавал, что совершает преступление; что он не предал огласке предстоящее венчание случайно, по забывчивости, а не со злым умыслом; почему таинство бракосочетания было совершено на дому?! Что он не подумал о том, к чему может привести совершенное им венчание. Пусть он откроет тайну от кого он получил фотографии Царской Семьи и кому он их передал и для кого? Если он принесет эту присягу, мы будем готовы, с документами в руках, доказать противное, а если он ее не принесет, то тем самым подтвердит, что он хиротонии не достоин.
Одобренный Конгрессом С.Ш.А. закон дает возможность получить от Центрального Разведывательного Управления в Вашингтоне (С.I.А.) некоторые документы, освещающие отношение этого учреждения к некоторым лицам и событиям, в частности, к человеку, именующему себя Наследником Цесаревичем Алексеем Николаевичем. Неужели нам придется обратиться к С.I.А. за помощью? Неужели нам придется обнародовать все то, что прямо или косвенно связано с совершенным протопресвитером Граббе венчанием самозванца?
Американский писатель Гай Ричардс упомянул в одной из своих книг о Голеневском, о его усыплении у дантиста для снятия отпечатков подошв ног. Он написал, что в этой полицейской операции участвовали представители С.I.А. и Русской Зарубежной Церкви. Фотография из книги этого утверждения Ричардса была передана Владыке Лавру, бывшему тогда секретарем Синода, но, по его словам, Владыка Митрополит запретил ему говорить об этом с кем бы то ни было. Кто же те “представители Синода”, которые участвовали в снятии отпечаток подошв Голеневского, выполняя таким образом полицейские и контрразведывательные функции?...
Мы дожили до того, что Первоиерарх Русской Зарубежной Церкви, Митрополит Филарет изображен в издаваемом Голеневским журнале на английском языке “Двойной Орел” в мантии, белом клобуке и с жезлом в руке: над его головой изображен знак, которым в СССР награждаются заслуженные чекисты, члены КГБ, а у его ног - щит с инициалами С.I.А. Надпись под этой фотографией гласит: “Филарет, тайный коммунист и Митрополит Синода Епископов Русской Православной Церкви вне России, в Нью Йорке, которая под его администрацией превратилась в ракутирство под влиянием коррупционных организаций антихристианского направления. В течение последних десяти лет на Филарета также влияли  Американские Федеральные агенции” (перевод с английского).
Разве это не позор? Разве это не оскорбление нашей Церкви? По каким же побуждениям Синод не реагировал и не привлек Голеневского к судебной ответственности за оскорбление нашего Первоиерарха? Возникло, очевидно, опасение, что самозванец огласит сведения о его связи с прот. Г. Граббе. Таким образом, поругание и оскорбление нашей Церкви и ее Первоиерарха остались безнаказанными и произошло это, несомненно, по вине протопресвитера Граббе. Дает ли это ему право на возведение в сан епископа?...
Можно еще привести много других проступков прот. Г. Граббе, но чтобы не затруднять внимание Ваших Преосвященств, я готов предстать перед Синодом и, надеюсь, перед будущим Собором Епископов с документами в руках для дальнейших показаний, так как изложить в этом обращении к Вам все то, что мне известно, невозможно.
Тяжелый гнет души, содрогающий сердце от ужаса, вызванного происходящим, удручает меня, но, осенив себя крестным знаменем, приложившись к Кресту и к Св. Евангелию, я обращаюсь к Вам с просьбой отнестить внимательно к этим моим строкам и лишь тогда вынести свое окончательное постановление о желании Владыки Митрополита возвести протопресвитера Г. Граббе в епископский сан.
Смиренно испрашивая Ваших святительских молитв и благословения, Председатель Представительства Российских Эмигрантов в Америке
Николай Н. Высоковский.
Задерживаю за собою право опубликовать это обращение, чтобы снять с себя ответственность перед общественностью».
 
Открытое письмо В. Сокольского
 
В 1967 году (12 декабря) Митрополиту Филарету было послано пространное Открытое письмо В. Сокольского, который рассматривал уже не частные, а более общие случаи из бытия Зарубежной Церкви.
«...С глубокой духовной скорбью и, говоря искренно, с глубоким душевным возмущением, прочел я самую существенную часть из обнародованных уже определений Архиерейского Собора этого года.
Особо глубокую скорбь и возмущение вызвали у меня, а думаю, что и у многих мирян и клириков, следующие три определения Собора. Определение об утверждении нового устава для Восточно-Американской епархии, определение об отказе в пересмотре положения 1956 года о Зарубежной Церкви и определение об мирянах, будто бы стремящихся к ограничению богоустановленной епископской власти.
Скорбью потому, что во всех этих определениях ясно слышится не Голос Благодати Святого Духа, а совершенно неоправданная боязнь пастырей своих пасомых, стремление скрыть от них тяжелое внутреннее положение в Зарубежной Церкви и стремление его закрепить.
Давно уже далеко не все благополучно в жизни временно самостоятельной русской кафолической, или соборной Церкви в зарубежье. Думаю, что и Вы не станете отрицать этого, так как плоды этого неблагополучия у всех у нас перед глазами, не только в еще не зажившей на теле св. Церкви ране Калифорнийской смуты, но и во многих других более мелких волнениях и смутах, начиная от смуты, вызвавшей уход от нас столпа православия в Южной Америке - приснопамятного о. Константина Изразцова.
Это ясное, явное для всех неблагополучие и заставило тело св. Церкви, или церковный народ, глубоко задуматься и постараться разобраться в причинах этого неблагополучия. Особенно заставило тех из него, кто не ограничивается посещением наших храмов, но и всемерно старается жить жизнью св. Церкви и в меру данного каждому от Бога таланта, смиренно помогать Вам и поставленным Вами пресвитерам в Вашем трудном долге “пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровью Своею” (Деян. 20, 28).
Вот это их естественное стремление разобраться в истинных тайных причинах этого явного неблагополучия и вызвало к жизни то сильное течение среди Ваших пасомых, течение борьбы за благополучие св. Церкви, участникам которого Вы приписали, совершенно голословно, “стремление ограничить каноническую власть епископов, принадлежащую им по Божественному праву (выражение, должно заметить, чрезвычайно неудачное, можно сказать еретическое, пахнущее Рима-католицизмом, ибо Божественное - ничем не ограниченное право принадлежит только Богу, епископы же имеют очень ограниченный богоустановленный долг и связанную с ним власть, а не право: пасти Церковь Христову, не уклоняясь от Слова Божия и канонов ни на право, ни на лево) и священным канонам”.
Заключение, которое нельзя вывести ни из одного письменного документа. Смею, поэтому, категорически утверждать, что следующее свидетельство блаженнейшего Митрополита Антония: “Впрочем надо с удовлетворением отметить, что до сих пор на наших Соборах - как раз миряне особенно ревностно оберегали сохранение полноты канонических прав за иерархией” (из доклада его Архиерейскому Синоду от 2/15 января 1935 г.) остается и сейчас в полной силе для близких к жизни св. Церкви мирян – участников этого течения...
Много “нового”, нарушившего веру отцов, внесено за последние 20-25 лет в жизнь русской соборной Церкви в зарубежье. Но прежде чем попытаться описать это “новое” своим немощным пером, должен я остановиться вкратце на некоторых существенных особенностях веры наших отцов, т.е. того епископата Русской поместной Церкви, преемниками которого Вы являетесь, который очутившись, по воле Божией (а часть и по собственной прихоти) вместе с частью русского народа на свободе, за рубежами пленного богоборцами отечества, заложил основание временному бытию единой 3. Церкви, для окормления и духовного водительства этого народа.
Основной особенностью их веры, была вера во временность бытия З. Церкви, или вера во временность попущенного Богом пленения богоборцами сначала отечества, а затем и епископата Матери Церкви. Так же веровал и продолжает веровать пасомый Вами народ.
Отсюда взятая ими на себя обязанность, о которой они неоднократно говорили в своих посланиях и высказываниях, неизменно хранить все богатое наследие Матери Церкви, чтобы не оторваться “новым” от нея, а особенно все положения, уставы и определения последнего, после долгого перерыва, ее свободного Собора в 1917-18 году, среди участников которого были почти все из них.
Вот суть особенности веры наших отцов, которую некоторые из них почти сразу нарушили, положив основание для двух отколовшихся от нас юрисдикций, или самочинных сборищь (как называли подобные организации Святые Отцы), которые существуют, к сожалению, до сих пор. Существуют, нужно искренне признать, главным образом виной Ваших предшественников и Вас, ибо если бы “Свет Ваш так просветился перед человеками, чтобы они должны были прославить Отца вашего Небесного”, то вряд ли бы они еще существовали, а особенно в растущем объеме за наш счет.
Духовной особенностью богатого наследия Матери Церкви, которое обязались хранить наши отцы, а следовательно и Вы, как их преемники, есть тот дух кафоличности, или соборности, который полностью пронизывает его от самых его оснований.
Вот, поэтому, первое “новое”, которое бросилось в глаза церковному народу, а так же некоторым из Вас, было не только умаление и нарушение этого духа, но даже пренебрежение к нему и стремление представить его как антиканонический дух революционной демократии, проникший в положения и уставы Собора 1917-1918 года...
Соборность св. Церкви поставлена в Символе Веры прежде, выше ее иерархичности, так как сама иерархичность без духа соборности - ничто, точнее одна из разновидностей демократии.
А когда она возводится в систему, то даже значительно хуже, ибо есть уклонение Церкви в одну из следующих трех церковных ересей: папизма, демократизма, или цезаре-папизма.
Вселенские Патриархи, в своем новоканоническом определении, назвали поэтому тело Церкви - хранителем благочестия, ибо в нем всегда может найтись если не 7.000 мужей, как во времена пророка Ильи, то хотя бы десять - не преклонивших своих колен перед современными Ваалами, или сохранившими дух соборности...
Как общеизвестно, в демократии результат голосования является всегда конечным критерием правильности или законности всех определений. В царстве духа соборности голосование играет вторичную, служебную роль, а главную - решающую играет само определение, его дух, его истинность, его принятие телом церкви, вне зависимости от числа поданных за него голосов.
Так могло случиться, что после Флорентийского собора св. Православная Церковь, тело ее, признало правильным не голос подавляющего большинства, а лишь одного участника, св. Марка Ефесского - отвергшего унию.
Это относится и к указанным уже трем Вашим определениям, утверждающим “новое” в вере наших отцов, которое тело церкви никогда не может признать, несмотря на Ваше внешнее единогласие.
Не может признать, ибо источники познания Воли Божией не составляют монополию Вашего сана, они всем доступны.
Первый источник - слово Божие, легко доступно в эмиграции каждому желающему познать его, даже со свято-отеческими его толкованиями.
К сожалению, менее доступен второй, очень важный источник познания Воли Божией применительно ко многим конкретным случаям жизни. Это - те боговдохновенные решения этих случаев, которые нам оставили св. апостолы и их первые преемники, Соборы и святые отцы. Это каноны и канонические правила, о нарушениях которых (со стороны Московской Патриархии – сост.) Вы так часто говорите, но которые Вы первые, зная их, так часто нарушаете.
Издание которых, вероятно поэтому чрезвычайно трудно достать, а совсем нельзя достать их систематизированное издание по решаемым ими предметам, с приложением, где необходимо, кратких авторитетных комментариев. А между тем такой сборник должен был бы быть такой же настольной книгой, как и Слово Божие, не только у Вас, но и у каждого мирянина, стремящегося жить жизнью св. Церкви, чтобы предохранить его от многих грехов неведения, строго осужденных св. Церковью, и тем от уклонения в популярную сейчас среди мирян веру “по-своему”.
Но, понятно, самым полным, самым трудным и вместе с тем самым доступным источником познания Воли Божией - является Сам Господь Бог, в Трех Лицах славимый. “Просите - и дастся вам, толцыте – и отверзется”, вот единственный, указанный Спасителем, путь неограниченного пользования этим неиссякаемым источником для всех православных христиан, как пастырей, так и пасомых...
Вы должны все это знать значительно лучше и полнее чем я немощный, многогрешный мирянин. Но знают, понятно, только те из Вас, кто неусыпно защищает в себе полученную благодать броней смиренномудрия, а не угасил ее уже давно гордым фарисейским надмением сана, прикрываемым внешним смирением.
 
***
 
Горько и тяжело приступать мне к главной части этого письма. Только после долгого раздумья решился я на это, подстрекаемый Вашими тремя безблагодатными определениями, перечисленными уже мною. Тяжело не потому, что я боюсь той возможной бури возмущения, которую может вызвать мой анализ главного источника того “нового”, которое нарушило веру отцов и вызвало всеми ясно видимое неблагополучие в жизни святой соборной Церкви в зарубежье.
Стоя одной ногой на краю могилы, я уже перестал бояться людей, а боюсь только Бога. Тяжело потому, что мне приходится писать у еще свежей могилы того, кто в течение долгих 28 лет был кормчим З.Ц., и о человеческих ошибках которого, о их отпечатках на жизни З.Ц. мне придется не молчать, а говорить. А говоря о них, возможно подорвать у некоторых ту любовную молитвенную память о нем, в которой его душа так сейчас нуждается.
Горько и тяжело говорить мне о его делах, но долг христианина... заставляет меня не молчать, а говорить, так как из духа “единогласных” определений Вашего Собора ясно видно, что никто из Вас не имеет мужества сказать всю Истину, даже признать Ее частично, хотя почти все из Вас знают значительно больше фактов Ее подтверждающих.
Ведь был покойный митр. Анастасий не простым мирянином или пресвитером, об ошибках и грехах которого должен молчать не только духовник, но и каждый христианин, хотя бы при жизни их современников.
Был он долголетним кормчим самостоятельной Церкви в зарубежье, посадившим ее, своим самовольным управлением, на опасную мель в бурном море внутренней смуты, волны которого грозят разрушить корабль св. Церкви.
Не достаточна смена кормчего, даже если бы он был чрезвычайно искусен, ибо корабль Церкви прочно сидит на мели, перегруженный тем балластом самовольного “нового”, который его на нее посадил.
Дорого некоторым из Вас это “новое”, и Вы его не дали выкинуть, решив попытаться только утихомирить волны смуты. Но не волны смуты держат корабль на мели, а тяжелый балласт “нового”, который нужно решительно выкинуть за борт корабля и тогда он сам снимется с мели и легко преодолеет самые бурные волны житейского моря. Верю также, что только после этого наша искренняя молитва, молитва Церкви о прощении ему его ошибок и прегрешений, станет доходчивой к Богу и эта вера услаждает горечь и тяжесть моего письма.
 
* * *
 
Стало известно современной церковной общественности не только о прежней жизнедеятельности покойного митр. Анастасия, но и о первых годах его первоиераршества, протекавших под окрыльем Сербских Патриархов.
По всем данным были они лишь продолжением пути блаженнейшего митроп. Антония, с естественной переменой только своего ближайшего окружения, в которое с самого начала твердо вошел о. Георгий граф Граббе. Трудно предположить, чтобы что-либо существенного, своего, было внесено митр. Анастасием и в бурные годы немецкой оккупации Югославии, вплоть до конца второй мировой войны.
Из этих лет общеизвестно только одно его “свое”, отразившееся в настоящем, а именно, скороспелое посвящение им в сам иеромонаха, потом игумена, а потом архимандрита, очутившегося не у дел, благодаря немецкой оккупации, бывшего редактора младоросского и лже-легитимного журнала “Царский Вестник”, решившего переменить светскую карьеру на монашескую, никогда не видевшего монастыря и монашеских послушаний - монаха Никона (Рклицкого).
Только после окончания 2-й мировой войны и после перенесения правящего центра З.Ц в Мюнхен, мы находим первые ясные, явные признаки своего, существенного, “нового”, проходящего красной нитью через все его дальнейшее первоиераршество.
Не исключена возможность, что это свое “новое” созрело в нем уже давно, возможно, еще когда он самовольно, антиканонично оставил свою Кишиневскую паству, или в бытность в Иерусалиме, но оно ранее не могло выявиться, пока З. Церковь была под окрыльем Сербских Патриархов, внимательно следивших за ее жизнью и внешней деятельностью.
Первый ясный идейный знак этого “нового” мы находим в его (митрополита Анастасия) послании (октябрь 1945 года) к русским православным людям, в ответ на “Обращение Патриарха Алексия”.
Он редактировал его начало так: “Епископы, клирики и миряне, подчиняющиеся юрисдикции Заграничного Архиерейского Синода...”, а ведь по сути дела нужно было бы написать как-то так: “Епископы, клирики и миряне, объединенные в Русской Зарубежной Соборной Церкви...”.
Вот первый ясный идейный знак того большого “нового”, превратившего соборную Церковь в зарубежье - в синодальную юрисдикцию, а нас из “соборян” в “синодалов”...
Заслуживает нашего внимания также следующее окончание другой его фразы из этого послания: “...и от верующего народа русского, издревле остававшегося хранителем благочестия на Руси”.
Доказывает она - его понимание канонической роли церковного народа, его уважение к ней, а значит и скрытую боязнь потерять доверие этого народа.
Так между идеей властвования, с помощью послушного синода, и этой боязнью потерять свой авторитет, как между Сцилой и Харибдой, и протекала вся его дальнейшая земная деятельность в Церкви.
Должно с грустью признать, что для такой деятельности нужна не мудрость - а хитрость, отражение которой на его лице явственно видно даже на некоторых его фотографиях.
Вынося такой строгий суд о его деятельности, прежде чем приступить к разбору общеизвестных фактов, подтверждающих его правоту, я считаю своим долгом подчеркнуть, что большая доля вины в печальном результате этой деятельности лежит на всех нас, как его сопастырях, так и пасомых.
Окружили мы все покойного митр. Анастасия ореолом непогрешимости, незаменимости и символа нашего единства. Ореолом, который мы, как христиане, не смеем при жизни окружать даже святых, ибо “нет человека, который не погрешил бы”, нет и незаменимых людей, да и наше единство держалось и до сих пор держится не на нем и не на его памяти, а на нашей любви к Матери Церкви и страждущему народу русскому.
Создали мы вокруг него то, что получило на нашей родине меткое название “культа личности”, и в этом нашем общем грехе главная доля вины лежит на всех Вас, наши архипастыри, которые лучше и раньше нас, мирян, должны были видеть его ошибки, но не имели мужества воспротивиться и остановить их, а сейчас признать их...
Первым крупным общеизвестным фактом, подтверждающим праведность моего суда о его делах, была хиротония во епископы в Женеве, в конце 45 или начале 1946 г. архимандритов Серафима (Иванова) и Нафанаила (Львова).
Об этих хиротониях нужно сказать во-первых, что никакой реальной церковной нужды в них не было, ибо в это время в составе нашего епископата числилось 24 епископа (на 4 больше, чем в данный момент), из которых многие были без кафедр и прозябали по лагерям.
Значительно меньше было и епархий, так как еще не началось расселение новой, послевоенной волны беженцев в заокеанские страны, а наши Дальне-Восточные, Китайские и некоторые Европейские епархии отошли к советам.
Ярко доказывается это и дальнейшей судьбой одного из них - еп. Серафима, который долгие 12-13 лет был фактически не у дел как епископ, пока не получил наконец овдовевшую Чикагскую кафедру.
Во-вторых, что эти хиротонии нужно считать скорее производством во епископы, чем хиротониями, так как были они совершены вопреки духу соборности 34 ап. правила, единоличной властью Первоиерарха, без опроса и согласия всего епископата, т.е. с грубым нарушением буквы и духа основоположного канона организации церковной иерархической власти в св. Церкви, каковое нарушение не имело своего оправдания в какой-либо экстренной церковной нужде.
В третьих, если отвечает истине то, что на запрос епископов по предыдущему пункту на следующем Архиерейском Соборе митр. Анастасием было отвечено, что эти хиротонии им “совершены по требованию английского командования”, то согласно 30 ап. правилу и другим канонам, хиротонисанные должны быть извержены из сана полученного таким образом, а знавший об этом хиротонисавший – подлежал церковному суду.
Полной истинности последнего пункта я не совсем доверяю, так как митр. Анастасий был слишком осторожен в своих личных выступлениях, могущих подорвать его авторитет, чтобы так явно признать антиканоничность своего поступка, хотя поступить мог.
Да и Архиерейский Собор 1946 г., из числа участников которого четыре Ваших собрата (не считая арх. Серафима) были участниками и Вашего Собора, как-то не верится, чтобы мог оставить без последствий такое грубое нарушение основных канонов.
А если действительно оставил, - страха ради тогдашнего Иудейского, то это, во-первых, еще больше усугубляет Вашу общую вину перед св. Церковью и митроп. Анастасием, а не уменьшает его, а во-вторых, отнюдь не лишает соответствующие каноны их силы и не освобождает живых виновников от извержения из сана, ибо каноническое церковное право, насколько мне, немощному, известно, не знает застарелости духовных преступлений.
Теперь, видя результаты, не трудно определить главный мотив этих двух ненужных и антиканоничных производств во епископы, а и всех дальнейших производств того же типа. Было им желание митр. Анастасия окружить себя вполне послушными “советниками” приблизительно одного духа с собою, для проведения и укрепления своего “нового”.
Советниками, полностью обязанными в своей хиротонии и в дальнейшем продвижении только ему, а, поэтому, беспрекословно исполняющими все его распоряжения, включая и явно антиканонические, и даже готовых безропотно принять на себя все волны народного гнева, вызываемые этой антиканоничностью.
Только поняв и признав существование этого мотива при некоторых его хиротониях, нам становится понятным многое, в том числе и то, как появилось в печати знаменитое письмо архиеп. Серафима Чикагского митр. Анастасию. Не было оно выкрадено, а свободно дано в печать, по приказанию митр. Анастасия, чтобы смирить не всегда покорного Чикагсксго владыку.
Давно он заметил ошибку своего выбора, сразу после Архиерейского Собора 1946 г., на котором еп. Серафим был секретарем. Оказался он непригоден для секретарской работы в Синоде, на каковую должность он, возможно, сначала предназначался. Оказался он совершенно непригоден и как кандидат в настоятели Свято-Троицкого монастыря и в ректоры Семинарии при нем, на каковую будущую работу он был послан почти сразу после Собора, во главе монашеской братии, собравшейся в Европе.
Монахи, как монахи, были все с радостью братски приняты в монастыре, а сам их глава, попытавшийся сразу со своим “уставом фельдфебельских окриков и телесных воздействий” сунуться в чужой монастырь, должен был при первой возможности с позором бежать из него. Это и есть главная причина его долгого пребывания не у дел. Нужно было искать другого, более подходящего кандидата в ежедневного помощника и возможного наследника по проведению в жизнь Церкви того его “нового”, которое оказалось чрезвычайно похожим в своей сути на то, что ввел в жизнь пленной Матери Церкви советский Патриарх Алексий. Не нашел митр. Анастасий и не мог найти подходящего кандидата среди уже раньше получившего хиротонии епископата, жившего не у дел в лагерях беженцев.
Да и выбор, возможно, был уже давно им сделан, еще до пострижения кандидата в монахи, оставалось только прибегнуть к еще одной самочинной хиротонии, одинаково еще не нужной для Церкви и очень скороспелой для его избранника, - архимандрита Никона (Рклицкого).
И это производство во епископы, как и прежние два, было омрачено не только своей ненужностью и скороспелостью, но и нарушением буквы и духа соборности 34 ап. правила, ибо и перед этой “хиротонией” не весь епископат был опрошен и дал свое согласие на нее.
Но, нужно откровенно признать, что этот его выбор был чрезвычайно удачен для него. Вряд ли можно было тогда найти среди монашества другого более подходящего кандидата для этой должности... Приходится искренно поражаться той выдержке, не смирению, с которой он принимал и продолжает принимать те ушаты грязи, изливаемые на его голову, которые должны бы по-существу изливаться главным образом не на него, а на того, чьи приказания он исполнял.
Как общеизвестно, еп. Никон был вскоре после производства послан митр. Анастасием в США для подготовки переселения туда Первоиерарха и канцелярии синода, в лице ее делопроизводителя, так как самого постоянного Синода в те времена, по сути, еще не было.
Здесь, думаю, было бы не лишним остановиться в нескольких словах на истинной роли о. Георгия Граббе. Многие, еще из Мюнхена, считают его каким-то злым гением покойного митр. Анастасия. Верю и имею веские основания быть уверенным, что все так думающие глубоко ошибаются.
Злым его гением был он сам для себя, своим постоянным самолюбованием тем большим даром красноречия, который он развил в себе и несомненно обладал. Или та естественная тайная гордость, питаемая самолюбованием, которая свела на нет жизненный подвиг многих и многих монахов, с которой он вел, возможно, непрестанную борьбу - но не победил, в чем есть доля вины на нас всех – окружавших его “культом личности”.
А о. Георгий был для него всего лишь одинаковым по духу, верным, послушным, способным слугой, плохо умевшим хозяйничать с деньгами, довольно жадный до них и поэтому всегда в них нуждающийся.
Особая же роль его сводилась к тому же, что и секретаря Синода - быть громоотводом.
Чтобы закончить анализ общеизвестных антиканонических и антисоборных мюнхенских дел, из времени подготовки митр. Анастасием к введению в жизнь святой соборной Церкви зарубежья его “нового”, я должен вкратце остановиться еще на двух его делах.
Во-первых, на деле архимандрита Михаила (Дикого), а во-вторых, на соблазнительном деле благословения Синодом съезда русской «ИМКИ» в Ирине. Дело архимандрита Михаила (Дикого) заслуживает нашего внимания только потому, что оно чрезвычайно ярко характеризует самого митр. Анастасия - как человека.
Сразу, как только стало известно об его назначении с особой миссией в Аргентину, лица, близко знавшие этого архимандрита, его бывшие прихожане, посчитали своим нравственным и церковным долгом предупредить митр. Анастасия об этом человеке.
Явилась их делегация, среди нее были люди, которых митр. Анастасий лично знал и мог бы им доверять. Не имела она у него никакого успеха, он упрямо остался при своем решении. Церковный результат этого упрямства хорошо известен, особенно в Аргентине, где этот проходимец в рясе, произведенный Американской Митрополией во епископы, а недавно разжалованный за свои похождения, еще подвизается.
Таких примеров его антисоборного упрямства, питавшегося очевидно тайной гордостью, можно привести очень много. Приведенный - только один из самых ярких, ибо его нельзя объяснить никакими посторонними влияниями. Такое упрямство характерно для всех людей слабой воли, заменяющих ее отсутствие упрямством и боящихся уронить свой авторитет признанием своих ошибок.
В этом его антисоборном упрямстве тайна неуспеха всех многочисленных делегаций мирян и попыток некоторых из Вас убедить его в погрешении его отдельных действий. Он всех благостно выслушивал, иногда внешне соглашался, даже благодарил, - но действовал всегда так, как подсказывало ему его упрямое желание поставить на своем.
Переходя ко второму делу, не буду повторять всех общеизвестных определений Соборов 3.Ц. о масонстве и об его подсобном детище “ИМКЕ”, которые и сейчас остаются в полной силе. Действие таких соборных определений, раз они уже обоснованно вынесены, как и действие слов св. Евангелия об иудеях, не отменимы не только их нарушением кем бы то ни было, но даже и постановлением другого церковного собора, хотя бы и под председательством “непогрешимого” Римского папы.
Меня, как мирянина, интересует другое. Мотивы, смогшие заставить совершить это церковное преступление митр. Анастасия и его ставленника, бывшего еп. Нафанаила, а также Ваше, наши архипастыри, долголетнее тяжелое молчание об этом деле.
Теоретически можно представить себе только три мотива для совершения этого дела. Во-первых, мотив чисто идеологический, тайного сочувствия деятельности “ИМКИ”, а значит и масонству.
Во-вторых, мотив экономический - денежный, и, наконец, в-третьих, мотив так называемой церковной икономии, или пользы церкви, часто по иезуитскому принципу - цель оправдывает средства.
Не могу поверить, чтобы не только митр. Анастасий, но и тогдашний еп. Нафанаил, мог руководиться первым мотивом. Трудно также представить себе, чтобы и второй мотив мог играть какую-либо роль почти перед отъездом митр. Анастасия в Америку, когда как жизнь в Германии, так и приток средств из США были уже налажены.
Остается только третий мотив, мотив исполнения обещания за какую-то большую услугу З. Церкви. Из всего, что мы знаем, такой услугой могла быть организация поездки митр. Анастасия в Женеву почти сразу после окончания войны, или же, что менее вероятно, виза в Америку.
Действительно, многим казалось, а кажется и до сих пор, что его поездка в Женеву была судьбоносной для сохранения З. Церкви. Так ли это? Не есть ли такое мнение только печальный показатель нашего общего маловерия в истинность слов и обещаний Спасителя, сказавшего, что не только “без Воли Божией не упадет ни один волос с головы человека”, но и обещавшего “быть с нами до скончания века”...
Не был, к сожалению, таким безусловно верящим митр. Анастасий, а судя по этому “благословению”, был он способен принимать услуги даже от мира, явно лежащего во зле. Знал он, что это антиканоническое благословение ни к чему не обязывает саму Церковь. Хотел он обмануть им самого диавола, но диавола нельзя обмануть, получил он то, что хотел получить, не ненужное ему благословение, а большой соблазн для малых сих, внесенный благословением в св. Церковь.
Не последней, а очевидно и не первой, была эта его печальная попытка обмануть самого диавола. Мало мы все знаем о годах его успешной деятельности в Святой Земле. Но все мы, особенно после второй мировой войны, отлично знаем ту огромную роль, которую играет масонство в политической жизни запада, а особенно Англии, имевшей тогда мандат на управление Палестиной.
Трудно, поэтому, поверить, чтобы успешная защита материального имущества Матери Церкви, против претензий богоборцев, покоилась только на его авторитете у “союзников” и на поддержке Восточных Патриархов.
Несомненно, пришлось ему встретиться при этой защите и с масонством, а значит к этому времени должны быть отнесены и первые его попытки обмануть диавола, показавшиеся ему успешными.
Унес он, повидимому, их тайну с собой в могилу, оставив своим преемникам только те камни, которые хотя и священны для всех нас, но защита права владеть которыми в дальнейшем - духовно не окупается тем соблазном компромиссов для Вас, с миром, безусловно лежащим во зле, которые теперь с этой защитой стали связаны.
Не унес он в могилу только тайны другого своего аналогичного дела, дела с опрометчивым, антисоборным получением не только $38,000, но очевидно и 132,000 долларов от Берд фондейшен, полученных на имя Архиерейского Синода в последние годы его жизни.
Зная из американских журналов о главном роде финансовой деятельности Г-на Семененко, в которой он считается одним из лучших специалистов в США, а именно по финансовой консолидации предприятий внутренне здоровых, но находящихся на краю банкротства; не имея так же никакого основания сомневаться в его искреннем отношении к покойному митр. Анастасию, я беру на себя смелость утверждать, что в основе получения этих сумм нет ничего позорящего для З. Церкви.
Есть только антисоборная опрометчивость, желание еще раз обмануть диавола, сокрытием от полного состава синода не только формы, но и факта получения этих денег и способа их расходования, из боязни, что в такой форме он может отказаться их принять.
Для меня ясно, что сам жертвователь, г-н Семененко, не имеет никакого отношения к этой антисоборной опрометчивости и легкомыслию. Для него, как финансового дельца, было важно исполнить только свое обещание финансировать оборудование синодального храма, выразившееся, насколько мне вполне достоверно известно, в сумме большей чем $100.000, а также обещание покрыть капитальные расходы при основании Св. Сергиевской гимназии, выразившиеся в сумме не меньше $30.000, каковых сумм мы, церковный народ, синоду не дали.
Вот он и исполнил свое обещание, финансируя эти предприятия синода через ту фондейшен, которая была ему чем-то обязана или ожидала от него каких-либо иных финансовых услуг и о которой нигде не сказано и никто не утверждает, что она была только лишь тайным финансовым агентом Си-Ай-Эй.
Не его вина, что “черный синод”, т.е. та сплоченная группа синодалов, которой себя окружил митр. Анастасий, антисоборно решила сокрыть финансовую форму и точную величину этой его жертвы не только от нас, мирян, но и от своих же собратиев по синоду, возможно, чтобы не давать отчета в ее израсходовании. О существовании же таких его крупных жертв, без точных сумм, многие давно уже знали и все мы, в душе, его благодарили за них...
Продолжая дальше краткий анализ антиканонических и антисоборных дел митр. Анастасия, уже в последний, Нью-йоркский период его жизнедеятельности, по их общеизвестным теперь результатам, я должен остановиться во-первых, на хиротонии видного синодала - архимандрита Виталия (Устинова).
Архиерейским Собором 1950 г. одобрена была эта еще ненужная для Церкви и скороспелая хиротония для тогда еще молодого монаха. Ненужная, ибо тогда еще было много епископов не у дел, например, тот же еп. Серафим, маленькое “дело” которого мог бы с успехом исполнять какой-либо игумен или архимандрит. Не уверен я также в том, дали ли согласие на эту хиротонию все епископы, почему-либо отсутствующие на Соборе.
Одно достоверно известно, что церковный народ, окормлять который он предназначался в звании викария обширной Бразильской епархии, не сказал при его хиротонии своего “аксиос”, так как не была дана ему возможность его сказать, или не сказать, хотя для этого не было никаких технических препятствий. Не была также дана возможность его будущему епархиальному архиерею сознательно подтвердить свое согласие на его хиротонию, своим участием в ней, после хотя бы полугодичного знакомства с ним как подчиненным архимандритом.
Не пустая формальность эти церковные требования, в особенности “аксиос” паствы при хиротонии... К сожалению, не дух соборности Матери Церкви, так ярко отразившийся в постановлениях Ее Собора 1917/18 г., руководил митр. Анастасием и в этом поставлении во епископы - а дух иерархичности.
Известный многим, ненаписанный еще послужной список дел этого его ставленника заставляет признать, что из четырех уже перечисленных “хиротоний” этот его выбор был самым удачным, ибо в нем, как в кривом зеркале, отображаются все характерные черты деятельности самого митр. Анастасия...
Мало знает об этих “мелочах” церковный народ, но отлично знаете Вы, обращусь, поэтому, для доказательства истинности, к более известному мирянам крупному делу антиканонического снятия с повестки дня Собора 1953 г. дела еп. Нафанаила.
Не буду повторять печальных, грязных подробностей этого дела, известного сейчас всей общественности. Дела - грязное пятно которого лежит на всех Вас, даже вчера хиротонисанных, и будет продолжать лежать, пока Вы его не разрешите так, как положено по канонам. Ибо как Вы можете призывать кого бы то ни было, мирян, клириков или епископов к послушанию канонам - если сами их не слушаете и не исполняете? Между тем, когда это печальное дело было впервые вынесено на Соборе 1953 г., то митр. Анастасий заявил, что он (лично, своей властью, точнее антиканоническим самовластием) снимает с повестки этот вопрос и передаст на решение архиерейского синода.
Только один епископ тут же заявил: “Вы, владыка, папа у нас, как Римский папа”. Одним этим заявлением, точно передающим суть указанного уже антиканонического “нового”, и ограничился тогда, насколько мне известно, протест всего епископата.
Очень многих из них, около половины, нет уже в живых, унесли они с собою в могилу этот свой личный грех попустительства, т.е. соучастия в грехе против Бога и Церкви, ее святости и кафоличности, митр. Анастасия.
Невольно задаешь себе вопрос: доколе будете Вы, наши архипастыри, испытывать долготерпение Божие, доколе будете препятствовать грешнику принести полное покаяние, а не толкать его на усугубление греха, разрешая приносить Святую Бескровную Жертву оскверненными руками?
Не имею я, лично, ничего против монаха Нафанаила, напротив, - жаль мне его. Считаю я его умным, ценным человеком для Церкви и будучи сам грешником, вполне понимаю его грех. Одно только не могу понять, как он сам до сих пор не поймет, что первым, действительным шагом к его полному покаянию, уже давно должно было бы быть добровольное снятие с себя епископского и священнического сана, даже если, вопреки очевидности несомненных данных, он считает себя невинным.
Ведь и пятнадцатилетний соблазн не единого, а многих малых сих - не малый грех, если за единого “лучше было бы, если бы повесили ему жерновый камень на шею и бросили его в море” (Мк. 9, 42).
 
* * *
 
Как способный и умный человек, митр. Анастасий великолепно сознавал, что не только диктатура Первоиерарха не может стать прочной, но и та, чисто политическая цель, которой он хотел с ее помощью достигнуть, не может быть достигнута только назначением своих духовнородственных ставленников и их продвижением на верхи, без коренной ломки положения и уставов З. Церкви.
Дух соборности, наследованный от Матери Церкви, был в них так прочен, что его диктатура держалась только его авторитетом, а политическая цель диктатуры - посадить на престол Руси излюбленного монарха, используя в подходящий момент высокий духовный авторитет З.Ц. на родине, даже при его жизни был неосуществим.
Поэтому следующим его крупным шагом была переработка положения о З.Ц. в духе иерархичности, можно даже сказать советского толка, с исключением из него всего того, что связывало прежнее положение с духом соборности Матери Церкви.
Для этой переработки была и чисто формальная причина, фактическое упразднение митрополичьих округов в связи с последствиями войны и уходом от нас Американской митрополии. Но эта причина не оправдывала изменение духа самого положения, к тому же польза св. Церкви требовала и требует не упразднения округов, а их сохранение со старшим епископом во главе и для новых епархий Ю. Америки, и для Европы с Африков, и для С. Америки и для Австралии.
Нужны они не только ради различности местных условий церковной жизни в этих естественных округах, но и ради сохранения и облегчения возможности воссоединения с нами отколовшихся юрисдикций.
Не буду разбирать всей антисоборности и антиканоничности этого положения, так как это уже сделали достаточно обоснованно и подробно другие. Должен только подчеркнуть, что с принятием этого положения Собором 1956 г., святая соборная Церковь в зарубежье формально окончательно превратилась в синодальную юрисдикцию, т.е. в еще одну - третью, из полностью порвавших с Матерью Церковью самочинствующих юрисдикций. Духовно, к счастью, она еще до сих пор полностью не превратилась в нее...
Не было, очевидно, и принятие этого положения Собором 1956 г. таким уж единомысленным, так как обнародовано оно было только в очень мало распространенном журнале архиерейского синода “Церковная Жизнь”, а в изданиях св. Троицкого монастыря, нашего последнего бастиона православия, никогда не появилось. Но печальным попустительством участников Собора это новое положение о З. Церкви все же было принято, хотя и не проведено сразу в жизнь, во всей своей остроте.
Сразу была сделана только попытка провести в жизнь Восточно-Американской епархии первого непосредственного следствия этого положения, т.е. новый епархиальный устав, переработанный в духе той же антисоборной советской иерархичности.
Провалился с треском этот устав на первом же епархиальном собрании. Оно его не приняло и избрало кодификационную комиссию для приведения этого устава в христианский вид. Несмотря на утверждение этого протокола, выбранная собранием кодификационная комиссия ни разу не была созвана, ибо в те времена правивший епархией архиеп. Виталий стал уже безнадежно больным старцем, а фактически управлявший ею еп. Никон - секретарь синода, повинуясь директивам митр. Анастасия, не счел нужным ее созвать, а наоборот - распустить.
Так этот антисоборный устав и остался десять лет висеть в воздухе, неизменно отвергаемый епархиальными собраниями, включительно до Вашего последнего Собора этого года, на котором Вы его самолично утвердили, неизвестно только для какой епархии, так как старой В.-Американской епарии больше нет.
Ибо не имели вы права самочинно менять уставы Матери Церкви, Вы смеете только их приспосабливать к особым условиям жизни отдельных епархий, что лучше Вас может сделать, под Вашим контролем, каждый епархиальный совет и собрание.
Но менять их дух, из духа соборности Матери Церкви, в советский дух иерархического демократизма, Мать Церковь совсем не дала Вам право. Своим еще вполне свободным постановлением Патриархии от 7/20 ноября 1920 года № 362 она дала Вам право только временно самостоятельно править свободными своими частями, придерживаясь общих канонов и специальных положений и уставов церкви, а отнюдь не нарушать и не менять их.
Первым большим испытанием нового антиканонического положения о З.Ц. была так называемая Сан-Францисская смута. Много уже писалось об этой смуте, об этой гнойной ране на теле св. Церкви. Не буду повторяться...
Как я уже указал, неудачной была первая попытка введения антиканонического епархиального устава. Такой же результат нужно было ожидать и в других епархиях. Как хитрый стратег, митр. Анастасий решил повести свою атаку на эту крепость соборности, с другого конца, со стороны приходов и приходского устава. Повести атаку в лоб, как повели ее Вы, он не решился.
Так с его тайного благословения и под его тайным руководством началась серия приходских смут, с общей задачей дискредитировать церковно-приходский устав Матери Церкви, а также ввести в приходские советы, где будет возможно, политически своих людей, чтобы с помощью их мог быть принят в одной из епархий новый устав.
Дискредитируя же приходский устав, облегчить введение сверху его новой иерархической вариации и тогда ввести окончательно диктатуру иерархии из своих политических ставленников во всех инстанциях.
Неудача Сан-Францисской приходской смуты выявила, так сказать с поличными, всех участников этого антисоборного политического заговора в церкви, как в рясах, так и в пиджаках, включая, как это ни печально, и тайное участие в нем покойного митр. Анастасия. Показала она, что его формальная политическая нейтральность была лишь постоянно носимой маской, для сохранения своего авторитета, так как он отлично видел, что любимая им лже-легитимная партия, особенно после брака претендента на вдове еврея, почти полностью потеряла поддержку даже среди старой, в подавляющем большинстве монархически настроенной эмиграции, не говоря уж о так называемой новой эмиграции, входящей преимущественно в наши приходы...
Не пошел, к сожалению, за этим ярким примером (Патриарха Ермогена - сост.) покойный митр. Анастасий, ибо что такое все наши эмигрантские политические партии, как русские, так и национальных меньшинств Руси, как не то же “блядство” (термин Патриарха Ермогена) смутного времени, которое мы из небольших рамок, максимум 200.000 эмигрантов активно заинтересованных во всех существующих в эмиграции политических партиях, стремимся перенести в огромный массив 220 миллионного населения Руси.
Из этих 200.000 тем “блядством”, которое облюбовал митр. Анастасий и некоторые из Вас, активно интересуется тысяча, максимум три тысячи человек. И вот на службу этой небольшой кучки людей митр. Анастасий решил поставить св. соборную русскую Церковь в зарубежье. Кучки, из которой большинство глубоко чуждо православию, ибо как иначе они могли признать легитимным (законным) претендентом на трон человека, который, по той части основных законов Российской империи о престолонаследии, которые защищали православие, является таким же самозванцем, как и шпион Голеневский.
Вот и имеем мы в эмиграции в миниатюре двух самозванцев смутного времени - Лжедимитрия и Тушинского вора.
Печален этот заговор, глубоко печален, но неоспоримый факт, доказываемый не только всеми перепитиями Сан-Францисской смуты, но и всем поведением его ближайшего помощника и его кандидата в свои преемники - архиеп. Никона.
Передо мною сейчас лежит самое свежее, неоспоримое доказа-тельство этого - следующее платное объявление, напечатанное в газете “Россия” от 26 июля 1967 г.: “Руководящий центр общероссийского монархического фронта настоящим доводит до сведения русских людей, что в пятницу 28-го сего июля по случаю тезоименитства главы российского императорского дома государя великого князя Владимира Кириловича в синодальном храме (угол Парк авеню и 93-й ул.) высокопреосвященнейшим Никоном архиепископом Вашингтонско-Флоридским в 6 часов 30 минут вечера будет отслужен молебен, с провозглашением многолетия его императорскому высочеству”.
Может, несомненно, каждая политиканствующая группа эмигрантов заказывать молебны о своих вождях с провозглашением им многолетия. Ни один православный священник, настоятель храма, не смеет отказать им в этой просьбе, только на основании своих личных политических убеждений, так же как он не смеет отказать в этом и какому-либо Ивану Ивановичу, вне зависимости от того, любит ли он его, или почему-либо недолюбливает.
Но смеет ли такой политический общественный молебен о самозванце совершать епископ З.Ц в кафедральном храме ее Первоиерарха, числясь к тому же первым его заместителем? Ведь епископы обычно не совершают частных треб, а если совершают общественные молебны, то только тогда, когда эти моления они возносят от всей Церкви, по своему епископскому предстоятельскому долгу, а не от частных лиц по особому заказу.
Не отрицаю я этим право и даже долг пастырской любви епископов совершать молебны и келейные молитвы по частным просьбам, но только не общественные политиканствующие моления, ибо совершая их, они, как предстоятели церкви, связывают не только себя, но и всю церковь с этим политиканством...
 
* * *
 
Что в заключение сказать Вам, наши горе архипастыри, участники “черного синода” и организаторы Калифрнийской смуты? Верьте, не питаю я, ни против одного из Вас четырех здешних и одного из Европы, никакой личной обиды или недоброжелательства... жалко мне Вас, а поэтому в своем обзоре прошлого я говорил почти исключительно только о делах, а не лично о Вас и о Ваших грехах, а имени двух из Вас даже не упомянул. Не мне, многогрешному, быть судьей Ваших грехов...
Все Вы считаете себя, в каком-то отношении, учениками блаженнейшего Митрополита Антония, вспомните, как в немного сходных условиях русской революции он безропотно отправился в Валаамский монастырь, решив посвятить себя там богословско-литературной деятельности. Вспомните, как он не посчитал умалением своего сана свое избрание епархиальным собранием (клириками и мирянами) сначала на Харьковскую, а затем и на Киевскую митрополичью кафедру.
Вот и последуйте его примеру - уйдите сами, добровольно, для пользы и успокоения св. Церкви, в один из наших монастырей. Посвятите себя, в меру данного Вам от Бога таланта, богословско-литературной деятельности, а может быть, даже, самоподготовившись, и педагогической деятельности на пользу св. Церкви.
Но не занимайтесь украшением себя чужими, иногда даже немного перекрашенными перьями. Пишите что-либо свое, а позже, когда многое острое забудется, и Вами написанным смягчится, возможно, что какое-нибудь епархиальное собрание вдовствующей епархии решит пригласить Вас на свою кафедру. Не считайте такое приглашение умалением Вашего сана, а лишь восполнением того народного “аксиос”, которого Вы не слышали при Вашей хиротонии.
Но ради Вас самих, не отягчайте Гнева Божия на себя соблазняя малых сих на непромышленные действия, вредящие св. Церкви, своим нежеланием добровольно уйти. Исполните свой долг, а тогда обретете и право на нашу признательность, ибо всякое право, по св. Евангелию, а не по римскому праву, есть лишь следствие исполненного долга.
 
* * *
 
Что в заключение сказать Вам, наши остальные архипастыри, а также тем клирикам и мирянам, которым доведется читать это мое немощное открытое письмо? Знаю заранее, что многие из Вас, по разным причинам, будут меня за него строго осуждать, а может быть даже пытаться давать заушения.
Готов я на это, могу подставить безропотно и другую щеку. Об одном только прошу, прежде чем меня бить, докажите, что я не прав, чтобы Ваши заушения духовным рикошетом не пали на Вас же...
3/16 сентября 1967 года. День памяти блаж. Иоанна власатого Ростовского».
 
Дело о 38.000 долларов от американской разведки  421
 
Из дела Граббе-старшего в связи с венчанием самозванца естественным образом в самостоятельное производство выделяется дело о 38 тысячах долларов от Си-Ай-Эй, полученных Синодом за какие-то услуги. Документы дают возможность составить о нем следующую картину.
По сообщению американской прессы, Синод Зарубежной Церкви получил от Центрального Разведывательного Управления (Си-Ай-Эй или ЦРУ) за какие-то услуги 38.000 долларов. По синодским финансовым ведомостям эта сумма не была проведена и никаких отчетов о ее расходовании в документах нет. У зарубежной общественности возникло подозрение, что эту сумму приобщил к своей наличности протопресвитер Г. Граббе. Некоторые были просто смущены.
Ничего бы этого не было, если бы злополучная денежная сумма была заприходована в счетоводстве синодальной кассы и положена туда, а следовательно фигурировала бы в годовой отчетности. Всяк бы понял, что пожертвовано в целях поддержки материального состояния церковного управления заграницей в противовес наступлению коммунистической политики заграницей. Ведь такие пожертвования бывали и могут быть от разных учреждений и частных лиц.
Здесь же произошло что-то невероятное: дать расписку о получении 38 тысяч долларов для Русской Православной Церкви заграницей и не сдать их в касвсу Синода, а положить в собственные карманы, которые по ядовитому замечанию некоторых сшиты у Рклицкого и графа Граббе под рясой двухфутовой длины и посему не такая еще сумма могла бы в них утонуть!
Видимо, жадность заглушила знания у Рклицкого-граббовского дуомвирата и они забыли народную пословицу: “даже малого шила в большом мешке не утаишь”, а что уж говорить о таком большом денежном куше... Каждому понятно, что за личные услуги по разведывательной части Си-Ай-Эй уплатило бы лицу сделавшему услугу и потребовало бы личную расписку от него, но не для передачи, как в данном случае, Русской Православной Церкви заграницей. Следовательно, сумма 38.000 долларов является собственностью Церкви и никак не может потонуть в больших карманах Рклицко-граббовских, ибо 38 Апостольское правило требует от епископа “иметь попечение о всех церковных вещах... Но не позволительно ему присваивать что-либо из оных...”.
(Здесь, правда, возникает вопрос: за что сам Синод удостоился получить такую сумму от разведки?).
Не только грабительство, но и вообще любостяжание и чужеприсвоение считается делом страшным и отвратительным и, согласно 6-му правилу Св. Григория Нисского, за подобное “присвоение чужого через тайное похищение называемое в Церкви любостяжанием и чужеприсвоением, человек подлежит отчуждению от Церкви Божией”.
Похищение же церковного, согласно тому же 6-му правилу Св. Григория Нисского, считается тяжкою болезнью, святотатством и посему, как гласит 73 Апостольское правило, даже за похищение из Церкви воска и елея, надлежит виновного отлучить и он обязан “возвратить пятирицею”, а что же говорить о похищении целого воспомоществования для всей Церкви заграницей.
Если обыкновенные верные (миряне) “не должны подавать соблазна, согласно 47 правила 6-го Вселенского Собора, то что же говорить в данном случае о примере тайного присвоения церковной большой денежной суммы Архиепископом совместно с протопресвитером-графом, за каковое деяние Архиерейский Собор должен был применить к ним 25-е Апостольское правило о татьбе (воровстве): «Клирики обличенные в тайной татьбе (воровстве), извергаются, но не отлучаются” от Церкви.
Почему Архиерейский Собор 1967 года покрыл эту явную и известную всему православному зарубежью татьбу (воровство), не считаясь с приведенными выше Св. Канонами, остается тайной до сего дня. Ведь никак не могло послужить основанием молчанию Архиерейского Собора заключение «Контрольной комиссии» для выяснения этого низкого дела, составленное самим Рклицким из себя и своего партийного приятеля Виталия Канадского, которая коротко, но не ясно донесла: “все в порядке”? Здесь само собой рождается приведенный Вами вопрос - что “в порядке?” (см. жур. № 33, стр. 28).
Слишком свежо в памяти духовенства и мирян широко оповещенное в свое время в прессе скандальное происшествие с епархиальной кассой в Нью Йорке, в коей оказался недохват около 19.000 долларов. В результате тщательной поверки, производимой под личным наблюдением Архиепископа Виталия, тому 4 года или более почившего, был удален от руководства епархиальным хозяйством Рклицкий.
Не лучше обстоит “подвижническое” деяние второго чтеца “контрольной комиссии” Виталия Монтреальского в бытность его правящим в Западной Канаде в г. Эдмонтоне, где он продал монастырь с большими угодьями и постройками, разорил скит, не признавая 12-го правила 7-го Вселенского Собора, запрещающего продажу “монастырских земель и угодий”... и “расхищенные монастыри должны быть возвращены”.
В самом городе Эдмонтоне сей “подвижник” Монтреальский одновременно продал большое здание бывшей городской школы, приобретенное жертвователями для прихода. Присоединив к деньгам от продажи монастыря, Виталий Устинов немедленно выехал на Монтреальскую кафедру, к тому времени специально ему освобожденную Никоновским Трестом. Об этом злодеянии Виталия Устинова подробно описано в докладе эдмонтонских прихожан на имя Митрополита Анастасия, к которому доклад стараньями Рклицкого и Граббе не дошел, но полностью напечатан в журнале “Российское Единство” № 23 за 1965 год (об этом докладе ниже – сост.).
Нельзя умолчать также о способностях графа Граббе в получении денег, как бы для Синода, еще в бытность в Мюнхене, при следующих обстоятельствах. Среди Ди-Пи по лагерям Германии, главным образом из СССР, ширилось мнение, что ИМКА-ИВКА являются подготовительной организацией для вступления в масонство и по этому образцу построено в СССР, где комсомол подготовляет членов для коммунистической партии.
Такое мнение нужно было парализовать и православную молодежь направить в ИМКА и посему ея центр в Женеве прибег к помощи старого своего члена с 1924 г. еп. Нафанаила Львова (пару годами позже, как известно, обзаведшегося семьей), поручив ему получить благословение для ИМКИ-ИВКИ через Синод от Православной Церкви для ее успеха, добавив к ней название “Русская”, одновременно обещав дать “полную автономию” внутренней самостоятельности, сохраняя связь с мировым ИМКА через центр в Женеве.
Не взирая на запрещение Всезаграничного Церковного Собора 1921 года и Архиерейских Соборов Русской Православной Церкви заграницей 1926, 1932 гг. членам Православной Церкви организовываться в кружки под руководством ИМКА, ИВКА и подобных им неправославных и нецерковных организаций (см. Деяния Собора 1938 г., стр. 364), Синод на своем заседании 1/14 сентября 1949 г. нарушил и пошел против упомянутых постановлений Соборов, разрешая чадам Русской Православной Церкви заграницей участие в ИМКА, а духовным руководителем назначил еп. Нафанаила (см. “Церковная Жизнь” № 7-8-9, Мюнхен 1949 г. стр. 3-5, издание Синода Русской Православной Церкви заграницей).
За это разрешение Синода граф Граббе получил под расписку 3.000 нем. марок от председателя Мюнхенского ИМКА Арцюк-Гончарова, коими Граббе соответственно заопековался (так в документе – сост.). Во много раз большая денежная сумма, обещанная центром ИМКА графу за подобное проведение ИМКА на Съезде Германской епархии в 1950 г. прошла мимо кармана Граббе, ибо духовенство и миряне единогласно отвергли сотрудничество с ИМКА-ИВКА. (см. “Шаги Антихриста”, стр. 7. Гамбург 1951 г.), свято чтя постановления Соборов заграницей.
Увы, остается только вслед за Вами ужасаться к чему ведут иерархи нашу Церковь заграницей, если без стеснения умалчивают воровство и своим молчанием способствуют дальнейшему его процветанию и развитию. Видно наступают последние времена. 422
 
* * *
 
Письмо д-ра Пантелея Жохова Первоиерарху митрополиту Филарету, отправленное им в декабре 1966 года, выглядит следующим образом.
«Ваше Высокопреосвященство
Дорогой Владыка.
Простите меня грешного, что обременяю Вас этим письмом. Есть вещи, которые смущают нас, мирян, и поэтому я решился смиренно высказать свои мысли.
Недоразумевают миряне, что наша церковь в лице некоторых епископов и архиепископов общается с сербской церковью, подвластной Патриарху Герману, поддерживаемому Тито и зависящему от него...
Несколько лет тому назад старостильники греки обращались в Синод с горячей просьбой о принятии их в зарубежную церковь. Но почему-то это было отклонено от имени Синода отцом Георгием Граббе...
Самовольное управление церковью с полным пренебрежением законов проявил архиепископ Никон в отношении нашего прихода...
Русская зарубежная церковь была тяжело потрясена событиями в Калифорнии. Отец Георгий Граббе с группой епископов буквально травил покойного архиепископа Владыку Тихона. Когда Владыка скончался в Джорданвилле, травля переключилась на праведника архиепископа Иоанна. Мы все читали в газетах, как отец Георгий ездил в Сан Франциска и выступал на американском суде против подвижника архипастыря.
Даже так нашумевшее и печальное дело Голеневского-самозванца не способствовало устранению отца протопресвитера от его ведущей роли в Зарубежной церкви. Кажется, есть все формальные основания судить его за такие преступления.
Сознавая свое скромное место мирянина, мы не можем молчать, а обязаны раскрывать обман, когда видим его.
Ни архиепискаоп Никон, ни отец Георгий Граббе лично мне и моей семье ничего плохого не сделали. Но за истекшие 16 лет их деятельности в С. Ш. А. и по всей зарубежной Руси их облик становится близким к волкам в овечьих шкурах. Их самочиние усугубилось со смертью Владыки архиепископа Виталия (Максименко - сост.) в 1960 году; и со временем еще больше с иссяканием физических сил нашего Аввы Митрополита Анастасия.
Перед нами - разрушители нашей Церкви. Вот Вы, дорогой Владыка, в проповеди, в день Одигитрии Зарубежья, с горечью обратили внимание на то, что сравнительно мало верующих пришли почтить великую Святыню – “могло быть вдовое и втрое больше”, - сказали Вы.
Владыка святый, разве Вы не знаете, как заметно опустел Синодальный храм из-за отца и сына Граббе? Вменять это в вину мирянам - справедливо ли? Мирян можно ли судить за то, что они отходят от грязи, интриг и политических безобразий, которые в центре нашей Зарубежной Церкви - в доме Одигитнии - безнаказанно творят сын и отец Граббе с небольшой группой безответственных лиц, облеченных в высокий духовный сан.
Остаюсь преданный Вашему Высокопреосвященству духовный Ваш сын др. Пантелей Жохов, Секретарь Приходского Совета Св. Серафимовского Храма в городе Си Клиффе».
 
* * *
 
И еще одно письмо д-ра Жохова.
«Ваше Высокопреосвященство
Высокопреосвященнейший и дорогой Владыка,
27-го февраля, 1967 г.
В начале декабря 1966 г., к первому дню Епархиального съезда, я осмелился написать Вам, Владыка, письмо о губительном самовласти отца и сына Граббе в духовном центре русского рассеяния, в святая святых, где пребывает Одигитрия Русского Зарубежья.
Ведь десятками лет вырабатывалось полное недоверие православных русских к отцу и сыну Граббе, и это недоверие имеет веские основания.
Недавнее сообщение в Нью Йорк Таймс, в Воскресенье 19-го февраля 1967 года подтверждает все наши худшие догадки. “Нет ничего тайного, что не стало бы явным”.
Получение денег от С.I.А. (американской разведки) отцом и сыном Граббе - факт неоспоримый, но не ради благотворительности даны эти деньги: печальное дело венчания Голеневского и сослужение с епископами сербской Патриархии, являются логичным последствием зависимости получивших подаяние.
Зарубежная Русь по праву гордилась своими “беженскими палатками”, заботясь о том, чтобы сохранить свою свободу и остаться верной св. Православной гонимой катакомбной церкви в России. Что же получается теперь? Где свобода внутренняя нашей церкви? Владыка Святый! Простите это слишком прямое письмо; мы знаем, как Вам тягостно, но церковь должна быть очищена от ее внутренних врагов.
Вы всегда найдете, Владыка, в рядах русского православного Зарубежья людей, на которых сможете опереться и которые останутся верными святой Православной вере и Вам до конца. Испрашивая Ваших святых молитв. Ваш духовный сын, искренне преданный др. Пантелей Жохов».
 
* * *
 
Известный в зарубежье инженер С.Я. Зезюлин тоже отправил церковному руководству свое письмо.
«Председателю (и проч.)...
8-го марта (23 февраля) 1967 года
Ваше Высокопреосвященство,
Прилагаю первую страницу американской газеты “New York Times” от 24-го февраля 1967 г. Русский перевод первого параграфа этой страницы гласит:
“Вашингтон 23 февраля. Белый Дом сегодня одобрил доклад, утверждающий, что американская разведка (СIА) проникая секретно при помощи денег, с целью разведки, в просветительные, рабочие и церковные организации, поступала согласно правительственным указаниям”.
“New York Times” от 19 февраля 67 г. указывает, что Синод Русской Зарубежной церкви является одной из выше указанных организаций и что получил 38.000 долларов через один из подставных фондов.
О. Георгий Граббе в своем заявлении Новому Русскому Слову уверяет, что “никаких сношений с Си Ай Эй мы никогда не имели”. Так ли это?
1. Судя по сообщеним американской прессы - большинство организаций, названных в Нью Йорк Таймс, признает связь с Си Ай Эй, некоторые из них с оговоркой, что влияние на них Си Ай Эй было небольшим и только косвенным. Представители Свободного Университета в Берлине, например, заявили, что Си Ай Эй с них ничего не потребовало, кроме справок о студентах и копий картотеки.
2. Г-н Голеневский, который выслужился в роли агента Си Ай Эй (о чем открыто говорит просьба Конгрессу о выдаче ему гражданства) попадает к отцу Георгию случайно ли или с “путевкой” от Си Ай Эй?
3. Известно, что американская конституция не разрешает расходов государственных сумм на субсидирование религиозных организаций. Так что разговор идет не о субсидии, а о покупке, следовательно и о продаже чего-то, чем торговал Синод, в лучшем случае своей репутацией.
4. Нам известно, что указанные 38.000 долларов не были проведены в прихода-расходных книгах Синода. Возникают вопросы: куда пошли эти деньги? - кто их получил? - кто расписался (от Синода) в их получении? Ведь без подписи бы денег не выдали. Нам ясно, что кто-то (отец ли или сын Граббе или кто-то из епископов) злоупотребил именем Синода Русской Зарубежной Церкви.
Эти вопросы требуют ясного, недвусмысленного ответа. Нас, мирян, никак не может удовлетворить разъяснение о. Г. Граббе, данное им в “Н.Р. Слове”. Разъяснения о. Г. Граббе, которые он дает отдельным лицам, и разноречивы и противоречивы.
О. Георгий Граббе, его сын о. Антоний и Владыка Никон ответственны за все то, что происходит при немощном митрополите Анастасии. Мы у них не можем отнять права служить интересам государства, в котором мы живем, но можно ли их оставить на руководящих местах Русской Зарубежной Церкви, независимость которой от влияний, даже самых благосклонных государственных органов, должна быть выше всякого подозрения.
Доверия к о. Г. Граббе, его сыну о. Антонию и Владыке Никону нет и пока они занимают свои посты Русская Зарубежная Церковь не пожет привлекать ту поддержку от своих сынов, в которой она нуждается. Возникает также вопрос: зачем жертвовать на Синодальную Церковь, поскольку ее поддерживает казна, не нуждающаяся в нашей лепте.
Инж. С.Я. Зезюлин».
 
* * *
 
Сситуация, возникшая в связи с получением злополучных 38.000 долларов от американской разведки, могла выйти из под контроля, и Первоиерарх, в дополнение к опубликованному в «Новом Русском Слове» оправданию, изложил свою версию их получения. На бланке Председателя Архиерейского Синода он пишет одному из самых уважаемых священников Зарубежья.
«3-16/III 1967
Ваше Высокоблагословение,
Досточтимый Батюшка о. Митрофан!
Вокруг злополучных 38 000 поднялся шум немалый. Я получил от Влад. Саввы (Австралийского) по этому поводу взволнованное и резкое письмо, где Владыка высказывает свои опасения по поводу неосмотрительности Синода и настаивает на разборе этого дела и огласке такого разбора.
Должен признаться, что резкость письма Владыки (конечно, не лично в мой адрес) и тот факт, что он, как и многие на заметку “Таймс”'а смотрит как на какой-то безусловный авторитет, вызвала было с моей стороны резкую отповедь-ответ, написанный с несвойственной мне резкостью. Но я вспомнил, что пишу человеку больному, и в то же время, большому и ценнейшему архипастырю и служителю Церкви, и уничтожив написанное, написал архипастырю, по дружески, объяснив суть дела.
Суть эта - проста. Как только поднялся шум, я поручил синодальному ревизору, Просев. Архиепископу Виталию произвести ревизию Синодальных дел и разобрать этот неожиданно выскочивший вопрос. Владыка Виталий специально для этого приехал и выяснил дело. 38 000 дол. есть личная жертва Сергея Як. Семененко в пользу Синода (новая версия, и только - замеч. о. Митрофана). При этом, С.Я. имея личные деловые отношения с благотворительным Фондом Бейрда, воспользовался его чеками, как это постоянно принято в США. Никакого контакта у Синода с разведкой тут не было. А спросить благотворителя - почему он пользовался именно этими чеками, а не другими какими-либо, мы, разумеется, не могли.
Да не было и причины спрашивать. Фонд Бейрда никогда не был опорочен никем, и исходящие от него чеки никаких подозрений вызывать не могли.
Но оказалось, что разведка также снабжала нужных ей лиц деньгами, пользуясь чеками Бейрда. Из-за этого-то и заварил кашу “Таймс”, сути дела не зная, и свалив всех в одну кучу, по внешнему признаку - чекам Бейрда... - Но с каких же это пор американская, т.е. масонская газета стала для нас таким авторитетом, что ее заметке вдруг оказывается немедленное и полное доверие?...
В виду того, что выяснилось участие благотворителя С.Я. Семененко в этом деле, требование Вл. Саввы огласить разбор дела стоит под вопросом. Очень может быть, что Семененко совсем не прельщает такая неожиданная реклама его благотворительности. Я должен по приезде в Н.-Йорк выяснить его точку зрения на это дело. Этого требует долг корректности в отношении исключительно щедрого благотворителя...
 
* * *
 
О. протоиерея Митрофана, как и любого другого, такое разъяснение Митрополита Филарета не удовлетворило, и он написал Первоиерарху в ответ следующее письмо:
«28 марта / 10 апреля 1967 г.
Си Клифф
Ваше Высокопреосвященство,
Глубокочтимый Владыка и Милостивый Архипастырь!
Простите, что с таким опозданием отвечаю на письмо Ваше от 3.16 марта с.г. Сейчас хочу коснуться второй половины письма Вашего Высокопреосвященства, а именно, касающейся авторитета и бытия нашей Церкви. Владыка святый, никто из верующих не смотрит на газету “Нью Йорк Таймс”, как на какой-то авторитет, тем более авторитет безусловный, как пишете Вы. Эта газета, в очень скромной форме, лишь устанавливает факт связи Синода, через подставной фонд (“Фонд Бэрда”), с “Си Ай Эй”. Нет в том № газеты, несомненно кашерной, ни выпада против Синода, не видно и тенденции нарочито умалить нашу Церковь, которой, в ряду перечня организаций, уделена всего лишь 1 строка скромная.
Бороться с сатанизмом, вскрывать врага всюду, где он притаился, является нашим долгом перед Богом, перед Родиной и перед Страной, нас приютившей. Этого требуют от нас и это вменяет нам в долг наша идейная направленность к св. Руси Православной, к спасению мира от нависшей над ним опасности со стороны мирового коммунизма. Посему, не вижу преступления в получении частным лицом средств от “Си Ай Эй”, однако, идейная работа, если мы руководствуемся идеей, а не выгодой материальной и иными “соображениями”, обязательно оттолкнет от получения денег за эту работу.
Некое лицо, именем Синода, деньги от “Си Ай Эй” получило, - я далек от мысли думать, что получил Синод, - и этот факт не опровергнут, небытие его не доказано, несмотря на заявления о. Георгия, несмотря и на “ревизию”, произведенную вл. Виталием.
19-го февраля появилась в “Нью Йорк Таймс” статья о фондах “Си Ай Эй”. 21-го февраля я был у Вашего Высокопреосвященства. Принес вырезку из указанной газеты, и Вы, Ваше Высокопреосвященство, сказали, что сами не читали этого № “Нью Йорк Таймс”. Вы, глубокочтимый Владыка, спросили меня, читал ли я в “Н.Р. Слове” ответ о. Георгия Граббе, и принесли мне газету “Н.Р. Слово” с непродуманным, как тогда я оценил, разъяснением о. Георгия.
Я заметил, что это З-я или 4-я версия, исходящая из уст о. Георгия, пытающегося дать авторитетное разъяснение по поводу заметки о Синоде в газете “Н.Й. Таймс”. И тогда же Вы, Владыка, со скорбью сказали, что эта сумма в 38.000 в книгах не фигурирует, что и сам С.Я. Семененко жаловался Вам на бесхозяйственность Син. Дома, он до сих пор не знает, как и на что израсходованы и им лично пожертвованные на нужды Синода 100 (или около ста) тысяч долларов.
22-го февраля мне позвонили из Монтреаля. Звонил один из ближайших соработников вл. Виталия и сказал мне он следующее: “запросил я вл. Виталия о заметке в “Н.Й. Таймс”, он, оказывается, не читал этого номера газеты, был крайне поражен, и сказал мне: это грозит величайшим скандалом нашей Церкви. А на мой вопрос: проведена ли эта сумма в 38.000 в книгах нашего Синода, вл. Виталий ответил: как ежегодный синодальный ревизор, я никогда этой суммы в отчетности не обнаружил...
На заседании Епархиального Совета, бывшем 9-го марта с. г., прот. С. Каргай сделал разъяснение по поводу этих 38.000 долларов. Он, как ведавший в течение многих лет финансовой частью Синода, сказал, что эта сумма получена от г. Семененко через “Бэрд Фондэйшен” и она - эта сумма - проведена по книгам прихода-расходным.
Почему С.Я. Семененко избрал этот путь оказания помощи Синоду, почему не передал он это пожертвование так же, как были им прежде (или после) переданы - непосредственно Синоду - 100.000, на это ответа о. Сергий дать, конечо, не мог. Он лишь сообщил, что С.Я. Семененко, передав сумму в 38.000 дол. в “Бэрд Фондэйшен” для Синода, - “позвонил нам и сказал, что деньги в такой-то сумме, которые поступят в Синод от “Бэрд Фондэйшен”, это его личное пожертвование Церкви”.
Естественно, поскольку суммы получены по чеку “Бэрд Фондэйшен”, в реестре поступлений (в кассовой книге) должен фигурировать этот фонд и № чека, по которому эта сумма поступила в распоряжение Синода. Но, оказывается, согласно разъяснений, данных о. С. Каргай, ни этот фонд, ни № чека, по которому эта сумма была получена, в отчетных книгах не фигурируют. “Так как С.Я. Семененко известил нас, что это его дар, мы и записали эти деньги, как поступившие от него. Мы не нашли нужным отмечать в реестре поступлений № чека и указывать “Бэрд Фондэйшен”, - сообщил членам Еп. Совета о. С. Каргай.
Как нельзя признать авторитетными и убедительными разъяснения, данные по этому вопросу о. Г. Граббе [“на нужды св. Земли” – “на устройство Син. Дома”... и это в то время, как оборудование Син. Дома и храма в нем было закончено уже к концу 1959 года, а деньги от Си Ай Эй (через “Бэрд Фондэйшен”) поступали в 1961-64 гг.], так не убедительны и разъяснения б. Синодального финансиста прот. С. Каргая, никого не убедит и не рассеет недоумения и недоверия к Синоду и ревизия, произведенная вл. Виталием.
Будучи на аудиенции у Вашего Высокопреосвященства 21 февраля, я высказал предположение, что кто-то злоупотребил именем Синода, получая от “Си Ай Эй”, через “Бэрд Фондэйшен”, помощь. Этот кто-то близок к Синоду. Его имя должно быть открыто.
Тогда же я высказал предположение, что эти деньги, возможно, были получены о. игуменом А. Граббе и израсходованы на св. Сергиевскую Гимназию.
По всей вероятности, для выяснения этой крайне неприятной и весьма вредной для авторитета и укрепления нашей Церкви истории, Ваше Высокопреосвященство найдете необходимым назначить авторитетную следственную комиссию, которая бы, по своему составу, пользовалась доверием Церкви, и поручите этой комиссии выяснить:
1. - кто (персонально) получал эту субсидию на имя Синода.
2. - кто выдал получателю мандат на получение этой суммы: Председатель Синода, Син. Канцелярия?
3. - кем и как израсходованы эти деньги.
Грех не в получении субсидии. Грех в злоупотреблении именем Церкви. И не грех, а преступление. Во всей этой истории, глубокочтимый Владыка, имеется трагический момент, а именно: нас заставляют поверить в Ложь. Я не раз высказывал, на основании многолетних наблюдений, мысль, что и в нашем Зарубежьи Ложь облеклась в духовную тогу и настойчиво внедряется в нашу ограду, в ограду Единой Истинной Церкви.
Прошу простить, если причинил я Вам, глубокочтимый Владыка, невольно огорчение, и испрашивая Ваших Первосвятительских молитв и благословения, остаюсь Ваш искренний и преданный послушник Митр. Протоиерей Митрофан Зноско».
 
Дело архимандрита Антония Граббе)
«На последней сессии Синода, членами которой были в большинстве епископы из “Никоновского Прокоммунистического Треста” (сам арх. Никон, арх. Серафим Чикагский и арх. Виталий Канадский) был возведен в сан архимандрита сын Граббе - игумен Антоний Граббе. Когда эта весть достигла Иерусалима, то оттуда были получены письма с просьбой повлиять на Синод, чтобы туда не назначали начальником миссии Зарубежной Церкви архимандрита Антония Граббе, из боязни, что там может повториться тот период, когда миссию возглавлял архимандрит Антоний Сенкевич (об этом ниже – сост.).
Эти опасения сериозны, потому что теперешний начальник миссии архимандрит Димитрий уходит на покой и месяца два тому назад арх. Виталий Канадский и протопресвитер Антоний Граббе, под видом посещения Гроба Господня навестили Иерусалим для ознакомления с положением миссии и с обстановкой, в которой будет жить будущий начальник миссии.
Кроме того, известно, что архимандрит Антоний Граббе, в своей кельи в Синодальном Доме очень часто принимает по вечерам дам и девиц. Для какой цели - мы не знаем.
Должность начальника миссии архиерейская, на ней был в тридцатых годах Блаженнеший Митрополит Анастасий до своего возведения в сан митрополита». 423
 
«Спонсоры» духовного воспитания
 
«15-го марта 1965 года читатели газеты “Нью-Йорк Пост” прочитали на 16-й странице статью-рекламу о так называемой “Св. Сергиевской гимназии”, основателем и дитектором которой оказался, ныне уже в сан архимандрита возведенный монах Антоний Граббе, сын протопресвитера Граббе.
Необходимо сказать, что такое газета “Нью Йорк Пост”. Газета с крайне левым уклоном; издатель - внучка всем нам очень хорошо и исторически известного американского финансиста, субсидировавшего две революции в России, Якова Шифа, Доротея Шиф. Газета выходит тиражом в 350.000 по четыре издания в сутки. Одной из главных целей газеты избрана борьба с христианской Церковью - на Ее поражение, конечно.
В статье “Корни” (см. “Н.Й.П” от 17 янв. 1960 г.) христианская Церковь открыто обвиняется в учении и распространении антисемитизма. “Отказаться от важности учения Церкви - гласит статья - в течение почти 2.000 лет - значит отказаться от важнейшего элемента в истории антисемитизма. Веками антиеврейские темы разрабатывались руководителями Церкви; тема о том, что иудаизм ко времени рождения Христа стал дегенеративным и склерозным: тема о народе слепом в свете Священного Писания и слепо отбросившем Мессию; тема о народе, наказанном и проклятом Богом; и убийственная тема о народе, распявшем Сына Божия и за это в семидесятом году рассеянном по всему миру, - разве это все не является причиной тому, что после сотен лет проповеди таких учений красноречивыми отцами Церкви, у христиан создалось карикатурное понятие об иудаизме и еврее?”
23-го декабря 1963-го года в газете “Нью-Йорк Пост” появилась статья “Рождественский рассказ”, в которой кощунственно извращается и осмеивается учение Христа, Его Нагорная проповедь и молитва Господня (Отче наш).
Вот такого характера газета вдруг преисполнилась уважения к о. Антонию Граббе и к его “Сергиевской гимназии”, создавая им рекламу.
В этой газете статья о гимназии “Школьная газета становится общерусской”, посвящена новой газете (на русском и английском языках), которую задумал издавать о. Антоний.
Между прочим, статья открывает нам и некоторые тайны, далеко не всем православным русским людям известные.
Например: в 1964-65-м учебном году в пяти классах гимназии было всего 22 ученика и ученицы, при полном педагогическом составе; два гимназиста уже основали газету “Россия заграницей”, которая будет выходить тиражом в 24.000 и рассылаться по всему миру; не указано только - за чей счет: наконец, оглашаются некоторые сотрудники-жертвователи в этом деле.
В статье они названы “контрибуторами”. Точный перевод слова „contributor", по словарю проф. Мюллера, - “содействующий”, “помощник”, “жертвователь” (постоянный сотрудник газеты, журнала). Кто же эти жертвователи-сотрудники?
“Нью-Йорк Пост” сообщает, что “сотрудниками будут в помощь ученикам, профессора и эксперты из Фортгама, Чулана, Брандэйза, школа Друзей в Балтиморе и городские средние школы”.
Остановимся подробнее на этих сотрудниках-жертвователях “в духовную казну Св. Сергиевской гимназии”.
1) Фортгам - иезуитский католический университет в г. Нью-Йорке. Ведет ожесточенную борьбу с православием... Имеет специальную кафедру “восточного обряда”, при которой подготовляются так называемые “священники восточного обряда” (подчиняющиеся римскому папе) для обмана русских православных людей своей внешностью православных священников, для более успешного приготовления православных к переходу в католичество.
С середины пятидесятых годов Фортгам посылает в Советский Союз своих пропагандистов с надлежащей литературой для проповеди “восточного обряда”, т.е. исправленного в пользу папизма православия, а также католичества среди населения Союза.
2) Утиверситет Тулан: в книге, изданной еврейской организацией Бжнай Бжрит для еврейской молодежи “Руководитель поступающим в Колледжи”, на 1963-й год на странице 70-й указан университет Чулан, как наиболее подходящий университет для еврейского национального образования, с частным контролем над студентами.
При университете работают девять различных масонских организаций (студенческих). Университет Чулан находится в Нью-Орлеане, штат Луизиана, тысячи миль от Нью-Йорка.
3) Университет Брандэйз: один из выдающихся еврейских высших учебных заведений в США. Находится в штате Массачузетс, в городе Валтгам. Наряду с общими факультетами, преподаются все отрасли еврейской науки, в общежитиях кошерная кухня. При университете работают масонские студенческие организации; для евреев организация Явнэх (стр. 35 и 41).
4) Школа Друзей в Балтиморе: уже само название школы говорит о том, что для информации об этой школе необходимо обращаться к масонской литературе. Дальнейшие комментарии излишни.
Второе “детище” архимандрита Антония - так называемый “Русско-Американский Институт”. Когда видишь или слышишь слова “русский”, “русское”, то невольно к этому понятию присоединяется понятие “православный”, “православное”, ибо все дореволюционное русское было так тесно спаяно с православным, что эти слова стали равнозначными понятиями. Но вот в понятии “Русско-Американский Институт” получается уже не так, пусть даже создателем его будет русский монах.
Просматривая программу этого “высшего учебного заведения”, мы не нашли там не только ничего православного, но даже церковно-христиан-ского в самом широком смысле этого слова. По смыслу программы, правильное название этому заведению было бы “Советско-Америкинский Институт”, так как программа составлена так, что ее можно применить в любом “ВУЗе” Советского Союза...
Великим мастерам слова сопоставляются также перлы политической литературы как: Горький, Пастернак и - о ужас! - стихоплет Евтушенко, которым тоже посвящается по целому семестру на каждого и тоже по 3-м пунктам за зачет. Так и стоит черным по белому:
Пушкин дает 3 пункта, и Евтущенко 3 пункта, Достоевский - 3 пункта и Пастернак тоже 3 пункта.
Конечно, объяснять тут нечего. Остается спросить активного президента этого высшего учебного заведения: почему он пренебрег в цикле “Русская и савянская филология” идол-уральским и казакийскими языками? В программе будущей американской России такие народы и страны “существуют”.
Нам совершенно ясно кто продиктовал в высшем образовании малограмотному “президенту” института такую программу. Само собой разумеется, что необходимо, в таком случае, разобраться, что из себя представляет лично “директор Св. Сергиевской Гимназии” и “активный президент” института.
Ныне архимандрит Антоний Граббе, - сын пресловутого протопресвитера Георгия Граббе, - монах только по внешности. Монастырской жизни и монашеского послушания он почти не знает. Очень короткий срок пребывания его в Свято-Троицком монастыре в Джорданвиле не позволил укорениться в юном сознании монаха Антония монашескому смирению.
Будучи оторванным от монастыря по желанию родителя, монах Антоний окунулся в соблазны мирской жизни и карьеры.
Вскоре безнравственная жизнь монаха Антония в доме Синода (он и живет в квартире родителей) стала предметом отрицательного внимания множества людей, как приходящих по делам, так и молящихся в храме Синода, и не без невольных и внезапных свидетельств соблазнительных и определенных доказательств такого поведения монаха Антония, при участии женского пола.
Один лишь раз заведенная монахом Антонием секретарша была удалена. Все же его прочие нарушения монашеского обета и по сей день оставались и остаются безнаказанными со стороны высшей власти Церкви, тут же постоянно присутствующей.
Жалобы мирян Синоду оставались и остаются “без последствий”. Создается впечатление, что и Граббе-отец, и Граббе-сын кому-то внешнему очень нужны, или очень обязаны, и потому обладают абсолютной неприкосновенностью обоих.
С открытием дела субсидии из Си-Ай-Эй, к которой первое же прикосновение имеет правитель дел Синода - Граббе-отец, неприкосновенность обоих становится в определенном свете, так же, как и материально-идеологическое общение Граббе-сына с внешними своими патронами по его “гимназии” и журналу-газете.
Даже такое документальное духовное преступление монаха Антония, как запрещенная Церковью встреча новостильного “нового года”, всегда выпадающая в православный рождественский пост, - с веселием и вином, в окружении девиц, и с представлением при жалобе мирян фотографического снимка встречи, на котором отец игумен Антоний, с поднятым бокалом вина приветствует гостей (в три часа ночи), - тоже оказалось без последствий.
Все это происходит в доме Синода, называемом мирянами “черным подарком”, в котором имеет постоянное пребывание Одигитрия Зарубежья, чудотворная икона Курской Божией Матери...
В свете всего вышеописанного представляется и внутренне-религиозный облик нынешнего архимандрита Антония Граббе, то есть кандидата во епископа, следующей иллюстрацией:
18-го декабря 1964 года у входа в синодальный дом появился плакат, призывавший русских православных людей посетить благотворительный базар в помещении Св. Сергиевской гимназии, который будет открыт 18-го, 19-го и 20-го декабря (по нов. стилю) от пяти часов вечера до 10-ти. Продавать пожертвованные вещи будут ученики и ученицы гимназии, одетые в боярские костюмы.
18-е декабря, то есть пятое по православному календарю - канун праздника святителя Николая Чудотворца. Во всех православных храмах Зарубежья в этот вечер совершается всенощное бдение и славославится великий, даже и нехристианами почитаемый святитель Божий Николай.
Для монаха Антония, как видно, это пустое место. Когда в православных храмах и алтарях церковные люди и священнослужители приготовлялись к торжественной и умилительной службе Божией, монах Антоний переодевал своих учеников в боярские костюмы, приготовляя для приглашаемых русских людей своего рода маскарад.
19-е декабря выпал день субботний. Вечером в храмах Божиих славят верные Бога и милость Его ко всем грешным. Монах же Антоний, отвлекая доверенных ему детей от богослужения - продолжает свой базар с маскарадом.
И, наконец, в следующий день, воскресный, когда в храмах благочестивых священников совершается вечерня, всенощное бдение, дети в синодальной гимназии продолжают маскарадный базар монаха Антония.
При ошеломительной “карьере” этого духовного лица и при множащемся в Церкви беззаконии, мы вскоре можем увидеть этого же монаха в епископском сане: без духовного образования, без монашеского опыта, без почитания Христова Православия и святых Его и без... Бога в душе.
Он был бы еще небывалого в Православной Церкви типа епископ при всех его уже установившихся качествах. Новые епископы... блудодействуют “c разрешения начальства” и маскарадничают.
Они, эти новые, способны быть только слугами антихриста. Именно это и есть их назначением. Их, таких Антониев, внутреннее направление, тяга в мире иная; и мирские связи направлены в сторону определенных антихристиан. Вот небольшой тому пример:
Молодой семинарист Свято-Троицкой Духовной Семинарии нашей оказался в затруднительном материальном положении. Кто-то посоветовал юноше обратиться к о. Антонию Граббе, как знающему о возможностях получения стипендий для прохождения образования. Может быть даже шутя посоветовал.
И куда монах Антоний направил православного семинариста? - К президенту экуменического совета в Нью-Йорке. Неопытного юношу встретили с радостью и обещали ему 2.500 долларов, но с условием, что он даст подписку, что перейдет из Свято-Троицкой Семинарии в экуменическую “Владимирскую Академию” при американской митрополии...
Думаете ли вы, что опытный Антоний Граббе не знал, к кому он посылает юношу? Ограничимся приведенными примерами, характеризующими личность монаха Антония Граббе, и зададим Первоиерарху и Синоду открыто вопрос: за какие духовно-церковные подвиги или с какой целью игумен Антоний Граббе был возведен в сан архимандрита?
Мы, миряне, в овеществление соборности Православной Церкви, имеем право требовать ответ на этот вопрос, не считая его ни дерзостью, ни посягательством на права или власть епископскую, а в общем порядке поддержания в Церкви света веры и полноты благочестия, с которыми по приведенным нами данным, монах Антоний Граббе находится в непрестанном конфликте.
Последнее настолько ясно и неопровержимо, что без определенного ответа со стороны высшей церковной власти для нас, мирян, авторитет иерархов непроизвольно становится зыбким и вредоносным для Церкви, что совершенно недопустимо в интересах всей Церкви». 424
 
Доклад Т.С. Денке
 
«Деятельность Начальника Русской Духовной Миссии в Иерусалима архимандрита Антония (Граббе).
До приезда архим. Антония монастыри Духовной Миссии жили тихою спокойною жизнью; и хотя не редко нуждались в необходимом, но терпеливо переносили это, как монашеский подвиг.
По человечески иногда проявлялось и неудовольствие, но никогда не доходило до ропота. Каждый понимал, что если средств нет, то и требова-ний быть не может.
С приездом архим. Антония вся жизнь пошла кувырком. Все его поведение противоречило монашеским требованиям и традиции. Нару-шали размеренный уклад монастырской жизни его бесчисленные полеты в Америку и обратно, в сопровождении целого штата людей очень сомнительной ценности, случайно собранных с бору и сосенки в США, которыми окружал себя, совершенно оградившись от находящихся в Миссии священнослужителей и иных насельников.
Надо отметить, что всех этих людей даром не перевозили, а почти все они через два, три дня возвращались обратно. Были, конечно, исключения и лучшие из них, мечтавшие о спасении душ своих в монашестве, оставались, но... не находя на Раскопках (местопребывание Начальника Миссии) ожидаемой ими духовной поддержки, и не предвидя ее в будущем, с большой грустью покидали Иерусалим.
А были среди них и очень хорошие молодые люди, присутствие кото-рых в Миссии могло принести пользу и им самим и Миссии.
Первой заботой архим. Антония было создание вокруг себя боль-шого штата. В греческой Лавре Св. Саввы Освященного находился, русский по происхождению, но греческий рясофорный инок Иоасаф (Кастельчук). Его шести или восьмилетнее пребывание в Лавре аскетического устава выработало в нем монаха аскета.
Когда начали распространяться слухи о возможном назначении на пост Начальника Русской Духовной Миссии архим. Антония, инок Иоасаф неожиданно покинув Лавру, появился в Елеонском монастыре и поселился в монастырской гостинице.
За оставление Лавры игумен ее, архим. Серафим, наложил на Иоасафа епитимию, не разрешавшую ему принятие Св. Тайн где либо кроме Лавры. Скорбным оказалось положение Иоасафа. Страдая духовно, он не знал где ему найти защиту. Каждую ночь ходил он на ночную литургию к Гробу Господню, но исповедываться и причащаться он не мог.
Наконец состоялось назначение архим. Антония и Иоасаф повесе-лел, совсем неожиданно Патриарх, как бы вошел в его положение, принявши его в число братии Гроба Господня, дав ему келлию в братстве и небольшое послушание - прислуживать на вечерне в Воскресенском храме. Кроме того, Патриарх старался воздействовать на о. Серафима для снятия с него епитимий, но не мог сразу этого достигнуть.
Когда в 1968 году новый Начальник Миссии вступил в должность, то оказалось, что Иоасаф однокашник его по учебному заведению в Белграде. Они на “ты” и все свое время Иоасаф проводит на Раскопках.
Патриарх этому не препятствует. Вскоре Иоасаф переезжает на Раскопки; он, никогда не имевший ничего общего с Миссией, становится правой рукой нового Начальника: получает ключи от денежного ящика и незаметно начинает числиться его помощником, но без права исповеды-ваться и причащаться в Зарубежной Церкви.
Все тут невероятно. Как может греческий рясофорный инок, не принадлежащий к Русской Зарубежной Церкви, при наличии в Миссии 5-ти архимандритов стать помощником Начальника Русской Миссии? Какое презрение к нашим архимандритам, и так явно выраженное!!!
Надо отметить, что до приезда нового Начальника, официальным наблюдателем и осведомителем Патриарха о делах Миссии был греческий архимандрит Феодосий, часто посещавший наши монастыри. Присутствие Иоасафа на Раскопках и дружба его с Начальником Миссии освободило архим. Феодосия от его обязанностей и он прекратил свои визиты монастырям. Оно понятно: он раньше осведомлял Патриарха только о происшедших в монастырях событиях. Теперь же Патриарх оказывался осведомленным не только о происшедшем, но и о предполагаемых планах будущего Русской Миссии.
Другим главным действующим лицом на Раскопках оказалась так называемая архим. Антонием “бесплатная труженица”, 15 раз прилетав-шая из Америки в Иерусалим и, следовательно, столько же раз возвращавшаяся обратно.
Слушая все время вопли Начальника Миссии о катастрофическом положении Миссии, кто может объяснить те громадные расходы по полетам этой “бесплатной труженицы”?
Если же ознакомиться с расходами по ее содержанию в самом до-рогом отеле Св. Града Иерусалима (Inter Continental), где до вздутия цен комната ее оплачивалась в 18 долларов в сутки, при очень дорогом ресторане, которым она беспременно пользовалась, то объяснения не найти.
Раскопки за время начальствования в них архим. Антония меняли несколько раз свое лицо. То они представляли из себя клуб потерявших стыд молодых женщин, то духовный центр Миссии обращался в американ-скую, сомнительного типа коммерческую контору, в которой появлялись какие-то русские дельцы, но под американскими фамилиями, скрывающиеся от местных насельников.
Все это с большой важностью принимало строго деловой вид, но в конечном итоге все эти люди исчезали, оставив по себе следы позора и больших расходов без всякой пользы для Миссии.
Среди всех этих темных людей, желавших поживиться русскими святынями, с покровительственною улыбкою владычествовал архим. Антоний, страдающий манией величия.
Через несколько лет этот караван-сарай стабилизировался в более осевшую массу, среди которой был и дважды привозимый в Иерусалим мо-лодой человек, Николай Г-ко, предназначенный первоначально во диаконы Миссии, а после своего вторичного приезда - в шофера и телохранителя архим. Антония, который для поднятия своего авторитета распускал слухи, что по его следам ходят советчики с заданием его убить. С этой мыслею он даже завел себе револьвер, который одна из его поклонниц позолотила.
Николай вступил в свои обязанности, но не надолго. У него прои-зошло недоразумение с “бесплатной труженицей”, которая его ложно обвинила и он в присутствии многих шоферов и прочих лиц отхлестал “тру-женицу” по обеим щекам. На помощь ей бросился помощник Начальника Миссии, инок Иоасаф, которого Николай легко отбросил прочь и потом говорил: “я думал, что он здоровый, а он как тряпка, а я ей давно собирался набить морду. Она всегда брешет”…
Вот еще пример траты денег Христа ради собираемых на престаре-лых монахинь, которые и центами не пользуются из них. К этому надо добавить, что дружба аскета Иоасафа с “бесплатной труженицей” начала выливаться на улицу.
Иоасаф продолжал нести свое послушание при служении вечерни в Воскресенском храме, начинавшейся в 2 часа дня. Появлялась там “труже-ница” и эта пара потом возвращалась на Раскопки. Также и по несколько раз в день Иоасаф довозил ее в отель, вульгарно называемый русскими “сатанинским капищем”, а по вечерам он долго там засиживался.
Случались и инциденты, происходившие в этом “капище”, так например, когда однажды Иоасаф явился туда в неурочное время, его дежурный служащий не допустил до “сотрудницы”, были разговоры и о некоем греческом диаконе, приходившем на Раскопки мыть полы. Все эти разговоры громко обсуждались на Елеонской Горе местными арабами и это не могло укрыться от Патриарха, имеющего повсюду своих осведомителей.
Хотел Начальник Миссии основать на Раскопках мужскую обитель, но мужчин для этого оказалось всего трое, а секретарей, экономок и жен-ских сотрудниц значительно больше.
Среди мужчин, известный уже нам греческий инок Иоасаф, посте-пенно вошедший в роль помощника Начальника Миссии и уже поправившийся на хороших харчах; диакон, не знающий и не желающий подготовиться к своей службе, неспособный произнести ни одной ектении без подсказки, не умеющий ходить в церкви, ни кадить, обращающийся с Евангелием как с простой книгой, к тому же запивающий, особенно в отстутствие Начальника Миссии.
Третьим элементом мужского населения на Раскопках был хорошо известный Джорданвильскому монастырю “Шурик”, несчастный молодой человек, не ответственный за свои поступки.
Начальник Миссии одел его в подрясник, и, желая его приспособить к прислуживанию в алтаре, благословил его на стихарь; а еще далее, как бы насмехаясь над законами, позволил ему, даже не посвященному в чтецы, одевать орарь, т.е. часть священнослужительского облачения: и это - человеку, которого опасно допускать в алтарь и особенно оставлять его там одного! И это, конечно, дошло до слуха Патриарха.
В Н. Р. С. описывался один из приемов на Раскопках, без всякой причины устроенный Начальником Миссии. Автор заметки отмечает полицейских, охранявших двери Раскопок с улицы, но умалчивает о кавасе, в полной парадной форме, с церемонимейстерским жезлом, принимавше-го гостей и просившего их расписаться в книге; после чего он вел, постукивая жезлом о мраморный пол, гостя и представлял его Начальнику Миссии.
Больной манией величия Начальник Миссии торжествовал, но у многих вся эта церемония вызывала улыбки. И Патриарх в своих приемах не допускает ничего подобного.
На этом приеме присутствовало до 200 человек. Водка, вина, богатые закуски, а для не пьющих подавались шоколад, кофе и прохлади-тельные напитки, с тортами, сладостями и прочими угощениями.
Нужно принять как расход на душу - 5 долларов. На 200 человек этот расход выльется в 1000 долларов. А Начальник Миссии кричит о катастрофическом положении Миссии, о возможности закрытия монастырей. И, спрашивается, нужны ли эти приемы монашествующим?
Вся эта компания, совершенно чуждая Церкви и Миссии, начала с того, что объявила свою “традицию” всем насельникам Раскопок - быть на “ты”. Так это просто! Не подумали, что традиции создаются веками или, во всяком случае продолжительным временем, и не создаются мгновением. И полезна ли эта традиция, по которой монах-аскет должен объясняться на “ты” с полуодетой молодой девушкой?
Появление на Раскопках нового Начальника Миссии произвело сенсацию. Молодость, красота, элегантность, любезность, безумная расточительность неизвестно каких денег, служили предметом восхищения, особенно молодых насельниц, и сразу вызывали к нему симпатию.
Новый Начальник начал с того, что куда-то загнал старую, хорошую деревянную мебель, заменил ее новой, модерной, некрасивой, неудобной, из плохого материала сделанной, но тем не менее дорогой мебелью.
Канцелярия заполнилась новейшими аппаратами по уловлению и записи звуков, разными канцелярскими машинами для счетоводства, фотографией для печатания снимков и пр. и пр. Ореол богатства озарил Начальника и насельницы Миссии радовались, расчитывая, что из этого потока долларов будет и им польза. Но эти расчеты оказались ошибочными.
А полеты Начальника и других с ним связанных лиц продолжались. Появился громадный черный лимузин, пожирающий громадное количество горючего, а за ним вскоре и вторая машина. Все помещение Раскопок наполнилось совершенно чуждыми Миссии людьми и жизнь там на монас-тырскую была не похожа.
Когда все это утряслось. Начальник Миссии принялся за литературу и печатание ее. В первую голову он составил Устав Миссии, без задержки утвержденный Синодом, по которому выяснилось, что он единственный является духовным отцом и полным хозяином Миссии.
Игумении монастырей по этому уставу лишались свободы управле-ния своими монастырями, становясь в полное послушание Начальнику Миссии. Этим совершенно нарушался устав русских монастырей, по которому игумен был признанным и ответственным правителем монастыря.
Все это удивляло насельников Миссии, которые не понимали сначала смысла этого нового Устава. Тайна эта постепенно раскрывалась.
В Н. Р. С. появилось платное объявление – “Просьба”, в котором Начальник Миссии во избежание “утечки” просит благотворителей и жертвователей в облегчение его отчетности все жертвуемые ими суммы направлять не в монастыри, а ему по адресу Миссии. Если принять во внимание новый Устав Миссии, то окажется, что Начальник Миссии пользуется правом ревизовать все подведомственные Миссии учреждения, тогда как он сам может быть ревизованным исключительно “лицом епископского сана”, причем его отчетность строго засекречена и его расходы, как и приходы Миссии, остаются тайной, вскрыть которую никто не имеет права!!!
Всякий честный человек, оперирующий чужими деньгами, не только не боится ревизии, но ее требует. Ему необходимо свидетельство правильности его ведения прихода и расхода, и его честности. Если же человек избегает гласности его отчетности, то без всякого сомнения в его отчетности скрываются какие-то нарушения, огласить которые невозможно.
Для составления отчетности Начальника Миссии, скрывая свое назначение, прилетели два искуссных молодых счетовода, один из Америки, а другой из Бельгии. Эти мастера счетоводства способны доказать безнадежность нормально работающего крупного промышленного предприятия и наоборот, - утвердить на бумаге крепкое положение грозящего крахом дела.
Прилет этих экспертов стоил денег. Суточные их, можно предполагать, были немалые, также как и вознаграждение. Были оплачены и два лица в епископском сане, прилетавшие для ревизии. Все это стоило тысячи, а может быть и десятки тысяч долларов, бесполезно истраченных. Монахиням не досталось же ни одного цента из этих денег, а ненужные полеты ненужных людей все продолжались.
Далее пошла широко распространяться литература на израильском, английском и французском языках. В газетах, журналах, отдельных листках и прочих изданиях лились хвалебные гимны о. Антонию (Граббе), одинаково все дышащие как бы по одному шаблону восхвалявшие его деятельность, энергию и мудрость.
Ему приписывались все добродетели..., и все это оплачивалось суммами собираемыми на катастрофическое положение Миссии. Монашествующие отнюдь не представляли себе сколько на это тратится денег, да и тайна лежащая на всех доходах и расходах Миссии не позволяла интересоваться этим. Проявившийся террор настолько возымел свое действие, что все боялись за одно только любопытство быть отлученным от Церкви.
Был вызван в Иерусалим г-н Кадесников и ему был заказан исторический очерк о Р. Д. М. в Иерусалиме. Несомненно ему даны были и директивы, которым он покорно следовал. В сокращенном виде его очерк был помещен в “Православной Руси”, где только раз было указано, что в прошлые времена в Начальники Миссии в Иерусалим назначались игумены с окладом в 1200 рублей в год, и, что эти игумены скромно ютились по греческим монастырям и не могли играть никакой роли соответствующей Русской Миссии, посему она влачила жалкое существование.
Но вот, наконец, назначен такой начальник, который поднимает авторитет Миссии на должную высоту и является надежда всего мира, что в этих условиях и мир преклонится пред ним.
Но при такой оценке было забыто, что именно бедные игумены на содержании 1200 рублей в год приобрели громадную площадь Св. Елеонской Горы, исхожденную во всех направлениях Спасителем; Маврийский Дуб; Судные врата, у самого Гроба Господня; могилы пророков и массу всевозможных участков земли, которые до сих пор остались еще не использованными.
А Начальник Миссии, наоборот, безумно растрачивает получаемые им деньги на совершенно ненужные дела, забыв о помощи монастырям.
Тщеславие и мания величия проявились у архим. Антония и в создании “ордена” Православного Палестинского Общества, т.е. фактически, знак этого Общества, который он назвал орденом и который имел 3 степени: для почетных членов, действительных членов и для сотрудников.
Знаки эти были из золота и покрыты были белой эмалью. Из какого бы материала не были сделаны “ордена” архим. Антония, за их выделку надо было платить из кассы Миссии, что не вяжется с постоянными просьбами о помощи Миссии, нуждающейся в самом необходимом.
Но за то... он мог награждать этим “орденом” и имел смелость, кро-ме других лиц, “возложить” таковой “орден” даже на Владыку Митрополита, Первоиерарха Р.З.Ц.
Случай не виданный, чтобы архимандрит мог бы возлагать что-либо им выдуманное на своего священноначальника!
Впоследствии, как видно, кто-то обратил его внимание на отсутствие у него прав награждать “орденами”, которые устанавливаются главами государств, и он стал возлагать “знак” ППО-ва, который между прочим он возложил и на короля Иордании Гусейна II.
Для этого в Амман отправилась целая делегация из семи человек. Эта поездка в Амман продолжалась 7 дней. И она, конечно, стоила денег, которые могли бы послужить для выхода из “катастрофического” положения Миссии. Сколько таких знаков заказал архим. Антоний? Это тайна, лежащая на всех его расходах и известная лишь лицу в архиерейском сане.
Необходимо указать, что о. Димитрий, сдавая свою должность Начальника Миссии, оставил после себя несколько тысяч швейцарских франков и двадцать тысяч иорданских динар, равняющихся и обеспеченных Английским банком, по цене фунта стерлингов.
Получив эти деньги из швейцарского банка, архим. Антоний отправился в Амман, где на эти деньги устроил прием арабской знати и деловых людей. Что это значит? И чем можно объяснить, что он на деньги Миссии находит возможным угощать кого он хочет?
Кроме того, бестактность этой “дипломатической” проделки возбудила неудовольствие израильского правительства, удивление арабского, а в случае возложения знака ППО-ва на короля Гусейна II – гнев Патриарха Иерусалимского. “Что он хочет занять пост Патриарха?” - в гневе вопрошал он. Потом пошли всякие проекты и планы принимаемые Синодом за уже исполненные, за что, к удовлетворению своей мании величия, Начальник Миссии беспрестанно награждался. Орлецы, двукирий и трикирий, второй крест были получаемы им за устроенные им мастерские, за обещание построить стеклянную палату для иконописок Марии-Магдалинской обители, за курорт в Иерихоне, отель на Св. Елеонской Горе и еще прочие фантазии, ни одной не сбывшейся. Все это требует подробных объяснений.
Обвиненный однажды в расхищении имущества Миссии, архим. Антоний решил оправдаться в “Православной Руси” тем, что израильские власти грозятся отобрать от Миссии неиспользованные участки земли. На это быстро появилось опровержение Израильского правительства, что оно отнюдь не предполагает отнимать что-либо от Русской Миссии.
Такое опровержение должно было заставить покраснеть Начальника Миссии, а с него как с гуся вода. При первом посещении Владыки Митрополита Филарета Миссии, он отвел ему помещение не на Елеоне, где имеются архиерейские покои, а в полуподвальном помещении Марии-Маг-далинской обители, существующей на очень ограниченной территории. Это привело к печальному событию. Ночью у Владыки украли чемодан, в котором находились драгоценности и деньги. Совсем случайно, через много времени чемодан был найден и будто бы все ценности оказались не тронутыми, но чемодан не был возвращен и на этом деле царит все та же тайна.
Обещания архим. Антония о мастерских и о иконопиской палате остались лишь обещаниями, нашедшими себе кое-какие намеки, возводившие обмануть Первоиерарха. Дело в том, что в Иерусалиме существовали две сестры, дочери недавно скончавшегося диакона Марии-Магдалинской обители. Старшая из них была инокиня этой обители, но несколько лет тому назад она вышла из монастыря и вместе со своей сестрой сняли две кельи в маленьком греческом монастыре.
В одной они помещались, а в другой писали иконы... Работали обе сестры, и работали не покладая рук. Так как обе сестры работали и на Раскопках, то он и назвал их “мастерской”.
Он задумал на Елеонской Горе построить шикарный отель. Против этого (о позор!) восстал в резкой форме Синод Американской Православной Церкви (см. Н.Р.С. 11.XI-1972 г.). На это архимандрит Антоний ответил, что он предполагал строить отели на местах не считающихся “святыми”. Елеонская ему не святыня (см. статью Петра К. Якубинского Н.Р.С. 17.XI.1972 г., стр. 3).
Многое другое еще можно привести из деятельности архим. Антония, но приходится ограничиться и передать еще лишь несколько фактов, которые являются звеньями одной цепи нарушения закона и этики.
Для того, чтобы оплатить все расходы по содержанию двух автомобилей, шофера, помещение в отеле для “бесплатной труженицы”, банкеты и частые ее и свои полеты нужны были деньги.
И чтобы получить их, он стал обращаться к православной общественности с просьбами о помощи Миссии. Для того, чтобы вызвать сочувствие, в своих обращениях он не всегда придерживался истинного положения вещей, а преувеличивал, а иногда и просто выдумывал.
Так например, в своем воззвании в 1969-70 гг. он писал: “православные русские люди, неужели эти величайшие Святыни... должны будут от недостатка средств закрыться, монашествующие разойстись!...”. В воззвании 17/30 ноября 1971 г. было сказано: “Мы сейчас напрягаем все усилия чтобы как-то организовать свою материальную базу, устроить мастерские... пока что идут только затраты, а на поступления от них можно надеяться не раньше как через год”.
А надо сказать, что не только в 71 году, но и до сих пор о мастерских, как таковых, и помину нет. В воззвании 69-70 гг. всему Православному Народу у него указано 140 монашествующих в двух монастырях и в Вифанской школе более 70-ти девочек. В журнале “Православная Русь” от 14 апреля 1969 года говорится о содержании братии (около 200 человек) с расчетом на минимальную сумму для питания, одежды, обуви, лечения и т.п. В письме к жертвователям в 1973 году говорится: “Для прокормления и полного содержания почти что 200 монашествующих, а также около 100 сирот арабок, находящихся при одной из наших обителей”.
На самом деле монашествующих около 130 и в эту цифру включены девочки подростки. Что же касается того, что ему приходится их “кормить, обувать, одевать и лечить” или “полное содержание”, то это уже его выдумка.
На “полное содержание” монашки он выдает 5 долларов и 95 центов... в месяц. Исходя из этих цифр можно определить, что на пособие священнослужителям (10-12 чел.) и монашествующим (ок. 130 чел.) Начальник Миссии в год выдает не больше 10-11 тысяч, а архим. Антоний в одном из своих обращений пишет: “самый скромный бюджет Миссии... равняется 70-ти тысячам, не включающий в себя огромных расходов по ведению процесса в защиту ее имущества от советского правительства”.
Спрашивается, на оплату чего по бюджету намечены (70.000 - 11.000: 59.000) остальные деньги? Искажение истины в воззваниях и донесениях архим. Антония Синоду поставило Первоиерарха РЗЦ в ложное и опасное положение быть обвиненным в обмане жертвователей. В своем воззвании “К Русским Людям” (“Прав. Русь” № 5, 1974 г.) Владыка Митрополит, ссылаясь на донесение Начальника Миссии, сообщает о необычной по силе снежной бури, которая повалила много оливковых деревьев и повредила много жилищ, из которых некоторые были затоплены и требуют ремонта. Сообщение ложное, т.к. ни одно оливковое дерево не пропало и ни одно жилище не было затоплено.
Чтобы закончить обзор деятельности архим. Антония и дать общее представление о состоянии Миссии и, наконец, вывести обо всем заключение, надо сказать следующее.
Начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, архимандрит Антоний (Граббе) рассылает по почте и печатает в газетах “Воззвания”, “Призывы” и даже ”Просьбы”. В них он указывает на нужды в Св. Земле и призывает “Православных Русских Людей” к жертвенности.
Личный опыт и наблюдения каждого, кто там побывал - это подтверждают. Наружный вид многих зданий имеет очень непривлекательный и запущенный вид, кельи монашествующих с затхлым запахом прогнивших полов, с перекосившимися дверьми и разваливающимися окнами, говорят за то, что средств на ремонты и обновления повидимому нет.
Что касается материального обеспечения монашествующих, то в этой области дело обстоит не лучше. На полное содержание монашки Миссия выдает ей около шести долларов в месяц. В эту сумму входит буквально все: питание, одежда, обувь, лечение и другие хозяйственные расходы.
Всякому здравомыслящему человеку понятно, что иночествующие, не имея помощи от Игумень монастырей, которые в свою очередь получают ее от благотворителей, просто не могли бы существовать. Но скудость эта присуща только монашествующим.
Что же касается архим. Антония, то там картина совершенно иная - полное довольство. Резиденция Начальника Миссии т.н. Раскопки - в блестящем состоянии, все удобства и комфорт. Обслуживающий персонал, секретарша и даже не одна. Вторая не постоянная, но она прилетала в Иерусалим уже десятка полтора раз.
К тому же, так широко рекламируемые в газетах полеты и прилеты самого архимандрита. У него огромнейшая машина и управляет ею не он лично, а шофер, на содержание которого Начальник Миссии расходует больше, чем на пособие всех священнослужителей Миссии. И это факт. С этой машиной связана очень интересная история.
Архимандрит Антоний управлял Миссией с 1968 года, но до сего времени на его машине номер Нью-йоркского Штата Америки, который возобновляется каждый год. Но, спрашивается, как же можно содержать машину в Иерусалиме, пользоваться ею и возобновлять номер машины в Нью-Йорке? Что по этому поводу скажет Изрильское Правительство?
А проделывается это очень просто. В Израиле есть закон, по которому всякая машина, покинувшая пределы Израиля, через месяц может возвратиться с любым иностранным номером годным на два года. Эту-то комбинацию архим. Антоний и проделывает уже 5 лет. Как на эту комбинацию смотрит Израильское Министерство Религий и Греческая Патриархия неизвестно, но предположение сделать можно.
Повидимому расходы, связанные с этой проделкой, архим. Антония не беспокоят, но по камим-то соображениям он все же предупреждает своих соработников умалчивать о них, а если кто спросит, то говорить, что машину отвезли в ремонт, т.е. учит их лгать. Расход же на каждую такую комбинацию выражается в таких цифрах: перевозка машины на пароходе Яффа-остров Крит с таможенными и пр. расходами - около 600 долларов. Проезд сопровождающих - 60-70 долларов с человека, а таковых бывает от двух до пяти. К этим цифрам надо прибавить содержание сопровождающих, расходы на всякого рода поездки по острову и всякие мелкие расходы и тогда получится, что одной тысячей долларов эту махинацию не покрыть. Но и это еще не все расходы. Прогулка на машине по острову может быть связана и с аварией, что уже и было. Во что обошелся там ремонт машины, для жертвователей остается тайной.
И после всего вышеизложенного архим. Антоний предупреждает в газете жертвователей, чтобы они береглись, как он называет, “утечки”, т.е. чтобы жертва, которую православный христианин дает на нужды в Св. Землю не попали бы в руки других лиц, а его лично. А он, как видно из этого случая, их безответственно и бессовестно расточает из-за пустого снобизма. За все время своего пребывания в Иерусалиме архим. Антоний неоднократно обращался к православным людям за материальной поддержкой, но до сих пор не счел нужным представить им свой финансовый отчет. Он ссылается на отчеты “Нашему Высшему Церковному Управлению”, что конечно похвально, но в то же время свои воззвания и призывы он пишет не к “Высшему Церковному Управлению”, а - Православным Русским людям, и простая логика говорит за то, что они даже очень заинтересованы в том, как и на что расходуются их пожертвования.
Эта ссылка на “Высшее Церковное Управление” наводит жертвователей на мысль, что если Высшее Церковное Управление проверяет отчетность архим. Антония, минуя жертвователей, и одобряет такие расходы, выражающиеся в тысячах долларов, как содержание двух автомобилей, устройство приемов, бесконечные полеты, оплата помещений для секретарш в фешенебельных отелях и т.д., то жертвователям ничего иного не остается делать, как предоставить Высшему Церковному Управлению снабжать архим. Антония ссудами на покрытие этих расходов.
На эти махинации, с возобновлением Нью-йоркского номера на машине, уже израсходованы тысячи долларов, и... проделываются они лишь для того, чтобы архим. Антоний Граббе мог разъезжать с шофером в Израиле с американским номером для поднятия престижа. И тут к месту можно отметить, что большинство из жертвователей не может себе позволить платить по тысяче долларов за номер своей машины и иметь шофера. Что же касается престижа, то, как видно, архим. Антоний не понимает, что духовному лицу для престижа гораздо важнее иметь моральный авторитет, нежели черный лимузин с флажком и шофером. А, по всей вероятности, вот этого-то духовного авторитета архим. Антонию и не хватает, т.к. в последнее время его престиж в Иерусалиме явно падает.
Это можно судить по отношению к нему греческого духовенства. Так, 15/28 августа 1973 года настоятель храма Успения Пресвятой Богородицы, архимандрит Анеим потребовал у архим. Антония, который пришел в храм во главе группы паломников, чтобы он снял епитрахиль, которая была на нем, или прикрыл ее мантией. Архимандрит Антоний сделал последнее.
На пасхальном приеме в настоящем 1974-м году, который по тысячелетней традиции устраивает Иерусалимский Патриарх на второй день Светлого Праздника, греческий архиерей заявил русской делегации, которая ожидала прихода Начальника Миссии в соседней комнате с залом, где Патриарх принимал поздравления, что Патриарх вовсе не желает видеть у себя на приеме их начальника, а вы - пожалуйте.
Можно разно объяснять такое отношение Иерусалимского Патриарха Венедикта и греческого духовенства. Можно говорить, что Патриарх масон, что вполне возможно, и что он выполняет просьбу Московского Патриарха, которого он признает, но необходимо отметить, что раньше отношение к архим. Антонию и Патриарха и греческого духовенства было хорошее. Кроме того, надо сказать, что какие бы ни были мотивы у Патриарха, он должен иметь веские основания для такого отношения.
Изложенный материал о деятельности архим. Антония является кратким и далеко не полным описанием, но которого вполне достаточно, чтобы вывести заключение о необходимости расследования и суда за расхищение имущества Миссии».
 
Свидетельства прот. Виктора Потапова
 
«19/1 сентября 1985 г. Муч. Андрея Стратилата и иже с ним
Высокопреосвященнейшему Митрополиту Филарету
Высокопреосвященным Ариепископам и
Преосвященным Епископам
Русской Православной Церкви Заграницей
Глубокочтимые Архипастыри!
Я недавно вернулся с группой прихожан вверенного мне прихода из паломничества в Св. Землю, где мы имели милость духовно укрепиться и душой отдохнуть. На земной родине Господа нашего Иисуса Христа мы удостоились увидеть своими очами множество святынь и притронуться к ним душой и телом.
Однако, видели и слышали мы на Святой Земле и такое, что наложило черное пятно на наши впечатления. Об этом я хочу поделиться с Преосвященными участниками Архиерейского Собора и просить принять меры по устранению этого соблазна.
Заранее прошу простить меня за прямоту и искренность, с которой я буду высказывать свои мысли. Это диктуется чувством долга моей совести и беспокойством многих верных чад Русской Зарубежной Церкви по поводу состояния Св. нашей Церкви, которая является светильником и надеждой для многих верующих не только здесь, на свободе, но и особенно на нашей порабощенной Родине.
В начале нашего паломничества, в гостиницу на Елеонской горе, где наша паломническая группа остановилась, ко мне пришел настоятель монашеской общины в Хевроне игумен Игнатий и со слезами рассказал о своих недавних испытаниях.
Сначала я был несколько смущен тем, что маститый старец просит меня, молодого священника, помощи. Он поведал мне о том, как Начальник Духовной Миссии в Иерусалиме, о. Антоний (Граббе), его преследует. Чтобы не быть голословным, он показал мне телекс, полученный им из Нью-Йорка “от Архиерейского Синода”... Прочитав телекс, я сразу понял, что его автор никто иной, как о. Антоний. Если телеграмма эта действительно исходила бы от Архиерейского Синода, она была бы кем-либо из должностных лиц Синода подписана. Однако данный телекс никем не был подписан.
Игумен Игнатий уже более 30 лет заботится не только о нашем имуществе в Хевроне, но также занимается русским участком в Иерихоне или, как он часто именуется, “Елеонским садом”. Во все это время он ухаживал за садом сперва с ведома игумении Тамары, а после ее кончины, с ведома и одобрения следующей настоятельницы Спаса-Вознесенского монастыря, матушки Феодосии. Уместно отметить, что за все эти годы кроме о. Игнатия и нескольких монахинь, проживавших при саде, никто другой им не интересовался и не занимался.
Имея печальный опыт с о. Антонием в связи с его продажей русских участков в ведении Дуовной Миссии, в том числе и в Хевроне, о. Игнатий воспринял свое отстранение от управления Иерихонским садом, представленное ему в форме неподписанного телекса, как желание Начальника Миссии полностью овладеть садом с целью его продажи.
Отдав 35 лет своей жизни Св. Земле, о. Игнатий был готов отдать саму жизнь за спасение того, что с таким трудом приобретал для Св. Руси светлой памяти архимандрит Антонин Капустин и поэтому делал все от него зависящее, чтобы приостановить дальнейшее расточительство российского имущества в Израиле. Если о. Игнатием и были допущены ошибки в его попытках отстаивания своих прав над Иерихонским садом, они были вызваны тем, что о. Игумен потерял всякое доверие к нынешнему Начальнику Духовной Миссии. Можно себе представить отчаяние старца...
Вернемся к телексу. Прочтите его внимательно, дорогие святители, - внимательно. Какие в нем кроются угрозы, лицемерие и фальшь! Вот русский перевод телекса:
“Июль 29-го
Игумену Игнатию
От Архиерейского Синода
Архимандрит Антоний является начальником Русской Духовной Миссии и настоятелем братства по определению Синода и Собора.
Послушание ему и его распоряжениям должно рассматриваться как обязательство. Он действует в согласии с указами Синода.
Пожалуйста прекратите всякие действия в Иерихоне, которые теперь не являются Вашей ответственностью и Вас не касаются.
Непослушание начальнику миссии будет рассматриваться Синодом как непослушание и бунт против церковной власти, что по канонам строго наказывается.
Мы должны служить нашему Господу со смирением и в послушании церковным властям. Непослушный же, согласно Апостолу, должен рассматриваться как язычник и мытарь, что значит - быть отлученным от Церкви и, в случае священника, даже запрещенным в служении или лишенным сана. Вспомните Ваши обеты при пострижении и рукоположении и не лишайте себя спасения через великий грех нарушения их. Мы советуем Вам быть осторожным”.
Единственная правда в этом телексе в том, что ее автор, о. Антоний, действительно, хотя и к великому сожалению, является нынешним Начальником Русской Духовной Миссии в Иерусалиме.
Обратите внимание на то, кто кого поучает. Распутный, страдающий манией величия человек - маститого старца, подвижника, снискавшего к себе любовь и уважение множества людей, знающих его молитвенную жизнь и самоотверженную преданность Св. Земле.
О. Антоний, попиратель стольких канонов и нарушитель всех монашеских обетов - поучает о. Игнатия о необходимости следованию канонам и напоминает о грехе нарушения иноческих обетов.
Цель этого телекса - запугать. Это очередной выстрел в психологической войне, объявленной человеку, живущему в относительной изоляции от собратьев по вере в одном из самых опасных мест в Израиле, где сосредоточены самые воинственные палестинцы, часто сталкивающиеся со столь же воинственными евреями-поселенцами.
Когда не станет о. Игнатия, найдет ли Синод другого человека, согласного жить в Хевроне? Если о. Игнатий прожил все эти годы в Хевроне без особых инцидентов с арабами - это только потому, что он нашел с ними общий язык. Нужно ему за это воздать должное.
И вот, такому человеку о. Антоний шлет угрожающие телексы. Повторяю: это психологическая война, и эта война ведется о. Антонием не только против о. Игнатия, но также и против других людей, отдающих свою жизнь Св. Земле. Когда же прекратится этот произвол?!
 
***
 
Я был поражен, до какой степени духовная жизнь в нашей Миссии расшатана. Монахини вынуждены заботиться, каждая в отдельности, о хлебе насущном, потому что Начальник практически ничего не дает из казны Миссии на их содержание.
Если в 1974 году монахини получали от Миссии по 6 долларов в месяц, то теперь им выдается меньше двух и это несмотря на то, что жизнь в Израиле, из-за астрономической инфляции, стала неимоверно дорогой. Если бы не помощь Е.С. Фишер и других благотворителей, положение наших монашествующих в Св. Земле было бы катастрофическое.
Священников не хватает. В Гефсимании совершает все богослужения один Архимандрит Нектарий. Единственные молодые священнослужители - это игумен Андроник, которому по молодости не разрешено исповедывать, и архидиакон Серафим, который из-за невыносимого положения в Миссии поговаривает о переходе в Иерусалимскую Патриархию.
Почему такой недостаток духовенства? Из-за о. Антония, который не терпит подлинно духовных людей. Яркий тому пример - его отношение к о. Игнатию. Подлинно духовный человек будет видеть Начальника Миссии насквозь и будет живым укором его совести. Ведь о. Антоний живет не как монах и даже не как благочестивый мирянин.
Монашествующие, помнящие жизнь в Иерусалиме до приезда туда в 1968 году о. Антония, в один голос говорят, что раньше жили тихой, спокойной жизнью. С приездом нынешнего Начальника все пошло кувырком. Я более чем убежден в том, что все беды нашей Духовной Миссии в Иерусалиме исходят от о. Антония и будут усиливаться, пока он занимает столь видное и чрезвычайно важное место в нашей Церкви.
 
***
 
Когда я перечитывал телекс-угрозу о. Антония игумену Игнатию, я понял, что его автор способен на все.
Мне вспоминается начало 70-х годов, когда мы с моей матушкой были свидетелями мучительного признания и покаяния Нины Мейер-Хеллиге, рассказавшей нам обоим о своей трехлетней любовной связи с о. Антонием, об аборте, который он финансировал, отправив ее для этой цели в Мексику, убедив ее в том, что до трех месяцев плод чрева - это «масса».
Приснопамятный архиепископ Андрей первый услышав исповедь Нины, назначил ей епитимию, а затем допустил к Св. Потиру. О. Арсений, духовник Леснинской обители во Франции, Нину духовно поддерживал, как и архимандрит Киприан.
Несчастная Нина лишилась рассудка. Это происходило на наших глазах в нашем доме в Стратфорде (шт. Коннектикут), где она некоторое время жила. Свидетелями угроз и запугиваний Нины со стороны о. Антония и того, как после ее беседы с Владыкой Митрополитом она столкнулась с полным непониманием и недоверием нашего Первоиерарха. Ведь любой нормальный человек от такого опыта с ума сойдет!
Однажды архиепископ Антоний Женевский, знающий Нину с детства и также о ее связи с о. Антонием, - завещал мне никогда ее не оставлять. Я это не забыл. Нина не может сейчас себя защитить. Это мой долг, как ее бывшего духовника, и долг моей матушки, как подруги Нины.
Мы готовы в любое время, в присутствии Вас, наших архипастырей, и перед о. Антонием повторить не только то, что излагается в этом письме, но добавить еще многое другое.
Пусть о. Антоний не прикрывается теперешним сумасшествием Нины, ибо ее нынешнее болезненное состояние только подчеркивает весь ужас греха любовной связи столь видного священноархимандрита с молодой женщиной.
Поскольку эта связь могла опозорить нашу Церковь в Иерусалиме, я счел необходимым, чтобы Нина рассказала все Митрополиту Филарету. Я думал тогда, что у него найдем справедливость и мудрый выход из положения. Нина согласилась на эту встречу. В назначенный день мы пришли к Владыке Филарету. Она рассказала ему все, что и нам с матушкой говорила ранее, добавив, что в течение трех лет жизни с о. Антонием она потеряла совесть, и львиную долю ответственности за эту связь брала на себя.
Следует отметить, что Нина сказала тогда Митрополиту, что хотя сама она прервала связь свою с о. Антонием и покаялась в своем грехе, она решила рассказать все Первосвятителю из-за своей обеспокоенности духовным состоянием ее бывшего любовника.
Владыка Митрополит терпеливо выслушал, только изредка прося Нину повторить то или иное в повествовании.
Я был озадачен и огорчен безмолвием Митрополита. Однако, вскоре после этой встречи Владыка нарушил свое молчание. Я получил от него четыре письма, в которых он настойчиво мне советовал остерегаться “изолгавшейся психопатки” (Нины).
В своих письмах Митрополит писал, что ее показания приняты быть не могут потому, что она не может представить 2-3 свидетелей этой любовной связи. Поэтому Синод даже не принял ее обвинения к разбору.
Последнее меня поразило, ибо все архиереи, с которыми я об этом говорил, нисколько не сомневаются в том, что Нина была любовницей о. Антония. Не сомневались, но и ничего не делали.
Мне кажется, что если Синод хотел всерьез разобраться в этом деле, он мог бы вызвать Нину на очную ставку (она была тогда на это готова) или вызвать меня или мою матушку или побеседовать с архиепископом Андреем или целым рядом других людей - свидетелями мучительного признания Нины.
Однако, это сделано не было. Почему? Кем не были приняты к разбору Синода показания Нины?! Нина со временем узнала, что она не единственная любовница о. Антония, когда однажды, ночуя в его кабинете в Синоде, обнаружила два письма - одно от “Зайчишки” (Е.Н. Кадесниковой) к “Зайцу” (о. Антонию).
Нина сделала копии этих писем, а оригиналы послала обратно о. Антонию для того, чтобы он знал, что ей теперь все известно, что она Нина, не единственная в жизни архимандрита.
Прочитав эти письма, Владыка Митрополит писал мне, что эта переписка хотя и носит характер очень близких отношений между молодой особой и священноархимандритом, он и Синод (кто именно в Синоде?) считают, что “дальше этого у них не доходило”, и “не считает эти письма безусловными доказательствами преступной связи между ними”, и что он, как духовник обоих, знает их и убежден, что оба они “кристально чисты”.
Таким хочет видеть их доверчивый Митрополит, очевидно не понимая, что человек, который творит столько беззаконий, способен “кое-что” скрыть на исповеди.
Для каждого, кто прочтет эти письма, станет ясно, что здесь, как в свое время метко выразился архимандрит Киприан – “драматические вопли ревности покинутой любовницы, обращенные к охладевшему к ней кавалеру, который, что видно из письма “Зайца” к “Зайчишке”, обманывает ее, прикрываясь ласковыми эпитетами и увлекшись флиртом по другой линии”.
Кроме Е.Н. Кадесниковой, несчастной Нины Мейер-Хеллиге, есть и другие жертвы любовных похождений о. Антония. О. архимандрит знает, кого я имею в виду...
В письме от 1-го октября 1975 года Митрополит Филарет писал мне о том, что показания Нины не могут быть приняты всерьез из-за повеления ап. Павла, учившего, что обвинения против пресвитера могут быть приняты только при наличии двух-трех свидетелей.
Таким образом, нужно представить в качестве свидетелей участников оргии? Повидимому мучительные признания отдельных лиц веса не имеют. Таких лиц с легкостью клеймят лгунами, психопатами, агентами КГБ и т. д. Я достоверно знаю, что такой подход пугает других жертв о. Антония к признанию их с ним любовной связи. Получается, что мы должны ждать, чтобы сам о. Антоний признался. Ну что же - будем ждать, а тем временем он будет продолжать калечить другие души и дальше позорить нашу Церковь...
Многие из Вас в домашней обстановке, за чашкой чая, сокрушаетесь по поводу деяний о. Антония и признаете его преступления. Некоторые из Вас утверждают, что некем заменить о. Антония.
Простите, Владыки, но это страшно слышать, ибо в этом намек на неуверенность в том, что Господь никогда не оставит Церковь. Ведь нет незаменимых людей!
Отстраните о. Антония от поста Начальника Миссии и Вы сами удивитесь, как скоро Господь пошлет достойную ему замену.
В свое время во время беседы с епископом Григорием, мы с духовенством нашего собора в Вашингтоне подняли вопрос о возможности духовного суда над о. Антонием. Тогда Вл. Григорий сказал, что этого сделать нельзя по той причине, что о. архимандрит занимает столь важное и видное положение в Иерусалиме, и даже сравнил его с бывшим президентом Никсоном (не вдаваясь в вопрос о справедливости лишения Никсона поста президента, следует заметить, что США не пропали без него).
Получается, административные дела, церковная политика и, повидимому, семейная честь выше чистоты Церкви Христовой!
Глубокочтимые Арипастыри! Если о. Антоний был бы простым мирянином, все это было бы его личным грехом. Но пока на нем высокий сан и он совершает Бескровную Жертву - он грешит против Св. Духа, позорит Церковь и Вас, ее святителей, в том числе.
Чтобы среди нас восторжествовали зло и всякая неправда, достаточно нашего молчания и бездействия.
Нина призналась ровно десять лет назад, в 1975 году, и мы все эти годы молча терпим все зло, которое о. Антоний приносит нашей Церкви. Непонятно, как мы можем поучать других относительно чистоты Православия (некоторые даже берут на себя дерзость рассуждать, где есть и где нет благодати), когда в нашей собственной церковной среде допускается такая личность, как о. Антоний.
Мы справедливо и поделом критикуем иерархов Московской Патриархии, вынужденных делать то, что диктует им сверху безбожная власть, и вынужденных терпеть развратников в рясах, поставленных той же властью для разрушения приходов и для дискредитации Церкви перед лицом верующих.
А мы? Кто нам на свободе диктует терпеть беззакония о. Антония? Ведь нам никто не угрожает психушками и лишением личной свободы или ссылкой... Вернемся к деятельности о. Антония в Св. Земле.
Он тратит значительную часть пожертвований верующих, посылающих свои деньги на конкретные нужды наших обителей в Св. Земле, - на личный комфорт, на подарки любовницам, на частые полеты в США и обратно и в другие страны, всегда первым классом; на фешенебельные отели себе и Е.Н. Кадесниковой, на телохранителей, на телефонные разговоры, за которые Миссия платит огромные суммы, на роскошные вечеринки-кок-тейли и на целый ряд других совершенно ненужных вещей. И всегда это объясняется “представительством”.
Никто не оспаривает, что Начальник нашей Духовной Миссии должен быть представительный. Однако, ничто так не украшает человека, как духовная скромность, особенно священнослужителя, и тем паче монаха.
А чего стоят весьма сомнительные поездки в Амман о. Антония, имеющего при себе огромные суммы денег? У меня есть сведения, что его на израильско-Иорданской границе поймала и потрепала не вооруженная банда, как он для отвода глаз писал в “Хронике” НРС, а израильская военная власть.
О. Антоний недавно отдыхал в Мексике. Не лучше ли священноиноку, вынужденному по обстоятельства службы жить в миру, - отдыхать в монастыре? А он во время Успенского поста едет в Мексику, в страну, где нет ни одной нашей церкви! Отдых в Мексике - это что, тоже представительство? За чей же счет он отдыхал в Мексике? Во всяком случае не на деньги Е.С. Фишер, которая, зная его расточительность, прекратила ему что-либо давать. Может быть, на деньги, которые жертвуются для конкретных нужд нашей Миссии?
А может быть, он поехал в Мексику на деньги, полученные недавно от Израильского правительства? Кстати, почему члены нашей Церкви до сих пор не были оповещены о внесудебном соглашении, достигнутом между о. Антонием и Израилем? Мы, что, не имеем право знать?
Почему даже иерархи нашей Церкви не знают точно, какую сумму о. Антоний должен получить? Один архиерей говорит два миллиона, другой четыре. О том, что о. Антоний получает крупную сумму от Израиля, я узнал не из канцелярии Синода, а из конфиденциального меморандума, составленного Государственным Департаментом США!
Так, в июле с.г., за две недели до начала нашего паломничества в Св. Землю, мне позвонил сотрудник Государственного Департамента и сообщил об этом документе, в котором обсуждаются русские церковные дела в Израиле.
Документ этот интересен тем, что, во первых, показывает, как внимательно следит за нашей Миссией в Израиле американское правительство, и, во вторых, тем, что в нем обсуждаются возможности восстановления дипломатических отношений между Израилем и Советским Союзом еще до того, как эта информация стала общественным достоянием.
В этом документе, в частности, говорится о том, что Русская Духовная Миссия Зарубежной Церкви, в результате внесудебного соглашения, на протяжении следующих шести лет получит от израильского правительства в виде компенсации за отнятое в 1948 году имущество - семь миллионов долларов (7.000.000).
Это звучит как будто внушительно. Однако, отдаем ли мы себе отчет в том, что теперь наша Церковь потеряла навсегда все права на отнятое имущество?
В этой связи встает множество вопросов, на которые чада нашей Церкви, поддерживающие нашу Духовную Миссию своими пожертвованиями, имеют полное право получить ответы. Например, кем было проведено решение принять предложение Израиля? Другой вопрос: кто является распорядителем этих сумм? Синод? - Нет. Их хозяин – Православное Палестинское Общество (ППО). А кто председатель ППО? - О. Антоний.
Таким образом, распоряжаются фондами ППО он и попечительство Общества, состоящее, главным образом, из близких ему людей.
Тот факт, что о. Антоний одновременно Начальник Русской Духовной Миссии и председатель Православного Палестинского Общества, - явление само по себе возмутительное и чреватое серьезными последствиями. Где это видано, чтобы один человек председательствовал бы одновременно в двух столь тесно между собой связанных организациях? В светских организациях такое положение вещей не допускается потому, что может привести к ущемлению интересов той или иной стороны. В данном случае это ущемление интересов постоянно происходит. Получается, не Вы, наши архиереи, контролируете крупные суммы, поступающие в казну ППО, а о. Антоний и его тесный круг сотрудников. Вы не успеете оглянуться, как эти деньги будут растрачены.
Представляется целесообразным, чтобы специально назначенная - всем архиерейским собором - комиссия, состоящая из двух-трех архиереев и двух-трех священников и, может быть, ряда компетентных мирян, немедленно рассмотрела бы все документы судебных процессов, внесудебного соглашения и бухгалтерские книг как Русской Духовной Миссии, так и Православного Палестинского Общества и приняла бы меры к тому, чтобы все церковные суммы на счетах Миссии и ППО находились бы под полным контролем Архиерейского Синода.
Как известно, о. Антоний злоупотребляет суммами не только на Св. Земле. Сколько денег Восточно-Американской епархии ушло на теперь никому не нужную, кроме о. Антонию (его тщеславию) гимназию!
Когда я был председателем ревизионной комиссии Восточно-Аме-риканской епархии, во время годичной ревизии книг епархии, комиссия вынуждена была списать 16,000 долларов, которые Митрополит Филарет занял у епархии для гимназии о. Антония.
Да и вообще, гимназия приносит одни только соблазны. Например, в июне 1982 года, во время Петровского поста, был устроен бал в пользу гимназии в известном аукционном учреждении Сотоби Парк-Берна в Нью-Йорке, где распродается русская старина, в первую очередь, церковная.
Почему о. Антонию было разрешено устроить бал во время Петровского поста, - то, что запрещается нашим приходам?
Напрашивается другой вопрос: почему был устроен этот вечер именно в бальном зале Сотоби Парк Бернэ? Какая связь о. Антония с этим учреждением?
А связь та в том, что мероприятия отца архимандрита приносят им хороший доход. Видите ли, о. Антоний этому аукционному учреждению отдал ценности, взятые из известного сундука, подаренного Новомученицей Великой Княгиней Елизаветой Федоровной Миссии и хранящегося в Гефсиманском монастыре, в частности, серебряную мироносицу, использованную во время коронации Государя Александра III.
О. Антоний, видно, большой любитель не только русского антиквариата, он разбирается также и в египетской старине.
Как Вам известно, на Елеоне есть музей, который хранит много реликвий античного, доантичного и византийского периодов. Этот музей, как и многое другое на Святой Земле, был устроен архимандритом Антонином Капустиным.
В августе 1975 года египетские экспонаты Елеонского музея были осмотрены сотрудником Бруклинского музея в Нью-Йорке, г-ном Патриком Карданом. Один из предметов египетского антиквариата музея, осмотренного американским ученым, был порфировая статуя фараона Аменхотепа 3-го, размером 8 1/2" х 10,4" (?!), которую он оценил в сумму 30,000-35,000 долларов.
Другая статуя, представляющая собой голову египетской королевы, размером 4" х 5" была оценена г-ном Кардэном в сумму 15,000-20,000 долларов. Вся эта информация была передана о. Антонию.
В ноябре 1975 года (в то время, когда писал мне Митрополит о том, какой невинный о. Антоний), будучи на Елеоне со своим тогдашним сотрудником Михаилом Фостером, о. архимандрит вручил ему матерчатый мешок и повелел М. Фостеру пойти к игуменьи Феодосии за ключом от музея и изъять, как он выразился, “идола”, т.е. фараона и ни одной душе не говорить об этом.
Фостер, думая, что он исполняет какое-то важное поручение, из послушания выполнил повеление Начальника Миссии.
На следующий день Начальник уехал через Амман в Нью-Йорк. Почему через Амман? Очень просто. На Израильско-Иоарданской границе (на мосту Алленби) не так тщательно проверяют багаж, как это делается в аэропорту в Тель-Авиве.
Спросите, дорогие владыки, о. Антония, где теперь “идол” - статуя Аменхотепа 3-го? Примечательно, что когда мы с паломниками посетили Израильский музей в Иерусалиме, мы среди прочих экспонатов обратили внимание на надгробье израильского царя (к сожалению, не помню, какого имени). Наш взор был привлечен объяснительной дощечкой, прикрепленной к пьедесталу надгробья: «Приобретено у Русской Духовной Миссии».
Нам, русским людям, было больно это видеть...
А сколько еще ценных предметов из сокровищниц наших обителей в Св. Земле было разобрано Начальником Миссии?
Если все, что я сейчас утверждаю, - неправда, то пусть о. Антоний представит Вам подлинный инвентарь всех ценностей нашей Миссии - подлинный инвентарь. А что касается инвентарного списка Гефсиманской обители, то боюсь, что Вы его не найдете в архиве Марии-Магдалинского монастыря, ибо его собственноручно унес о. Антоний (есть свидетели). Да вообще, сохраняются ли инвентарные списки в нашей Духовной Миссии?
Примечательно, что всякий раз, как находится кто-то, кто открыто выступит против злодеяний нынешнего Начальника Русской Духовной Миссии, ему тут же угрожают прощениями, запретами, отлучением.
Отец Игнатий дерзнул выступить против действий о. Антония и его клеймят за то, что он “поддался греху гордости и самочиния” и “ведет немонашеский образ жизни” (как будто о. Антоний ведет настоящий монашеский образ жизни).
Одна игуменья, за то, что в 1981 году заступилась за о. Игнатия, призывается к прядку (“вмешивается не в свои дела”). Другую инокиню, случайно увидевшую о. Антония набивающего карманы своей рясы старинным русским серебром, хотели сослать в Австралию.
А сколько было отлучено от причастия из-за о. Антония? В частности, Т.С. Денке, который в 1974 году погиб без приобщения Св. Христовых Тайн. Я предалагаю Вашему вниманию этот доклад, составленный Т.С. Денке в 74-м году для того, чтобы освежить Вашу память относительно беззаконий о. Антония с 1968 по 1974 гг.
Владыка Митрополит назвал гибель Денке карой Божией за его, якобы, противление церковной власти (а гибель прочих людей в авиалайнере - за что же они погибли? Это тоже кара Божия?). Так повидимому считает о. Антоний.
Я никогда не забуду, как однажды ночью к нам в Стратфорд приехала Нина Мейер-Хеллиге. Крайне испуганная, она держала в дрожащих руках только что полученную от о. Антония записку, в которой его рукой было написано: “Если Ты не прекратишь свою кампанию против меня. Ты кончишь, как Денке”.
Я немедленно отправил Нину с этой гнусной запиской к архиепископу Антонию Сан-Францискому (он сделал копию записки), который, прочитав ее в присутствии Владимира Дерюгина (он тогда еще не был иереем), повернулся к образам, перекрестился и произнес: “Божья Матерь этого не допустит”!
 
* * *
 
Большая часть земельных участков, построек и ценностей, ныне находящиеся в ведении нашей Духовной Миссии в Св. Земле, были приобретены для России приснопамятным архимандритом Антонинам Капустиным. Им было создано для русского имени и для Православной Церкви столько, сколько не создать и нескольким поколениям. России был оставлен залог в Палестине.
Значительная часть этого залога в настоящее время в ведении свободной части Русской Церкви. Сумеет ли она его сохранить? Сумеете ли Вы, дорогие владыки, принять нужные и немедленные меры, чтобы остановить бурю, расстраивающую жизнь в нашей Миссии? Сумеете ли Вы найти нового Антонина: любящего Россию, верного сына своей Церкви, хранителя ее быта и преданий, чистого инока, доброго пастыря, администратора, наконец, хозяина?
Нужно его найти или хотя бы человека, который будет ему подражать и стремиться к его идеалам, ибо сейчас совершается великий исторический грех перед нашей Родиной и нашим народом, так как вместо хранения нашего залога в Св. Земле, нынешний Начальник Духовной Миссии его расточает.
В библиотеке Спаса-Вознесенского монастыря на Елеоне я нашел номер издававшегося нашей Миссией в 30-х годах журнала “Святая Земля”. В первом выпуске этого издания была опубликована замечательная статья тогда еще архиеп. Анастасия – “Русский народ и Святая Земля”. В этой статье владыка Анастасий, в частности, пишет:
“Ныне по попущению Божию пресеклась временно историческая связь, соединявшая Св. Русь с Св. Землею. Погас священный огонь, принесенный некогда паломниками на Русскую землю, но не погасла там вера в Воскресшего Спасителя. Наоборот, ныне более, чем прежде, Распятая Русь с упованием взирает на Живоносный Гроб, как на залог и источник своего воскресения. И когда исполнится наконец мера испытания Русского народа и Господь услышит воздыхание окованных, тогда оживут изсохшие кости и снова дохнет на них дух жизни. Оживленные его дыханием, тысячи русских людей снова могучим потоком устремятся в Св. Град, чтобы принести хвалу Христу - Победителю ада и смерти, и тогда раздастся здесь снова глас многочисленного народа: “Аллилуйя””.
Дай Бог, чтобы сбылась эта надежда приснопамятного владыки! Но к этому времени, - что останется от прежнего достояния Русской Духовной Миссии, так бережно и с такой любовью собранного архимандритом Антонином и охраняемого Вл. Анастасием и недавно скончавшимся архим. Димитрием? Это, досточтимые архипастыри, всецело в Ваших руках.
Необходимо, чтобы Собором были бы немедленно арестованы все документы Миссии, как в Израиле, так и в Нью-Йорке. Нужно отстранить нынешнего Начальника от дел и назначить особую комиссию для расследования всего положения нашей Духовной Миссии, а также всей деятельности о. Антония.
Необходимо, наконец, опросить монашествующих в Иерусалиме и многих других свидетелей, имеющих прямые данные и доказательства всего описанного выше.
Дорогие Владыки! Если не будут приняты срочные меры, чада нашей Церкви будут просто не в состоянии мириться далее с положением в Русской Духовной Миссии и в Православном Палестинском Обществе и с неблаговидной деятельностью их начальника.
Как же долго можно таить шило в мешке? Когда все станет известно всей Церкви, может быть, будет слишком поздно...
Испрашивая Ваших святительских благословений и святых молитв, остаюсь
Преданный Вам, прот. Виктор Потапов.
П.С. К тому, что я писал о внесудебном соглашении, в результате которого о. Антоний должен получить 7,000,000: этот вопрос должен быть рассмотрен всем Архиерейским Собором. Не скомпрометировал ли Начальник Миссии навсегда наши Российские интересы в Св. Земле, приняв эти деньги? Не имела ли место неблаговидная сделка?».
 
* * *
 
Матушка отца Виктора Мария Потапова в дополнение к «Открытому письму» о. Виктора послала свое письмо, которое не лишено некоторых подробностей любовных похождений о. Антония Граббе.
«14(1).86 Вашингтон, Д.С.
Преосвященным членам Архиерейской Комиссии
по делу архимандрита Антония (Граббе):
Архиепископу Антонию
Архиепископу Лавру
Епископу Илариону
Глубокочтимые Архипастыри!
Считаю своим долгом добавить к Открытому письму Архиерейскому Собору Русской Зарубежной Церкви о. Виктора некоторые детали о Нине Мейер-Хеллиге и ее связи с о. Антонием (Граббе).
Как Вы знаете, Нина, из-за болезни не в состоянии свидетельствовать за себя, но я, как очевидец ее признания и покаяния, а также как подруга ее с детства, считаю своим долгом за нее это сделать.
Заранее прошу прощение за неприятные подробности, но необходимо, чтобы Вы знали о них, дабы представить себе весь ужас содеянного. Нина наверняка ни с кем, кроме как со мной не могла делиться обо всем этом, т.к. молодой женщине легче рассказать такую историю близкой подруге, нежели кому-либо другому.
Нину Мейер-Хеллиге я знаю с детства; познакомились мы с ней в Леснинской обители, куда она приезжала из Германии. В 1967-68 году (Нине тогда было 19 лет) она решила переселиться в Соединенные Штаты, где она буквально никого не знала. Матушка Магдалина (Граббе), бывшая в те годы Благочинной Леснинского монастыря, направила Нину к своему племяннику о. Антонию в Нью-Йорк, с тем, чтобы он ею занялся и помог.
Таким образом у Нины возникло знакомство с о. архимандритом Антонием, которое, однако, из простого знакомства перешло в любовную связь.
Согласно рассказу Нины, первая такая связь произошла после того, как о. Антоний ее напоил. После этого, по словам Нины, ей было так стыдно, что она не могла людям смотреть в глаза.
Далее о. Антоний начал признаваться ей в горячей любви, уверяя ее, что она единственная и первая в его жизни. О. Антоний внушал ей, что в их связи ничего плохого нет по той причине, что чистая, глубокая любовь мужчины и женщины естественно выражается в форме телесной любви.
Объясняя это “с духовной точки зрения”, о. Антоний ссылался на Свящ. Писание и указывал на то, что люди по своей греховности исказили и превратили в грех и грязь то, что в самом деле “чистое и возвышенное”...
Нина сдалась и это положило начало трехлетней между ними любовной связи. Вскоре Нина влюбилась в о. Антония и совершенно сознательно начала вести такой образ жизни, ибо была уверена, что все монахи так живут.
В это время Нина работала в Швейцарской авиакомпании “Сви-сэр”. В этом качестве о. Антоний использовал Нину для того, чтобы привозить и вывозить из Израиля несметное количество всякого груза и ценностей невзирая на то, что Нина могла бы за это потерять работу и что из-за его товара перегружались самолеты. Как служащая “Свисэр” Нина могла даром путешествовать по всему миру.
Любовные встречи о. Антония и Нины происходили в разных странах и при различных обстоятельствах - в Греции (в Афинах), в Иерусалиме на Раскопках и в гостиницах, в Нью-Йорке в синодальной его комнате, хотя в последнем месте о. Антоний не любил, по понятным причинам, встречаться. Тем не менее он придумывал всякие черные “входы” и “выходы”, но несмотря на это жители и служащие Синода все равно замечали ее сомнительные посещения. (О. архимандрит Арсений, который тогда был келейником владыки Митрополита, хорошо помнит эти визиты). О. Антоний любил по вечерам вызывать Нину по телефону, сообщив ей таким образом адрес очередной встречи.
Нина рассказывала, что о. Антоний очень увлекался порнографическими журналами, хотел “все испробовать”, “все возможные варианты”. Нина мне призналась, что для нее это испробование “всех вариантов” было физически мучительным. Нина рассказывала мне, как о. Антоний ей хвастался как он врет на исповеди у Митрополита, и что за все это “их будут жарить на сковородке”. Цинично то, что он старался воздерживаться от половых сношений по субботам накануне службы (!).
Никогда Нина так широко и роскошно ни жила, как в то время, когда у нее была эта связь с о. Антонием. Он ей давал много денег, покупал дорогую одежду и разные другие ценные подарки.
Через некоторое время о. Антоний стал уговаривать Нину выйти замуж, чтобы было легче им встречаться, “камуфлируясь браком”, т.к. менее подозрительно будет ему с ней встречаться, когда она будет замужней, чем с “девушкой”.
В это время в Нью-Йорке жил некий Михаил Оболенский, который был неравнодушен к Нине, но ей не нравился, т.к. она была увлечена о. Антонием. Через некоторое время Нина стала беременной. Когда о. Антоний об этом узнал, он начал настойчиво уговаривать Нину пойти в кровать к М. Оболенскому и затем заявить, что ребенок, которого она несет, - от Оболенского.
Нина это сделала на втором месяце беременности. Когда Нина об этом мне рассказывала, она обливалась слезами и говорила, что это было самое отвратительное испытание в ее жизни и за это себя возненавидела и презирала.
М. Оболенский, узнав о беременности, хотел немедленно на ней жениться, и сказал ей, что и речи не может быть об аборте.
Когда Нина стала перед этой реальностью, она испугалась и отказалась - она не могла себе представить жизнь с человеком, которого она не любила и делать вид, что это его ребенок, тогда как в самом деле он ребенок о. Антония.
О. Антоний быстро понял, что этот “трюк” не пройдет и стал настаивать на аборте, доказывая Нине, что до трех месяцев плод чрева – “масса”. Он дал ей 500.00 долларов (сравнительно большая сумма в то время) и отправил ее для совершения аборта в Мексику (в начале 70-х годов в США аборты были запрещены законом).
Аборт в Мексике имел место в примитивных условиях и имел для Нины плохие психические последствия. Нина мне сказала, что в момент аборта она испытывала страшное физическое и духовное опустошение, которое ее никогда не оставляло.
Следует добавить, что Нина всю жизнь особенно любила детей, а дети - ее (я это знаю по тому, как она любила и относилась к нашему сыну Марку, который ей отвечал такой же любовью).
Нина не находила себе покоя, все время задавала себе бесконечные вопросы: что с этим абортированным ребенком теперь? где его душа? убийца ли я? и т.д. и т.п...
Нина показывала в своей записной книжке адрес места, куда о. Антоний ее отправил на аборт. Несчастный Михаил Оболенский до сего дня думает, что Нина абортировала его ребенка...
С момента аборта отношения Нины с о. Антонием стали постепенно меняться. Она стала подозревать, что она не единственная в его жизни женщина. Она обнаружила в канцелярии о. Антония его переписку с Еленой Кадесниковой, которую она украла. О. Антоний это понял и начал требовать, чтобы она ему вернула переписку. Под угрозами она ему вернула упомянутые письма, сделав себе, однако, копии.
Тем временем Нина познакомилась с Сергеем Дьяченко (он сейчас духовный сын иеромонаха Григория в штате Колорадо, где сам ныне проживает), который по ее поведению догадался о странной и ненормальной связи ее с о. Антонием.
Он дал Нине об этом знать и помог ей ему (Дьяченко) признаться. С. Дьяченко был первый человек, которому Нина призналась в этой связи. Он ее повел к архиепископу Андрею Рокландскому, который был тогда духовным отцом Сергея. Следующий человек, которому Нина открылась, это мне, а через меня о. Виктору.
Я могла бы еще многое рассказать - о том, как о. Антоний всеми силами старался заманить Нину вернуться к нему, обещая обеспечить ей удобную, богатую жизнь. Для того, чтобы заставить его отстать от нее, Нина из фотокопии письма Е. Кадесниковой к о. Антонию вырезала последнюю фразу 1-й страницы и послала ему это, чтобы он понял, что у нее хранится эта фотокопия. Тогда о. Антоний начал опять ее преследовать и запугивать.
Многое из того, что потом произошло Вы уже знаете из письма Собору о. Виктора. В заключение хочу лишь добавить, что я была поражена, с какой болью и с каким искренним переживанием Нина во всем этом признавалась мне и о. Виктору. Я этого никогда в жизни не забуду. Мы с о. Виктором были свидетелями того, как о. Антоний ее преследовал. Если Вы посчитаете нужным меня вызвать для устного показания, я готова на это в любое время.
Испрашивая ваших св. молитв, остаюсь Искренне Ваша, Мария Потапова.
П.С. Я утверждаю, что Нина Мейер-Хеллиге никогда не была наркоманкой и не пила, ибо не переносила алкоголь. Правда, она много курила. После пережитого шока, вызванного полным недоверием Митрополита Филарета к ее искреннему признанию в любовной связи с о. Антонием, Нина стала чуждаться людей, включая нас. Нина совершенно потеряла веру в людей и общается теперь только с животными (кошками и собаками), живет в подвальном помещении в Нью-Йорке, отказывается говорить по-русски, а только по-английски и немецки, и придумала себе другое имя».
 
* * *
 
«7 ноября (День скорби и непримиримости) - 18 ноября 1988
“Души казненных стучат в наши сердца”
Его Высокопреосвященству,
Высокопреосвященнейшему Митрополиту Виталию
и всем Архипастырям Русской Православной Церкви Заграницей
Досточтимые Святители, Христос посреди нас!
Настоящее письмо я намерен был послать моему епархиальному архиерею, Владыке Митрополиту Виталию, однако, после долгих раздумий, я решил адресовать его всем архипастырям нашей Церкви, поскольку затронутые в нем проблемы, по моему глубокому убеждению, касаются духовной судьбы всей Русской Зарубежной Церкви и всех ее епископов.
Боюсь, что это присьмо принесет Вам изрядные волнения, за что заранее прошу прощения. Полученные мною 16-го ноября сведения о состоянии здоровья епископа Григория Граббе вынуждают меня выслать настоящее письмо срочно, раньше, чем я был намерен, так как если момент будет упущен, я себе этого простить не смогу. Все последние годы во мне созревало это присьмо...
Мне кажется, наступило время поговорить о некоторых весьма серьезных проблемах, которые я давно хотел с Вами откровенно обсудить. Совесть побуждает меня с Вами поделиться страшной реальностью, которая стоит перед всеми нами, членами Зарубежной Церкви. Я выскажу в этом письме кажущиеся на первый взгляд резкие мысли, но молю Вас, не воспринимайте мои высказывания, как желание оскорбить Вас. Это не так.
По мере сил и возможностей я стараюсь жить и служить страждущей России. За последние годы я много узнал о трагических судьбах плененной части Русской Церкви нашего столетия.
Одновременно, привелось мне близко и лично столкнуться со скорбями Зарубежной Церкви. По этим причинам я не могу оставаться равнодушным к событиям как свободной, так и плененной части Русской Православной Церкви. Обе части подверглись серьезным испытаниям и искушениям.
Тяжелое испытание выпало на долю Зарубежной Церкви из-за семьи Граббе. В этой связи у меня оказалось много документов...
Каковы убеждения этих господ? Почему в течение стольких лет они получают возможность продолжать проявлять активность, порочащую нашу Зарубежную Церковь? (Все знают о бракосочетании самозванца Голиневского, о разврате и криминальных делах в Иерусалиме, о психологическом порабощении и контроле Митрополита Филарета, о многих отлученных от Церкви и оставленных ими без Святых Тайн, о желании епископа Григория, тогда протопресвитера, свидетельствовать на гражданском суде против праведника-чудотворца архиепископа Иоанна Максимовича).
Сейчас Церковь тратит сотни тысяч долларов не на помощь России и духовное просвещение нашего верующего народа, а на суды и следствия с бывшим архимандритом Антонием Граббе. У меня достаточно документов достоверно доказывающих целенаправленное многолетнее покрывательство всех дел монаха Антония его отцом, епископом Григорием.
...Становится, к сожалению, ясно, почему Ю. Граббе и его семейство принесли столько бед Зарубежной Церкви. Ведь священство и епископство Ю. Граббе основано на лжи. Ложным образом осуществлялись его рукоположение и хиротония. И эта ложь продолжает развиваться и распространяться в ограде нашей Церкви. Сейчас у нас последний шанс прервать этот страшный процесс, пока еп. Григорий еще жив.
...В 1948 году о. Граббе становится священником свободной части Русской Православной Церкви (без ведома и против воли митрополита Анастасия) и играет в ней виднейшую роль, совершает Бескровную Жертву, а на сегодняшний день он князь Церкви, который призван Христом охранять чистоту Церкви и проповедовать Благую Весть Царствия Божия всем чадам Божиим...
О чем думали члены Синода, зная моральный облик протопр. Г. Граббе, когда почтили его епископским достоинством? Ю. Граббе, проповедник человеконенавистнической идеи (см. его брошюру “На закате жидовской силы” - сост.), человек, который курил фимиам извергу рода человеческого (Гитлеру - сост.), был рукоположен сначала в священники, а затем в епископский сан.
Кто несет за это ответственность? Все те, кто принципиально был и против этой хиротонии, но в конце концов ей не воспрепятствовали также виноваты, как и те, кто непосредственно участвовал в рукоположении автора брошюры “На закате жидовской силы”.
И я виноват, ибо считал тогда, что не мое место оспаривать решения моего Священноначалия. Можно только преклониться перед теми священниками и мирянами нашей Церкви, которые в свое время имели мужество неоднократно поднять свой голос против этой хиротонии.
А помните, что покойный митрополит Филарет об этих священниках говорил? Чем оправдать малодушие безмолвствующих, приведшее к этой хиротонии? Ведь мы призываем Московскую Патриархию каяться в грехах сергианства, в служении культу личности Сталина. Мы знаем, что их малодушие часто имело место из-за страха смерти, т.к. дуло советского нагана могло быть направлено в затылок каждого архиерея. Не каждый был в состоянии хладнокровно смотреть смерти в глаза.
Оправдано ли наше малодушие в условиях свободы?
Почему никто не внял голосу чад нашей Церкви? Почему архиереи пошли на хиротонию протопр. Г. Граббе несмотря на то, что большинство иерархов не поддерживало эту хиротонию?
Почему архиереи Зарубежной Церкви так долго боялись извергнуть сына еп. Григория, несмотря на то, что все иерархи хорошо знали о его порочных делах?
И когда, наконец, Синод взялся за Граббе-сына, он, будучи запрещен в священнослужении, преспокойно ушел к грекам. Духовного суда не было. Сан с него снят не был. И Синод, с явным облегчением, заявил, что бывший архимандрит неканоническим переходом в другую церковь сам себя низверг.
Создается впечатление, что члены Синода предпочли возложить ответственность снятия сана на самого Антония. И вот о нем в американской периодике продолжают писать, как о русском православном священнике, как о русском православном монахе, несмотря на то, что А. Граббе “служит” у греков.
Никогда Синодом не было во всеуслышание объявлено, что А. Граббе более не священнослужитель и что с него Церковь сняла сан...
Сколько жизней загублено из-за Граббе? Сколько было отлученных?! До сих пор не были восстановлены имена отлученных от Св. Причастия по повелению некогда всесильных Граббе.
Вспомним Дейке. За что он был отлучен от Св. Причастия и погиб без Св. Тайн Христовых? За то, что говорил правду. А ведь то, что он в свое время писал и говорил о Граббе-младшем, как мы теперь все хорошо знаем, было только малой частью всей жуткой правды о делах нашей Миссии в Иерусалиме. Это разве не причина для смущения нашей паствы?
Хочу остановиться на примере одной из многих трагических жертв и напомнить Вам о рабе Божией Нине (о ней я подробно рассказывал в своем “Открытом письме” Архиерейскому Собору 1 сентября 1985 г.).
Ее покаяние вызвало такой поток клеветы и ужасающего натиска со стороны Граббе отца и Митрополита Филарета, что до сих пор ее открытое, мужественное, глубокое покаяние не только не ослабило ее бремени, но взвалило еще больше.
Всем известно, в каком страдании ныне живет душа рабы Божией Нины. И я верю, что освободить, исцелить, восстановить в здравии душевном сможет только признание архипастырей своей глубокой вины по отношению к таким, как Нина, которые были оставлены на расхищение волкам.
Мы страдаем от греха ложного смирения и ложного послушания. “Пастырь добрый душу свою полагает за овцы своя”. Мне всегда страшно слышать эти жгучие слова Господа нашего, ибо они мне в укор. Вспоминая эти слова, невольно возникает вопрос: есть ли у нас, пастырей Зарубежной Церкви, духовный инстинкт положить душу свою за овцы?
Не заповедано ли нам Святыми Отцами терпеть и смиряться, когда зло направлено на нас лично, но когда видим, что оно начинает распространяться на других, на вверенных нам Богом чад духовных, прятаться за смирением мы не можем, так как за ним спрячутся трусость, равнодушие, самосожаление, безответственность.
Если мы опасаемся, что враги могут использовать брошюру “На закате жидовской силы” против Церкви, то прежде всего мы должны соблюдать в чистоте себя и свое духовное тело. Зарубежная Церковь сохранит свою чистоту только в том случае, если возбудит духовный суд над еп. Григорием и через это уже не будет нести ответственность за то, что до сих пор лежит пятном на ее имени...
Я вовсе не призываю к “показательному”, шумному процессу над еп. Григорием. Главное – чтобы духовный суд и покаяние состоялись...
Читая эти мои доводы, некоторые из Вас, наверное, подумают: “еп. Григорий старый человек, ему не много осталось на земле; с ним в могилу уйдет и данная наша дилемма” (составляя это обращение я получил от одного владыки, которого я очень люблю и чту, который прямо-таки и пишет: “...сейчас он не у дел, одной ногой в могиле”). Но ведь это тоже самообман, а не выход из положения, и приведет к худшему.
Кончина автора брошюры “На закате жидовской силы” окончательно запечатлит историческую ответственность Зарубежной Церкви за грех долголетнего, намеренного покрывательства и участия в страшных деяниях сына еп. Григория; за получение сана лживыми путями; за повсеместное растлевание Церкви и самовластный контроль многих ее дел обманным путем; за психологическое порабощение паствы и возглавителей Церкви, и за лишение Св. Тайн невинных.
Не в последнюю очередь должны мы позаботиться и о душе самого еп. Григория. Провожая его в могилу с его нераскаянным грехом, мы можем стать причастниками окончательной гибели его души.
Может быть Вы скажете: нельзя возбуждать дело против еп. Григория особенно когда он тяжело болен и стар, так как это нарушит мир в Церкви и смутит верующих, ибо “худой мир лучше доброй ссоры”.
К духовной жизни эта пословица никак не применима. Как Вы сами хорошо знаете, компромисс со злом не может дать мира духовного, а “мир”, достигаемый путем компромисса, есть ложь.
Нет ничего страшнее, чем мириться со злом и привыкать к нему. Хиротония еп. Григория, носителя и проповедника человеконенавистнической идеи, нельзя иначе характеризовать, как компромисс со злом.
Если мы желаем ему спасения, мы должны иметь мужество понять, что решительное снятие сана облегчит его совесть и может расположить к покаянию. Ведь сан на нем, как жгучий уголь...
Наберемся мужества привлечь еп. Григория к покаянию через духовный суд до его кончины. Если же мы не в состоянии это сделать, тогда мы должны признаться в грехе осуждения иерархов несвободной части нашей Церкви, ибо полемизируя с ними мы преисполнены чувства своей правоты носителей чистоты Православия. Такие ли мы на самом деле?...
Мы должны трезво увидеть необходимость справиться с нашим внутренним врагом и не бояться внешнего. Для Зарубежной Церкви этим внутренним врагом оказались Граббе-отец и Граббе-сын, которые на протяжении нескольких десятков лет и духовно и физически растлевали тело Русской Зарубежной Церкви...
Если мы искренне желаем, чтобы будущее нашего народа и Церкви соответствовало, по видению епископа Николая Велимировича, таинству священства, мы должны просить, чтобы Господь простил бы нам все наши согрешения, в том числе и то, что был допущен к священству и епископству Г. Граббе. Все вышеизложенное мною пережито, прочувствовано и продумано. Теперь выношу на Ваш суд.
Ваш во Христе,
Прот. Виктор Потапов».